Колония
Шрифт:
Хотя чем круче техника, тем она дороже. Однако тот же Зарубин во время своих путешествий по окрестностям без труда мог связаться с любым из числа руководства.
– Четыреста одиннадцатый на связи, – довольно скоро ответила рация.
– Четыреста одиннадцатый, перейди на двадцать пятый.
– Принял.
Все поселенцы должны были иметь при себе радиостанции, настроенные на общий канал. При необходимости переговорить, его можно было просто сменить, потом вернуться обратно.
– Яков Константинович?
– Здесь.
– Я тут твою заявочку рассматриваю. А ты не слишком
– Понял.
– Отбой.
Вот так. И если он надеется, что сумеет пробить Ладыгина на своей наблюдательной станции, то он сильно ошибается. Закопались там и ничего вокруг не замечают. Нет, это по-своему хорошо. Только натуры, самоотверженно увлеченные своим делом, способны добиться реальных результатов. Но всему есть предел.
– Все хорошо, Варя, – взглянув в зеркало и увидев отражение встревоженной женщины, заверила Лебедева. – Жить будет и даже скорее всего все функции мышц сохранятся. Правда, тут без гарантий.
– Спасибо вам, Наталья Игоревна. Я-то, признаться, ни с чем подобным не сталкивалась. Ну порезы там разные, хотя бывали и очень серьезные. Но чтобы такое…
– Признаться, я тоже никогда с подобным не сталкивалась.
– Ну-у, я бы не сказала. Вон как вы лихо-то.
– Угу. Травму я только в теории и изучала, практики никакой.
– Знать, хорошо изучали.
– Хорошо, не буду скромничать, – улыбнулась Лебедева.
Потом Варя – или все же правильнее будет сказать Варвара Петровна, все же за сорок женщине – усадила докторшу пить чай, подав к столу собственноручно испеченные ватрушки. Впрочем, приступить к этому действу они не успели, так как у них появилась посетительница.
Немного за тридцать, с забранными в хвост темно-русыми волосами, статная крутобедрая красавица. Держится уверенно, движения плавные и в то же время выверенные, никакой суеты. Словом, ведет себя явно как сторожил, едва ли не хозяйка. К тому же этому способствует и ее наряд в стиле «милитари», который ей, кстати, очень идет.
Ремни портупеи, обвешанной подсумками, выгодно подчеркивают высокую грудь и талию. СКС, ремень которого перекинут через правое плечо, и кобура с ТТ завершают облик эдакой валькирии. А главное – все это на ней смотрится вполне естественно.
Кстати, здесь, похоже, все вооруженные. Вон и у Варвары Петровны в пирамиде стоит двустволка. И, судя по всему, вне помещения с оружием она не расстается. Как, впрочем, и остальные местные жители. Хотя Лебедева провела здесь довольно мало времени, но уже успела заметить, что все встречавшиеся ей люди были вооружены.
– Ой, Елена Петровна, а я и забыла вам сообщить.
– Все нормально, Варя, я уже в курсе, что у нас появился настоящий хирург, – стукнув ногтем по рации на поясе, успокоила женщину гостья. – К тому же
– Лебедева Наталья Игоревна. Я конечно же хирург, но то, что я останусь таковым и здесь, вовсе не факт.
– Отчего же так? – удивилась Винникова.
– Тому способствуют обстоятельства моего появления в этих местах. Меня по сути похитили.
– Ну, здесь таких подавляющее большинство. Вон даже Варю и ту похитили, вместе со всей семьей.
– То есть как это? – удивилась такому обороту дел Лебедева.
– Да и вспоминать нечего, – махнула рукой женщина. – В селе работы никакой, муж, считай, уже спился, я фельдшером в амбулатории, за гроши. А тут пригласили на заработки, да еще и всей семьей. Я бы никогда, но предложил наш участковый, человек вполне уважаемый, служит у нас уже лет пятнадцать. Ну мы с мужем и согласились, благо зарплату обещали солидную. Уже здесь нам сказали, что ходу назад нам не будет.
– И вы так спокойно об этом говорите? – удивилась Лебедева.
– Да что вы! Поначалу-то убивались. Муж даже хотел идти морду бить местному начальству, это Ладыгину, значит. Но потом все как-то устаканилось. Посидели, подумали, людей поспрашивали. С зарплатой здесь и впрямь не обижают, но и работать приходится изрядно, хотя за такие деньги можно. Иное дело, что и потратить их тут особо некуда. Есть небольшой магазинчик, но не так чтобы очень. Александр Сергеевич обещает, что, как только появится хоть какой-то товаровед, сразу же все изменится. А с другой стороны, народ тут в основном сельский, к разносолам непривычный.
– И при этом вы выглядите довольной? – удивилась Лебедева, так как похищенная и впрямь не убивалась и судьбинушку свою не кляла.
– А чего мне быть недовольной? Даже тот временный модуль, что нам выделили, по удобствам куда лучше, чем наш дом, что остался в селе. Муж и дети при деле. Ладыгин обещает, что через пару-тройку лет можно будет построить капитальное жилье и что под это дело будут выделяться кредиты. Опять же наши деньги, считай, никуда не тратятся.
– А как же дети? У них же здесь нет будущего.
– Э-эх, Наталья Игоревна, ничего-то вы в этой жизни не знаете. У них там нет будущего. Ну да, не закончат они школу, потому как ее тут пока и нет. Но зато, работая с мастерами, получат специальность да обзаведутся своим домом и семьей, а не сопьются и не будут валяться под забором.
– Наталья Игоревна, вообще-то здесь не принято рассказывать о своем прошлом, но, признаться, мне интересна ваша история, – обратилась Винникова, меняя тему разговора. – Если Александр Сергеевич кого и похищает, то с расчетом, что здесь их ждет лучшая доля, чем была там. Вот Варя – яркое тому подтверждение, а хватает и тех, кого он вообще со дна вытащил. Но вы в эти рамки как-то не укладываетесь. Специалистов вашего класса на Колонии мало, и они все здесь по найму. Конечно, если не хотите, то можете не рассказывать…