Шрифт:
Декохт
Медики не без странностей.
Вот мой приятель, собираясь на дежурство, готовит себе Декокт (Отвар).
Еще правильнее, в согласии с русской литературой - декохт.
Декокт - это 150 г зубровки, перелитые в банку.
Уходит на скорую, дежурит, не пьет ничего. А как дежурство заканчивается, сразу выпивает Декокт из банки. Чтобы до дома добраться в радужных чувствах, а там уж есть и декокт, и прочее на всю оставшуюся для подвигов и славы жизнь.
Между прочим,
Любимые сказки
Редактируя статью о Берне, натолкнулся на мысль, что любимые в детстве сказки и книги определяют будущий жизненный сценарий. Так, 25-летняя особа бросила мужа и двоих детей, удрала с хахалем на яхте - все правильно, мужчина спас ее от жалкого существования Золушки.
Может быть.
Какие же сказки любил я?
Не помню. Мне кажется, что те, которых у меня не было, непрочитанные.
Ну, и Айболита, разумеется. Так и вышло по Берну: ездил за город, на поезде, от жены и ребенка, к зверям - одних лечить, с другими - сотрудничать. Там много людей томилось в плену. И солнце было проглочено крокодилом. И море бушевало.
– Тяни!
– орали санитары в приемнике.
– Толкай!
Бессознание
Однажды мой товарищ со Скорой Помощи вызвал на кое-что банальное психиатрическую бригаду.
Ходил на четвереньках голый мужчина, ел травку.
(А саму Скорую Помощь, первую, вызвали на "Бессознание").
Приехали психиатры - чистые, отутюженные, один даже в галстуке. Этот господин в галстуке приблизился, потрогал больного. И тот выплюнул ему на костюм, в рожу и в галстук все, что наел на лужайке.
Смешно? Смешно, да не это:
Фельдшер ему:
– Ну ты что, дурак совсем?
Москва - Кассиопея
Это был фильм с таким названием, но детский и застойный, там правду не показывали.
Краткая история болезни: человек живет в большой коммуналке. Бегает без штанов, а с наступлением эрекции забегает в первую попавшуюся открытую комнату, дрочит, эякулирует в телевизор, в самое интересное, после чего на этот телевизор ставит антенну и убегает.
Так что, куда ни кинь, а все ему клин, вышла ему дальняя дорога в казенный дом. Сдали его на лечение.
Он объясняет:
– Я общаюсь и осеменяю космос через антенны.
Провел на принудительном лечении 2 года. И начал выписываться. Весь такой вроде бы ничего, с элементами самокритики. Доктор перед выпиской искренне интересуется:
– Ну, вы больше не будете такого делать?
Мстительная пауза.
– Такого
Инициатива снизу
Сие, конечно, только для специалистов. Они поймут, в чем дело.
Звонит на телефон доверия престарелая бабушка. Доктору. Она обеспокоена надвигающейся монетаризацией льгот.
– Нельзя ли мне будет увеличить дозу тизерцина?..
Харакири
Эти японские соображения по поводу восходящего солнца, отраженные в сомнительных романах, заканчиваются бедой. Наш человек не нуждается в их самурайских изощрениях, ему противопоказана японская литература, а Юкио Мисима - в особенности.
Ведь как рассуждает Мисима? Когда человек - или вещь - достигают совершенства, их следует уничтожить: поджечь или вскрыть, ибо дальше будет только хуже.
И сам совершил харакири, недовольный свалившимся с неба миротворчеством.
Поэтому один такой наш человек прочел Мисиму и счел свое тело достаточно эстететически состоявшимся, чтобы вскрыться на японский манер.
Правда, он напрочь позабыл о слуге или там секунданте-самурае, я не знаю. Короче говоря, обезглавить его было некому. А потому он просто выпустил себе кишки в своем доме-многоэтажке. И стало ему тут довольно больно, так что он выпрыгнул с шестнадцатого этажа. Сломал два бедра, и кишки рядом лежат.
Тут приехали правильные люди, с понятием, собрали его, упеленали, отвезли. Не дали умереть Совершенству. И Солнце на его Совершенном брюхе взошло не полностью, а красным шрамом, самым краешком. Как раз над водами, что собираются в мочевом пузыре. Швы сняли - красотища!
День поражений и побед
Бригаду вызвали на эпилептический статус. Это когда никак не вывести из судорог.
Но бригада из статуса вывела - на свою беду.
Молодая женщина в сумеречном после статуса состоянии ума, 19 лет, вес 110 кг, искусала доктора, прокусила ему куртку и свитер.
Родного папу она выкинула с балкона, и папа радовался своему второму этажу.
Бригада из трех мужиков летала по комнате вперемежку с луковицами и какими-то банками, и больная кричала надсадно: "баба ёба".
Доктор добрался до телефона, позвонил психиатру.
Тот ласково заурчал:
– Я понимаю, это наше, но только послать некого. Может, как нибудь справитесь? Фиксируйте галоперидолом.
– Нету его у нас.
Взялись вязать: связали ремешками руки, плюс пропустили ремень через рот, и получилась она, как на дыбе. Чтобы не укусила вторично и третично.
Штанов на нее, конечно, никто не надел, это был уже излишний гуманизм.
И вот в таком виде доставили в обычный стационар, в приемный покой. А у нее еще одна нога была прикручена к рукам.