Кома
Шрифт:
Анечка расплылась в улыбке.
– Ладно, пойду к Степанычу. Но если он как в прошлый раз в подсобку меня затащит, я его скальпелем, ну точно скальпелем!
Алексей Михайлович засмеялся.
Девушка встала из-за стола и направилась к Егору Степановичу, завхозу. Это был мужчина за пятьдесят, скупой, зажиточный. Альтруизм у него не в чести. Поэтому, когда медсестра пришла просить у него бензин (на днях он заправил свой УАЗик, на котором на рыбалку выезжал), он скептически отнесся к ее просьбе, парируя тем, что «он не бензоколонка и не фонд помощи нуждающимся, и, вообще, он от государства только зарплату получает, и то иногда,
После получаса приготовлений (бензин перелить, бригаду разбудить) машина выехала на место аварии. Главный врач тоже поехал, желая на месте оценить перспективность будущего спонсора.
Прибыв на место, они увидели мужчину, который, по всей видимости, и сообщил об аварии. Он сидел в своей машине поодаль от груды металла, которая еще час назад была люксовым автомобилем важного человека в мире бизнеса.
Достав Игоря из машины, Алексей Михайлович сразу заметил, что у него очень серьезная травма головы.
«Да-а-а, проблемный пациент, – с грустью подумал он, рассчитывая на скорое выздоровление. – Видимо, мне и Анечке долго придется ждать возвращения его жизнеспособности».
После того как Игоря доставили в больницу и осмотрели его, врач обнаружил множественные переломы конечностей и ребер. Жизненно важные органы не задеты, и внутренние кровотечения отсутствовали. Из-за этого реабилитация займет много времени, но будет успешной. Особое беспокойство вызывала травма головы. Был риск того, что Игорь не выйдет из комы либо, если выйдет, станет недееспособным. Но в медицинской практике встречались и случаи выздоровления. Как раз на такой и надеялся Алексей Михайлович.
Сложность заключалась и в том, что Игоря нельзя было перевезти на лечение в другую клинику. Алексею Михайловичу этого и не хотелось. А еще хирург понимал, что в нынешнем состоянии Игорю помогут только воля к жизни и ресурсы организма.
После успешной костно-пластической трепанации и наложения гипса на переломы Игоря перевели в отдельную палату. Не потому, что он был обеспеченным пациентом (больница с него еще не получила никакой благодарности), а потому, что это была единственная палата с аппаратами жизнеобеспечения. Заботливые нянечки почистили его одежду, собрали личные вещи и аккуратно сложили у прикроватной тумбочки. Отдельно положили телефон. Он постоянно вибрировал: то и дело приходили сообщения, звонки.
– Наверное, важная птица, – сказала одна из нянечек другой, когда они выходили из палаты. – Телефон не умолкает!
– Кто их знает, чем они занимаются в столице. Не поймешь, то ли банкир, то ли рэкетир, – отозвалась вторая.
– И то правда. Но этот вроде приличный, не похож на бандита.
– Родственников бы его найти. Хотя, может, и сами объявятся. А то лежит тут один. На поправку бы пошел, услышав голос жены или детей.
– Думаете, он семейный? – вмешалась в разговор медсестра Анечка, пришедшая посмотреть на своего будущего покровителя. В ее планах другого варианта и не было.
– Семейный или нет, но точно не одинокий. Лицо все в порезах, тело переломано, но видно, что мужчина красивый, ухоженный, спортивный. А если еще и богатый, как тут говорят, то точно
– Может, и не одной!
– Все вам языки чесать, – огрызнулась Анечка. – Все эти женщины в его прошлой жизни остались. Мы ему новую жизнь тут создаем, так что после комы все иначе будет.
– Ну-ну, мечтай!
Нянечки засмеялись и вышли из палаты, продолжая обсуждать несбыточные надежды медсестры, пытающейся всеми силами вырваться из этого городишка.
Анечка подошла к больничной койке, погладила Игоря по руке и сказала:
– Мы еще посмотрим, мечты это или реальность. Да, Игорь? Ты моя надежда, так что не подведи.
Еще раз взглянув на бессознательного мужчину, она вышла из палаты.
Что происходит, когда человек находится в коме? Как на это реагирует его окружение, понятно: родственники опекают заботой, требуют от врачей чуда, кто-то начинает работать с нотариусом, не веря в выздоровление. А что чувствует пребывающий в коме? Чувствует ли что-то? Слышит ли? Какие у него видения? Может, он путешествует по параллельным мирам или стоит в темной комнате, где нет потолка, пола и стен. А может, это что-то вроде стойки регистрации для входа в иной мир, и человеку будут задавать вопросы о том, насколько продуктивно и честно прожита его жизнь? Или они уже все знают и размышляют, дать ли ему шанс все исправить? На эти вопросы нет ответа. Люди, побывавшие в коме, не помнят, что с ними происходило.
Калейдоскопом замигали фотографии. Игорь родился. Он проделал долгий путь, темный тоннель и яркий свет. Размытые пятна, нечеткое изображение, и вот оно – тепло родных рук. Его держит мама, целует, на его личико падают какие-то капли. Это ее слезы, но он этого еще не понимает. Но ясно чувствует: ему комфортно, безопасно. Тут его забирают, он пугается и плачет. Где те руки? Почему меня отняли?
Первые шаги. Он смеется, идя навстречу отцу. Тот сидит на корточках, распростер к нему руки, и маленький Игорек неуверенно ступает, но спотыкается и падает. Правое колено ободрано о ковер. Очень больно! Подбежала мама, взяла его на руки, поцеловала, погладила ушиб, и вот он уже не плачет.
Школа. Танька Смирнова очень красивая! Каштановые волосы всегда заплетены в две косы и повязаны белыми бантами.
«Дай списать!» – шепчет ей Игорь.
«Отстань!» – даже не поворачиваясь, отвечает она.
Не надо было ему списывать, никогда. Но это был тот самый момент, когда он, пребывая в юношеском смятении, не знал, как заговорить с ней, наладить контакт. Пинать портфель и дергать за косы он не хотел. Они все-таки влюбились друг в друга. Но позже она начала встречаться с мальчишкой из класса старше, вышла замуж, но что-то не заладилось: он запил, а она стала работать библиотекарем в этой же школе. «Неудачница!» – постоянно повторял Игорь, когда вспоминал ее. Вот только злорадство очень быстро сменяла грусть.
«Сотворить невозможное» – этот девиз стал для него стимулом выбраться из нищеты маленького города.
Столичный вуз, где он познакомился с Алиной, своей будущей супругой, а затем бывшей. Он не любил ее. Она – красивая, яркая, но его манило обеспеченное ее отцом настоящее и такое же будущее. Обворожить девушку не составило труда. Свадьба, через год родился Арсений. Игорь работает много, на износ, зарабатывает деньги, потому что помощь тестя предполагает и зависимость. Ссоры, скандалы с женой, утешение в объятиях других женщин.