Колония
Шрифт:
Александр бросил взгляд на пассажирское сиденье, а потом в зеркало заднего вида. Его попутчики выглядели совершенно спокойными, даже слишком, и какими-то безразличными. Что же, ничего удивительного, все четверо в трансе. Можно, конечно, и усыпить. По поводу дэпээсников и их подозрительности относительно спящих пассажиров Александр не переживал – в конце концов, он мог легко воздействовать на любого патрульного, – но спящий человек в мчащемся автомобиле наиболее подвержен опасности в случае аварии. Так что пусть уж лучше бодрствуют, хотя бы не будут болтаться, как куклы. В любом случае в таком состоянии они не запомнят дорогу.
Для
Рядом с ним сидела Винникова Елена Петровна. Вполне представительная и даже статная женщина немного за тридцать. Судя по кольцу на правой руке, замужем. Но вот есть ли дети, не понять. Во всяком случае, с фигурой у нее все в порядке, следит женщина за собой, хотя обитание в первобытных условиях для нее не в новинку. Впрочем, возможно, причина частично кроется и в этом. Все же много времени проводит на лоне природы. По специальности она биолог.
Сзади устроились трое мужчин. Рудников Иван Пантелеевич, тоже за тридцать, крепыш среднего роста, в больших очках. Кстати, несмотря на несуразность, очки ему каким-то образом идут, хотя в целом с академической внешностью у него не задалось – ну никак не тянет он на серьезную личность, скорее уж пижон какой-то. Этот ботаник.
Беркутов Валентин Семенович. Высок, худощав, тоже за тридцать и тоже в очках, но в новомодных. Этому данный аксессуар вкупе с толстыми линзами придает солидности, как и темный костюм. Сомнительно, чтобы он был накоротке с дикой природой. Ареал обитания подобных людей ограничивается кабинетами. Бог весть, зачем Турбину понадобился математик, да еще и настолько не приспособленный к жизни без удобств, ну да ему виднее.
Зарубин Игорь Викторович. Вот уж кто соответствует свой фамилии! Рубленые черты лица, да и вся фигура словно сработана топором, крепкая и кряжистая. Обветренное лицо, угрюмый взгляд, сильные узловатые руки – не человек, скала. Стоит раз взглянуть на этого мужчину, как сразу можно представить его посреди бескрайней тайги с карабином в руках и вещмешком за плечами. Впрочем, все это не так уж и далеко от истины. Игорь Викторович геолог, причем с солидным стажем полевых работ. И по возрасту он выбивается из общей компании, ему явно уже исполнилось сорок пять. Судя по тому, что о нем рассказал Турбин, с мужиком могут возникнуть проблемы, потому как он себе на уме и любое начальство на дух не переносит. Что же, с его образом жизни вполне объяснимо. А вот где они могли пересечься с Турбиным, непонятно. Но Александр не больно-то и задавался этим вопросом.
Все они прибыли по приглашению Турбина и были знакомы как с ним, так и между собой. Вероятно, несмотря на свою подростковую внешность и непрезентабельный вид, Яков Константинович все же пользовался у них достаточным уважением. Ну раз уж они откликнулись на его предложение заняться изучением одной весьма занимательной аномалии. При этом никакой конкретики и даже упоминания о необходимости взять с собой хоть какое-нибудь оборудование им не сообщалось. Впрочем, у каждого помимо сумки или чемодана с вещами неизменный ноутбук. Даже у геолога. Ничего так, продвинутый дядька. Тайга тайгой, а идет в ногу со временем.
Все на той же КИА Александр доехал до самой фермы – он ее так и называл. Впоследствии здесь планировалось
Поэтому и дорогу отсыпали по новой, сделав ее не просто проезжей в любую погоду, но еще и доступной даже легковому транспорту. Каждый раз заворачивать на дачу, чтобы поменять лошадку, как-то неудобно.
И вообще, Александр подарил дачу родителям. Отец с удовольствием перебрался туда и был безмерно счастлив. Он уже давно подумывал о домике в деревне, устав от городской суеты. Вот только город его никак не хотел отпускать. Все заботы были связаны с ним, как и работа завхозом на станции «Скорой помощи». А тут – просто мечта, до работы недалеко и в то же время проживаешь за городом.
За прошедший месяц на ферме произошли некоторые перемены. Довольно обширный участок теперь был выгорожен забором из сетки-рабицы с табличками «Территория охраняется собаками». Ну и сами собаки, кавказцы в количестве десятка взрослых особей, наличествовали. При таких охранниках, свободно разгуливающих по территории, десять раз подумаешь, прежде чем рискнешь перемахнуть через ограду.
С оформлением участка в собственность вышли кое-какие трудности, и пришлось понести некоторые траты. Никому не нужный раньше кусок земли вдруг оказался востребованным, и за него пришлось бодаться. Александр прекрасно отдавал себе отчет, что его попросту разводят. Есть категория людей, которые сделали махинации с землей статьей своего дохода. Со стороны все выглядит вполне законно, за исключением незначительных деталей, которые, впрочем, тоже не идут в разрез с законодательством, но в результате тебе приходится выкупать тот участок земли, на который ты положил глаз. Тут вся фишка в сроках. Кто раньше успел оформить, тот и заказывает музыку. Следовало бы наказать этих наглецов и проходимцев, но Александр решил не привлекать к участку пристального внимания.
Кроме ограды появилось и еще кое-что. Легкие жилые вагончики на колесном ходу, выставленные попарно, числом четыре штуки. В одной паре находились охранники, где для них были предусмотрены все условия как для несения службы, так и проживания. Другая предназначалась для постояльцев.
Охрана состояла из четырех человек, а еще шестеро находились на другой стороне. Все с боевым опытом, знакомые Ковалева и Конева – из числа сослуживцев по армии и пэпээсников, также успевших хлебнуть войнушки.
Помимо охраны портал со стороны Земли обслуживался еще и четырьмя водителями. Они одновременно исполняли и роль экспедиторов, закупая необходимые грузы и доставляя их на ферму для переброски на Колонию. Вопросов к ним зачастую не возникало, да и немудрено, если расчет производится за наличные. С дэпээсниками тоже все слава богу, пока ты платишь по таксе.
Со всеми причастными к порталу со стороны Земли Александру пришлось провести по нескольку сеансов гипноза. Он в буквальном смысле зомбировал этих людей. Впрочем, никаких угрызений совести по данному поводу он не испытывал. Их жизнь никак не изменилась, разве только зарабатывать стали больше да кое-кто бросил пить. Единственное – никто из них не распространялся по поводу своей работы. Мол, работаем, и все тут. Где, на кого и за сколько – никого не касается.