Командор
Шрифт:
Он первым спустился в шлюпку и легко снял девушек по очереди со штормтрапа, а затем помог разместиться на банках.
До берега было рукой подать. Всю дорогу стюардессы промолчали, не желая привлекать внимание остальных пассажиров.
Без малейшего намека со стороны Сергей помог подругам сойти на ослепительно белый песок, но обхаживать дальше, судя по всему, не собирался. Или потому, что их было двое, или он и в самом деле не был похож на остальных самцов и к женщинам относился по-дружески.
– Если вы решили быть любезным, командор, то
Сергей посмотрел на Юленьку, потом – на Наташу, и от его взгляда два сердца растаяли, как лед на солнце.
Надо сказать, что в высадившейся толпе Кабанов поневоле оказался в некотором одиночестве. Ширяев пошел со своей семьей, десантники блюли субординацию, остальные пассажиры не были ему ни друзьями, ни единомышленниками.
– Экскурсовод я никудышный, но желание дам – закон для мужчины, – галантно ответил он.
Так втроем они и тронулись в путь. У Наташи была сумка с мелкими пожитками: сменой белья для нее и Юленьки, мылом, нехитрой едой, выданной на ужин, и Сергей, не обращая внимания на робкие возражения, забрал ее себе. В итоге, он шел сразу с двумя сумками да еще при этом покуривал сигарету.
– Вот уж никогда не думал, что побываю в здешних краях. Бывший Союз объездил без малого весь, в Европе тоже бывал неоднократно. Но так далеко от дома забираться еще не приходилось. А здесь красиво. Наверное, так выглядел пресловутый рай, из которого изгнали наших несчастных предков. Солнце, море, песок – благодать!
– Оказывается, у вас за суровой личиной воина скрывается душа мечтателя, – промурлыкала Юленька.
– И сразу обижать… У других – лицо, а у меня – личина. Хорошо хоть, что не морда, – улыбнулся Сережа.
– Извините, я не думала вас обидеть. Я просто неудачно выразилась, – с многозначительным покаянием произнесла Юленька. – Надо было сказать: лик.
– Любите вы крайности. Теперь хотите к святым меня причислить. Где вы видели святого военного? Кстати, если не секрет, как далеко вы собрались идти? Не подумайте, что я хочу увильнуть от принятого обязательства – просто люблю знать все заранее. Если вам нужно на край света, так и скажите. Я с удовольствием провожу вас туда.
– Ловим вас на слове, – произнесла Наташа свои первые за совместную прогулку слова. – Только вам придется указывать туда дорогу.
– Вообще-то, мы уже и так на краю, – серьезно ответил Сергей. – Для наших нынешних современников Америка воспринимается именно в этом качестве. Здесь даже государств еще нет. Одни колонии.
– Это он намекает, что свои обязательства уже выполнил, – подмигнула Юленька.
– Напротив, едва успел к ним приступить. Земля-то ведь круглая, и путь к ее краю бесконечен.
– Вы, наверное, были большим бабником, командор, – предположила Наташа, использовав негласный титул Кабанова.
– Почему «был»? – притворно возмутился Кабанов. – Я им и остался. Вот заведу вас в самые дебри и… О, что там будет!
– Хотите, чтобы мы пожалели о своей опрометчивой
В голубизне ее глаз скрывалась бездна, в которую хотелось падать до самого несуществующего дна.
– А мы-то думали, что вы нас будете охранять! Как мы заблуждались! – поддержала подругу Юленька.
– Я и буду оберегать вас… от других, – пообещал Кабанов. – Оберегать вас от самого себя я не обещал.
Продолжая вести разговор в том же духе, они прошли половину острова и оказались у крохотной бухточки, за которой весело искрилось море. Местечко было укромное и необыкновенно красивое. Юленька громко, словно цирковой номер, объявила:
– Вот и пришли! Скажите, командор, вы уже бывали здесь раньше? Сомневаюсь, что на этом острове есть еще один такой чудесный уголок.
Отвечать Сергей не стал. Он опустил сумки на траву в тени раскидистой пальмы и стянул с себя защитную куртку.
– Прошу прощения за вольность. Надеюсь, вас не шокирует мой вид в тельняшке? – запоздало поинтересовался он.
– Не надейтесь: не смутит, – категорично ответила Юленька и тут же спросила: – Когда же будет это самое?
Сергей несколько стушевался. До сих пор командор был известен совсем с другой стороны, смущение как-то не вязалось с его обликом, но и оно шло Кабанову.
– Таковы все мужчины. Наобещают с три короба, а потом сами и отказываются, – подлила Наташа масла в огонь.
Лицо ее было покраснело, но вести себя иначе девушка сейчас не могла.
– Когда это я не держал своего слова? Просто как истинный джентльмен я считаю, что дамам необходимо сначала поесть и отдохнуть, – выкрутился Кабанов.
– Нет, для еды немного жарковато, – Наташа, точно забывшись, расстегнула молнию на спортивной куртке. Под курткой у нее не было ничего.
– Да, погода стоит… – протянул командор, стараясь не смотреть в ее сторону. – Одно слово: курорт!
На некоторое время воцарилась тишина. Неизвестно, как Сергей, но девушки чувствовали нарастающее возбуждение и ждали прихода тех мгновений, ради которых только и стоит жить. Оставался барьер – неизбежный, когда все свершается в первый раз. Надо было как-то переступить его, преодолеть, но девушки не знали как, а Сергей им почему-то не помогал. Может, смущался, что их двое? И это мужчина, не испугавшийся полусотни пиратов!
– Давайте искупаемся, – предложила Юленька. – Рай раем, но о ванной или душе Бог явно позабыл.
– А разве это не ванна? – Сергей кивнул на бухточку. – А душ будет как-нибудь в другой раз прямо с неба.
Наташа еще немного стеснялась, и начинать пришлось Юленьке.
– А вода в этой ванне теплая? – Она поднялась с травы и потянулась с кошачьей грацией.
– Разумеется. Это же рай, а в раю холодов не бывает. Разве что заштормит для разнообразия, – ответил Кабанов.
– Сейчас проверим, – Юленька разулась, потом сбросила с себя все остальное, повернулась к Сергею и застыла, ничуть не смущаясь. – Наташа, ты идешь?