КОМ 2
Шрифт:
Китель к мундиру в этот раз одел обыкновенный, приличествующий для неторжественных случаев, не с наградами, а лишь с колодками, правда с теми же нарукавными нашивками и отличительными знаками, что и на парадном. И саблю обычную. По правилам я, вообще-то, имел право и кобуру с револьвертом прицепить, но это по-моему в учебном заведении уже излишнее. А вот без сабли я никак не мог обойтиться — ровно голый, честное слово.
На выходе из спального корпуса меня окликнул Семёныч:
— Илюха!
— Я, господин комендант!
—
— Понял, загляну.
— Как вчера дуэль-то отметили? Ты, я гляжу, огурцом!
— Подозрительно — все хотят меня огурцом назначить. Вы тот огурец видели? Нормально посидели. Как грицца, пусть благословит Господь того человека, который придумал антипохмелин.
Семёныч хохотнул:
— Ну, давай, казак! Со светлой головой.
— Главное, чтоб не с пустой, — согласился я и бодрым шагом потопал в столовую. Раз Эвелина просила заглянуть, значит разговор есть. А на голодные зубы учиться не хочется.
ВОТ ТЕ НОВОСТИ…
Ядрёна колупайка!
Нет, сначала всё было скучно и нудно, как полагается: туда не ходи, сюда ходи, вот те правила, почитай да распишись. Думал, на этом всё. Ан нет!
Кураторша, настойчиво напоминающая мне сушёную треску с мальчишечьей стрижкой, довольно подгребла к себе журналы с моими автографами о том, что «осведомлён» и «обязуюсь исполнять», и сложила на них ручки стопочкой:
— Илья Алексеевич! — она завораживающе моргнула какими-то пергаментно-полупрозрачными веками… я едва не передёрнулся! — Методические принципы нашего учреждения состоят в том числе и в формировании у студентов единого… — она с сомнением посмотрела на меня, словно гадая: пойму я её высокий слог или так, сижу тут, как тумбочка с глазами, — общественно-значимого начала.
Я молчал, и она сделала ещё одну попытку:
— Товарищеского духа, если хотите.
В такие моменты мне прям особливо охота самоваром прикинуться. Сделать такой вид, мол: люди мы от сохи, гимназиев не заканчивали, книжков в глаза отродясь не видали… С трудом подавив в себе этот порыв, я уточнил:
— И что конкретно в данном разрезе от меня требуется?
Кураторша обрадовалась моей вменяемости и зачастила:
— Каждый студент в обязательном порядке должен участвовать в нескольких объединениях. Прежде всего, спорт. Это командный дух и сила воли! — она взмахнула костлявым кулачком.
— И какие же… э-э-э… виды спорта у вас практикуются?
— Несколько, разнообразных. Это вам нужно обратиться к Павлу Геннадьевичу, он заведует спортивным отделением. Насколько я знаю, на дверях крытого спортзала висит его расписание, но обычно он ежедневно с обеда у себя или на территории в одном из спортивных павильонов, советую сегодня же подойти.
—
— Конечно же нет! — заморгала на меня кураторша. — Второе и обязательное: заседания дискуссионного клуба. Встречи ежедневные, в зале заседаний первого корпуса. Темы можно взять у старосты клуба, рядом с дверями зала заседаний увидите табличку «ЛАБОРАТОРИЯ ДУСКУССИОННОГО КЛУБА», на ней обычно вывешивается список дискуссий на предстоящий месяц.
— Ясно. Могу идти?
— Это ещё не всё! Обязательно ваше участие в одном из профильных научно-магических направлений! — и она начала перечислять мне действующие кружки, от одних названий которых уши готовы были в трубочку свернуться. И главное — ну, совершенно всё не моё!
Я готов был даже впасть в некоторое уныние, как вдруг услышал:
— На стыке оружейных и магических дисциплин: «Исследование возможностей применения магоэнергетических компонентов в новейших образцах вооружения»…
— А вот это интересно! — воскликнул я. — Хотелось бы на этот кружок попасть. Где, вы говорите, он проходит?..
Я, конечно, оружейник никакой, но, может, эти светлые головы на «Саранчу» мне что-нибудь интересное навинтить предложат? Или хоть шмальнуть из чего-нибудь новейшего сподоблюсь.
Уходя уже спросил про снадобья. Эвелина пергаментно моргнула:
— А-а! Это со следующей недели, когда период привыкания к временным перепадам закончится. И вот ещё, — она порылась в бумажках, вложенных в одну из папок, и извлекла на белый свет разлинованный листок, — возьмите. Это расписание занятий на ближайший месяц. Обратите внимание на разницу между чётными и нечётными неделями.
— А сейчас какая?
— Чётная, — она дёрнула сухонькими плечами, — вторая же.
— А, ну да. Спасибо.
ОБЕД
Егоров, как я почему-то и предполагал, на занятия не явился. Прочая дуэльная компания сидела плотной мрачной кучкой и старательно изображала индифферентное ко мне отношение. А мне и всё едино: что пнём об сову, что совой об пень, лишь бы ко мне не цеплялись.
Первые две лекции проскочили стремительно, как сало сквозь утку. На обед я потопал бодро — надо же ещё хотя бы частично успеть с этими дурацкими кружками разобраться.
Денис испуганным одиноким зайцем сидел за крайним столиком.
— Здорово! — я уселся на вчерашнее место, протянул ему руку, которую тот с некоторой опаской пожал — ну, ещё бы! До моего прибытия, видать, тарелки сами собой по столовой не летали.
Я раскрыл меню. Тэкс. Борщом мы вчера наелись, спасибо. А сегодня… О!
— Чего изволите-с? — у правого локтя неслышно вырос половой.
— А давай-ка, любезный, ухи стерляжьей.
— Расстегаи с визигой к ухе рекомендую-с…
— Пойдёт. И… — вот, кстати, в память вчерашних рассказов о Средней Азии, — плова подай. Да чаю с лимоном.