Командир
Шрифт:
Особенно контрастируя с чёрной слякотью и серыми махинами многоэтажек Северных Развалин вдали. Хром любил зелёный цвет – не хаки, а именно чистый зелёный. Может, и вправду из-за специфики работы?
– Так здорово получилось, – сказала Таня.
– Ага, и для маскировки хорошо. Зелёный пояс вокруг Города.
– Прямо Зелёный Город, – тепло произнесла девушка.
– Хорошее название, – за спиной раздался звонкий мощный женский голос.
Хром и Таня обернулись. Девушка сильнее прижалась к разведчику, Александр машинально сжал рукоять «Стечкина» под
– Что вы сказали? – спросил комендант.
– Зелёный Город говорю.
Хром покивал с неудовольствием. Женщина ходила в лес. Одна. А потом опять спрашивают: почему люди пропадают, почему в Город нечисть пролезает? Хром прошептал первую пришедшую в голову молитву, внимательно осмотрел женщину. Вроде ничего подозрительного.
– Можно мне идти, товарищ комендант? – неожиданно спросила женщина.
– Да, и всё-таки одна не ходите – опасно.
Женщина ответила коротким поклоном и с достоинством ушла по своим делам. Если что, её на проверке в Город не пропустят.
– Зелёный Город, – сказала Таня, будто пробуя название на вкус. – Мне нравится, очень красиво звучит.
– Да, неплохо, – ответил Хром.
Его рука будто сама собой опустилась вниз, на попку Тани. Девушка резко развернулась, взглянула Александру в глаза:
– Я хочу тебя, хочу прямо сейчас, – раздельно произнесла она.
– Пойдём к тебе?
– Не выйдет, у меня мама дома.
– Ясно, не переживай, найдём угол.
И, взяв девушку за руку, повёл её к воротам.
Очередной доклад службы по исследованию биологических форм жизни, не имеющих аналогов на Земле (сокращённо – СИБФЗ), не блистал новизной информации. По-прежнему почти ничего не удалось выяснить о мотивах нелюдей, их жизни, обычаях, социальном устройстве. Даже магам – тем же Истомовой и Борисову – не удавалось до конца понять, как же эффективно бороться против ментальной силы. Одни и те же фразы, повторения уже сказанного о возможностях снежных людей, анатомии, повадках.
– Подождите, – остановил поток научных изречений Хром. – Вы говорили, что после приёма наркотиков они становятся спокойными и послушными.
– Да, а ещё полностью утрачивают контакт с соплеменниками. Кроме этого…
– Подожди. Меня интересует одно. Они приказ какой-нибудь могут выполнить? – спросил Ахромеев.
Анна Истомова удивлённо посмотрела на него. Они, как и в прошлый раз, сидели втроём, вместе с Сэнсэем, за потёртым столом и пили чай.
– Ну конечно: сесть, встать, отойти от клетки, – несколько растерянно ответил Роберт Владленович. – Мы не занимались этим вопросом, может, тут более компетентна госпожа Истомова?
– Я кинолог, а не дрессировщик, – яростно ответила заклинательница животных и взглянула на Ахромеева. Тот не удостоил её ответом.
– А вы подумайте над этим вопросом, обсудите всё, проведите эксперимент. Через три дня жду доклада о результатах. На этом всё, мы, пожалуй, пойдём.
Сэнсэй
– Саша, ты сейчас куда?
– В Администрацию, а потом домой. Скоро земля высохнет, опять настанет веселье. Надо успеть отдохнуть.
– То есть вы пока отдыхать будете? – вступила Истомова.
– Именно, а что такое?
– Да мне вот интересно: зачем вы про возможность исполнения приказов снежными людьми спрашивали?
– А вам что за дело, Анна Михайловна? – добродушно спросил Хром.
– Вот интересно, представьте себе.
– Аня, брось, всё ты прекрасно поняла.
– Мне кажется…
– А мне кажется, этот разговор у нас уже был с вами, Анна, – жёстко произнёс Александр. – И обсуждать тут больше нечего.
– Мне только непонятно, как вы собираетесь использовать эти живые существа с промытыми мозгами?
– А что тут непонятного? На юге нашли уголь, много угля. Его нужно добывать. Вот пусть и добывают, хоть жратву свою отобьют.
– Вы, наверное, ещё аборигенов захотите поймать, чтобы они в шахтах работали? И как же вы собираетесь это сделать?
– Не знаю, но как руководитель я должен работать на перспективу.
Анна, слегка ошарашенная спокойным и невозмутимым тоном Ахромеева, спросила, тоже тихо и проникновенно:
– Товарищ комендант, вот вы и правда считаете, что всё это нормально?
Александр вздохнул.
– Сказать вам, Анна, что я считаю? Вот этот Город, Колония. В ней живут люди. Мои люди. И за каждого колониста я убью сотню – нет, тысячу нелюдей. Столько, сколько потребуется. Вам понятно?
Анна силилась что-то сказать, но только ответила:
– Удачи!
Развернулась и ушла.
– Саш, я её догоню. Извини, – сказал Сэнсэй.
– Нормально всё. Успокой её. Это ты меня извини. Если хочешь, можешь вечером ко мне прийти. Вдвоём приходите.
– Хорошо, – Ярослав кивнул и бросился догонять свою возлюбленную.
Тем временем Таня, счастливая, прибежала к себе домой:
– Мама, я сдала! Ура! Ура!
И кинулась обниматься, потом они закружились по комнате.
– Представляешь, я сдала. У меня теперь разряд, а ещё меня назвали чуть ли не лучшей ученицей. Вот это здорово! Как мы заживём теперь, представляешь? Надо праздник устроить, Сашу позовём. Вот он рад будет!
– Как хочешь.
– Ох, мама, ты не представляешь, как я рада, как всё у нас здорово получилось. И всё благодаря ему. Мам, ты не представляешь, какой он, – проговорила Таня мечтательно. – И дети у него хорошие, мальчик и девочка, я тебе про них рассказывала. Такие милые. Может, они с Никиткой нашим подружатся, а?
– Не знаю, – холодно ответила Наталья.
– Ну ладно, я пойду позвоню, Сашу приглашу.
– Танюш.
– Что, мам?
– Ты тоже кое-что не знаешь об Александре.