Когорта

Валентинов Андрей

Ухтомский, не торопясь, вышел из тоннеля, держа автомат на изготовку. Нарак-цэмпо не двигался, лишь слегка повернул голову, его узкие глаза бесстрастно смотрели на штабс-капитана. Сверху, с высоты каменной лестницы, послышался радостный вопль и стук шагов.

– Скантр… – негромко проговорил Виктор, протягивая руку. Нарак-цэмпо не сдвинулся с места.

– Скантр!

Ухтомский не боялся бхота и был почему-то уверен, что тот не посмеет спорить. Нарак-цэмпо зашипел, взгляд блейгул ненавистью, но рука уже протягивала

черный футляр. Виктор вырвал тяжелый цилиндр и поспешил отскочить в сторону.

– Я уйду, – тихо проговорил Нарак-цэмпо. – А ты, дхарский бастард, останешься здесь.

Он дернул правой рукой, худые пальцы задвигались, медленно сжимаясь, и Ухтомский почувствовал, как что-то острое врезалось ему прямо в грудь. Невидимые клинья вдавливались между ребер, кожа лопнула, под комбинезоном заструилась кровь. Виктор зашатался, но устоял.

– Я тоже знаю ваши дхарские фокусы! – Нарак-цэмпо скривил губы в злобной усмешке, вновь сжал пальцы. – Умри, последний князь Ухтомский!

Кровь лила потоком, в глазах потемнело, но внезапно Виктор почувствовал, что невидимые клинья исчезли. Нарак-цэмпо, зашатавшись, стал пятиться. Ухтомский оглянулся на дхаров, но те застыли, устремив взгляды к подножию каменной лестницы. Там стоял высокий чернобородый парень в старой штормовке, из-под которой виднелся потертый зеленый свитер. На шее болтался автомат, металлические зубы блестели в мрачной усмешке, правая рука была поднята ладонью к бхоту.

– Ты… Хранитель… – прохрипел Нарак-цэмпо, и в голосе его слышался ужас. – Почему… почему ты вернулся? Кто отпустил тебя?

– А может, еще и анкету заполнить, козел?

Стальные зубы блеснули, парень легко взмахнул рукой. Нарак-цэмпо попятился, оступился и с диким воплем рухнул в колодец. Голубая волна взметнулась ввысь, зал на миг заполнился холодным кипящим пламенем…

– Спасибо, сударь! – задыхаясь, проговорил Ухтомский, без сил опускаясь на холодный камень. Дхары уже были рядом, Анх расстегивал окровавленный комбинезон, а Лхаст медленно водил сжатой ладонью над раной. Боль постепенно стихала.

– Может, перевязать? – Парень в штормовке достал из кармана индивидуальный пакет и подошел поближе. – Здорово же этот чурка вас!..

– Кто вы? – выдохнул Ухтомский, все еще не понимая, откуда пришла помощь.

– Семин я. Из Южно-Крымской экспедиции. Да мы виделись…

Сверху загремели шаги, по лестнице сбежал другой бородач, пониже ростом, в такой же штормовке и с большим черным пистолетом в руке. Ухтомский вспомнил – этих двоих привели под конвоем, и Келюс отправил их куда-то в сторону горного склона…

– Живы? – поинтересовался парень с пистолетом. – Ну, коррида!.. Вы князь Ухтомский? Я Валерий, Николай обо мне, наверное, рассказывал. А это Серега Семин. Нас Николай послал к западному выходу. Вы как раз вовремя, у нас патроны кончились.

Лхаст осторожно

притронулся к ране, и Виктор почувствовал, что кровотечение прекратилось. Дхар выпрямился и коротко поклонился Анх последовал его примеру.

– Мы приветствуем Хранителя Племени! Эннах, Сергей!..

– Да чего там. – Семин скривился. – Это вы, мужики, им врезали. Просто с этим гадом у меня свой расчет.

– А ты мне ничего не говорил! – поразился бородатый самарец. – Откуда ты его знаешь?

– Знаю. Деда моего сгубил, сволочь! Они украли Голубое Пламя – так пусть в нем купаются!..

– Еще раз спасибо, господа. – Ухтомский встал, глубоко вздохнул. – Удар с тыла у вас вышел отменный… Значит, это скантр?

Штабс-капитан осторожно потрогал черный цилиндр. Внезапно его охватило странное сухое тепло, по коже заструилась энергия, а по рукавам обгоревшего, покрытого пятнами крови комбинезона поползло холодное невесомое пламя.

– Постойте, – вмешался Валерий. – Мне Келюс что-то рассказывал… Господин Ухтомский, у вас есть свой скантр, правда?

Виктор кивнул и достал из нагрудного кармана маленький тяжелый диск.

– Там, на футляре, замок. Поднесите его ближе! Ухтомский повиновался. Послышался негромкий щелчок, половинки цилиндра разошлись в стороны…

– Неслабо! – пробормотал Валерий. Семин покачал головой, Ухтомский ахнул, а дхары изумленно переглянулись.

…Неровный белый кристалл горел ярким трепещущим светом. Внутри него что-то переливалось, бурлило, но поверхность оставалась холодной и чистой. Свет был так силен, что смотреть было больно, и даже голубая колонна в центре зала поблекла, став почти прозрачной…

– Как тебе, Сергей? – поинтересовался Валерий, рассматривая скантр. – Такое бы на Чабан-Кермене раскопать!

– Точно, – немногословно согласился тот. – И чего с ним будем делать?

Валерий почесал в затылке.

– Давайте Лунина подождем. Он эту кашу заварил, пусть и командует. Он скоро будет, господин Ухтомский?

Виктор не ответил. Бородач недоуменно поглядел на него, затем недоумение сменилось тревогой.

– Николай… жив? Ну, скажите, он жив?

– Он тяжело ранен. И он велел мне, когда найдем скантр… Князь не договорил. Где-то далеко в глубине тоннеля послышался еле уловимый шум.

– Кто-то идет! – Виктор встал и спрятал красный диск. Створки цилиндра сомкнулись, и в зале сразу стало темнее. – Валерий, скантр надо спрятать. И сейчас же!

– Сделаем, а? – Археолог повернулся к Семину, тот секунду подумал и неторопливо кивнул.

– Уходите. – Ухтомский передал Сергею тяжелый футляр. – Скорее! Надеюсь, увидимся.

– В самом скором, – пообещал Валерий. – За Луниным присмотрите.

Виктор пожал бородачам руки, Семин улыбнулся стальными коронками, и через секунду по лестнице простучали быстрые шаги…