Кольцо Гекаты
Шрифт:
Но главный сюрприз ждал его впереди. Однажды, туманным лондонским утром, Анна сказала, что желает поучаствовать в торгах.
– Аннушка, – мягко произнес Юрий, – дорогая, ты хоть знаешь, что такое игра на бирже?
– В общих чертах, – весело ответила жена, явно забавляясь его замешательством. – А в чем проблема?
– У тебя же совершенно нет опыта. К тому же, нужен приличный стартовый капитал. Информация, аналитические выкладки тоже стоят немало. И вообще, зачем тебе это?
– Я подумаю, – уклончиво ответила Анна.
Господин Салахов понял, что отговаривать ее бесполезно, и решил – пусть
Тем временем Анна с головой окунулась в созерцание красот Англии и Шотландии. Она с упоением читала путеводители, ездила на экскурсии, бродила по старинным развалинам, обедала в дорогих ресторанах. Вечера ей нравилось проводить в казино. Юрий тайно ликовал, надеясь, что жена забыла о своей безумной затее с биржей. Пусть удовлетворяет свою страсть к азартным играм за карточным столом или при помощи рулетки. Сам он был равнодушен к игре и, подавляя зевоту, отсиживал положенное время, пока Анна развлекалась. Странно, но она начала выигрывать. Юрий принял это за случайное везение.
По ночам Анна жаловалась на сырость и ледяное постельное белье. Кажется, Англия надоедала ей все больше. Юрий пришел в восторг, когда она попросилась в Италию, и предложил ей тур по Европе. Везде, где только было возможно, Анна посещала казино. У нее появились собственные деньги – она играла и выигрывала.
В Греции они объездили все побережье. Анне нравилось гулять по каменистым склонам, рассматривать обломки древних сооружений на вершинах холмов. В июле и августе она отправилась в Дельфы, любоваться руинами храмов Аполлона и Афины.
– Здесь звучали пророчества дельфийского оракула! – с восторгом говорила жена Юрию, который, изнывая от жары, носил за нею пакет с инжиром и гранатами.
Анна показывала ему остатки театра, стадиона и афинской сокровищницы, но супруг только зевал и вздыхал при мысли о прохладном душе и кондиционере. Пыльные, раскаленные камни, выжженная солнцем трава и обилие насекомых раздражали Юрия. Ему до чертиков надоели греческий табак, рыба и оливковое масло.
– Видишь вон ту гору? – показывала Анна вдаль. – Это знаменитый Парнас, приют муз!
Салахов с тоской взирал на теряющуюся в голубом мареве гору, мечтая о стакане ледяной воды и сырых туманах Питера.
Анна поняла состояние супруга и перестала таскать его за собой. Она вставала на рассвете, плескалась в ванной, надевала шорты, майку, соломенную шляпу и уходила на свои развалины. А Юрий оставался в номере, валялся до полудня в постели, обедал в гостиничном ресторане и только под вечер, когда жара немного спадала, принимался за дела – звонил в Россию, зарубежным партнерам, просматривал кое-какую информацию.
Периодически они летали в Петербург, но чаще это делал Юрий. Анне не нравились самолеты; она предпочитала наземный транспорт. Впрочем, в Италию они поехали морем. Голубые воды Адриатики расстилались до аквамаринового горизонта, берега казались написанными небрежной кистью импрессионистов.
– Хочу в Рим! – говорила Анна, обнимая Юрия и прижимаясь щекой к его щеке. – Мы будем бродить с тобой по руинам Колизея и бросать монетки в римские фонтаны!
Однако оказалось, что итальянский рынок
Найдя по своим каналам подходящую кандидатуру, Юрий поручил ему приобретать для Анны заведомо негодные бумаги и поставить ее перед фактом полной неудачи, показав наглядно, чем кончаются подобные авантюрные затеи. Он не жалел денег, чтобы компенсировать брокеру моральный и материальный ущерб, лишь бы доказать Анне, как нелеп этот ее безумный каприз.
Красивый, жгучий итальянец долго не мог сообразить, в чем заключается просьба русского господина.
– Если я буду скупать для клиента дрянные акции, моя репутация пострадает. Ваша супруга может подать на меня в суд! – нервно моргая, объяснял он Юрию ситуацию. – Клиент будет недоволен, он поднимет скандал! И я ничего не заработаю! Никаких комиссионных!
Предложенная господином Салаховым сумма «за услуги» охладила его протест.
– Ладно, – согласился он. – Русские такие странные! Я выполню вашу просьбу. Но если ваша супруга сама будет указывать…
– Не будет, – перебил его Юрий. – Она в этом ничего не понимает! Абсолютно ничего!
Успокоившись, он, пряча улыбку, наблюдал, как Анна связывается с брокером по телефону и слушает его советы. По вечерам, за ужином, она просматривала бюллетени фондовых бирж, рейтинги и специализированные журналы. Юрий не вмешивался и ждал, когда эта блажь пройдет. Он даже съездил в несколько магазинов и купил подарок для жены – прелестный курительный набор, пепельница, табакерка, шкатулка для сигарет и мундштук, все серебряное, расписанное чудесными эмалями и инкрустированное золотом. Это послужит утешением для Анны, когда она расстроится, потерпев сокрушительное фиаско на бирже.
Через пару дней Юрию позвонил брокер и сообщил, что «супруга господина Салахова» отклонила все его предложения как неподходящие и сама давала указания, что покупать, а что и когда продавать.
– У вашей жены удивительное чутье, господин Салахов! – возбужденно тараторил итальянец, так что Юрий морщился и держал трубку на некотором отдалении от уха. – Она не оставила мне выбора, и мы оба сумели заработать благодаря ее настойчивости!
– Но вы объясняли ей? – упавшим голосом поинтересовался Юрий. – Вы делали то, что я просил?
– Разумеется! Только… госпожа Анна не стала меня слушать…
– Понятно. Не обращайте внимания. Это везение новичка. Наберитесь терпения, и мы с вами добьемся своего.
Юрий действительно так думал. Он был уверен, что успех Анны – временный. Тут как раз позвонил из России вице-президент компании, и Салахов уехал, предоставив Анне свободно развлекаться игрой на бирже.
В Петербурге он ушел в дела с головой и забыл о капризах жены. Во время ежедневных телефонных разговоров он шептал только, как скучает по ней и ждет встречи. Это было правдой. Жизнь с Анной летела, как стремительный, навеянный мечтами сон… призрачный и непонятный. Но лишиться его казалось невозможным.