Колония
Шрифт:
– Надо, Серега. Вот не поверишь, но надо. Сделаешь – и проси, чего хочешь.
– Ох, что-то мне подсказывает, что я еще пожалею об этом.
– Ты только адресок мне ее черкни.
Вот опять коридор и снующие туда-сюда бывшие сослуживцы. Кто-то останавливается перекинуться парой слов, кто-то проходит мимо, делая вид, что и вовсе не знаком. Поначалу это как-то задевало. Но по здравом рассуждении, Александр перестал обращать на все внимание. Какое ему, собственно, дело до отвернувшихся от него.
– Здорово, убийца!
– О, Ваня, привет! Как твое ничего?
– Да так, ничего, – по привычке скаламбурил
– Да нет, все то же мифическое убийство.
– Валковский что, вообще с головой не дружит? Я же ему по телефону еще полтора часа назад сказал, что изъятая в твоей машине кровь принадлежит животному. А он что же… – наблюдая за реакцией Ладыгина, удивился эксперт. – О-ой дура-ак!
– Нормально, Ваня. Всяк кузнец своего счастья, – с самой добродушной улыбкой заверил Александр.
И не сказать, что он в этот момент играл. Вовсе нет. Едва только прозвучали слова эксперта, как с плеч Ладыгина свалился огромная глыба. Сработало! Это все же сработало. Конечно, Валковский может попытаться взять повторные образцы и назначить еще одну экспертизу. Вот только оспорить такие результаты, даже если они окажутся положительными, уже куда как проще.
Узнав о начавшемся розыске, Александр был уверен, что Валковский облазает всю машину от и до в поисках следов крови. Если они совпадут с теми, что он изъял на месте происшествия, то у него появится лишний козырь. Поэтому глупо прятать следы, устроив чистку багажника, – что-нибудь обязательно останется. Куда проще испачкать багажник еще сильнее. Кровь овцы, покрывшая кровавые пятна на ковролине, вполне подошла.
Ну кто станет выискивать какие-то мелкие пятна, если можно сделать щедрый мазок, считай, в луже. Так эксперт и поступил. Впрочем, это была слабая сторона его плана. Волосков – нормальный эксперт, и он мог взять несколько образцов. Но, как видно, кривая все же вывезла. Ну а раз уж так…
– Не видишь, я занят. Выйди из кабинета.
– А ты освободись, Володя, – не собираясь реагировать на слова Валковского, Ладыгин переступил через порог.
– Александр Сергеевич…
– Владимир Николаевич, вы держите меня здесь уже несколько часов. Давайте-ка определяйтесь – либо выписывайте пропуск, либо сажайте в камеру. Должен же я знать, как мне реагировать на ваш ментовский беспредел. Во блин! Никогда не думал, что придется такое ляпнуть, – неожиданно сам себе удивился Ладыгин. – Володя, ну чего ты сверлишь меня взглядом. Экспертиза показала, что в машине обнаружена кровь животного, твой единственный свидетель – душевно больная в период обострения ввиду лунной активности, трупа нет, все улики косвенные, если не сказать больше. Давай решай, а то я уже устал.
В ответ на эти слова Валковский смерил его долгим взглядом и наконец нехотя выписал пропуск. Нет, если бы на месте него находился кто-нибудь другой, то и подход был бы иным. Но с этим кадром приходилось осторожничать. Он знал всю кухню изнутри, а при таком раскладе насолить куда как проще. Правда, и уступать так сразу не хотелось.
– Еще ничего не закончилось, Ладыгин. Город не покидать.
– Подписку
– До встречи, – упрямо буркнул Валковский.
– Господи, ну что ты за человек, – остановившись в дверях и бросив взгляд на подполковника, вздохнул Ладыгин. – Говорю же тебе, забудь. Нет меня и никогда не было.
– Ладыгин, последний вопрос.
– Ну?
– А чего ты бабки мне предлагал, если знал, что у меня ничего нет.
– Мало того, я еще и полдня провел в отделовских коридорах, как незадачливый урка. И все ради того, чтобы увидеть на твоем лице крайнее разочарование. И знаешь, оно того стоило.
Пэпээсник на входе, увидев у Александра подписанный пропуск, открыл решетку с видимым облегчением. Дежурный, разговаривающий по телефону, одарил улыбкой сквозь толстое стекло. Двор встретил вечерней прохладой. Хорошо-то как…
– Ну как все прошло, Саня?
– О, Витя! Опять кого-то доставили? Да у вас сегодня прямо «рыбный день». – Александр одарил задержавшего его дэпээсника лучезарной улыбкой.
– Сань, мы…
– Нормально все, Витек. По большому так вы еще и задницами своими рисковали, задерживая хладнокровного и вооруженного убийцу. Знать, не только косить бабло умеете, осталось что-то от вас прежних. Где мою машину-то поставили?
– За КПП, на стоянке.
– Н-да-а, видать, Валковский ничуть не сомневался, что ничего мне не сделает. Удивительно только, зачем тогда так закручивал все?
– Это не он. Это мы ее там оставили. Ключи у наряда по КПП. Только бумажку нужно от Валковского.
– Вот, значит, как, – окинув внимательным взглядом капитана, понимающе произнес Ладыгин. – Спасибо.
– О! Убийца! Привет!
Ох и любит же Вахрушев пошуметь. Вообще, Алексей и тишина – понятия несовместимые. А ведь участковому не мешало бы быть и поскромнее. Впрочем, его открытая и прямолинейная натура импонирует гражданам, отчего и работу свою ему делать куда как проще.
– Здравствуй, Леша, не чтящий презумпцию невиновности.
– Ох, боженьки, неужели Володька опростоволосился и не смог расколоть тебя до задницы?
– Как видишь.
– Во-от, теперь понимаешь, на кого ты оставил органы внутренних дел. Здесь даже расколоть по-человечески не умеют.
– И не говори. Самому жутко. Слу-ушай, Леша, а я ведь с тобой хотел переговорить, – когда они остались одни, хлопнул себя по лбу Александр.
– О чем?
– А как ты смотришь на то, чтобы перевестись?
– Куда? – опешил от вопроса капитан, который никогда не сомневался, где именно он дослужит до пенсии.
– В район, – с апломбом, словно предложил натуральные золотые горы, произнес Александр.
Вообще-то этот разговор у него уже давно наклевывался. Было бы совсем не лишним иметь для портала прикрытие со стороны полиции. И первый человек, который сможет это обеспечить, именно участковый. Тем более что в сельской местности эта должность гораздо весомее, чем в городе. Разумеется, это дело можно доверить далеко не любому, а вот Вахрушев очень даже подходит.