Конан-варвар
Шрифт:
Конан не мог скрыть удивления.
— То что он говорит, правда лишь наполовину, — сказал Эла Шан с застенчивой улыбкой. — Я действительно выработал план и уже собирался отправляться в Хор Калба, но дело сорвалось, — коротышка снова крутанул винт. — А этот тип мне никакой не партнер.
— Мы пришли бы к соглашению, Эла Шан, — попытался возразить Луциус, — отнесись ты к моим словам серьезно.
— Так Халар Зим сейчас в Хор Калба?
— Нет, киммериец, нет. Тем не
Конан покосился на щипцы, постепенно наливающиеся веселым багрянцем.
— И где же?
— Пустоши, Красные Пустоши.
— Ты лжешь. Там ничего нет.
— То что ищет Халар Зим, скрыто хорошо, киммериец. И он будет возвращаться в Хор Калба через перевал Шайпур.
— Привлекательное место для засады, — вставил Эла.
«Кого Луциус стремится заманить в ловушку, меня или своего прежнего хозяина?» — думал Конан, доставая из огня щипцы.
— Что Халар Зим забыл в Пустошах?
— Нелепо, но он и его отродье ведьмы ищут там одну девчонку.
— На свете полно девчонок, — рассмеялся варвар.
— Особой, особой крови, — Луциус неотрывно следил за щипцами. — Считается, что ее кровь активизирует маску и сделает владельца богом.
Киммериец инстинктивно поежился. Он сторонился любой магии, и терпеть не мог тех, кто с помощью колдовства жаждал получить власть.
— Мне кажется, ты лжешь, аквилонская собака, — раскаленные щипцы приблизились к голове Луциуса, опаляя прядь волос. — Очевидно, ты рассчитывал меня одурачить, послав в Пустоши.
— Полностью согласен, — Эла вновь взялся за тиски.
— Нет, нет! Это правда! — по лицу толстяка ручьем полились слезы. — Во имя всех богов, ты должен мне поверить. Я давно перед ним не пресмыкаюсь и ненавижу его не меньше твоего.
«Оставил бы ты свою лояльность при себе» — Конан рассматривал лежащего человека, представляя их первую встречу.
— Умоляю тебя, киммериец. Я ничего не утаил. Ты обещал.
— Разумеется, — кивнул варвар. — Эла, сними связку ключей со стены. Найди тот, который подходит к оковам рабов.
Глаза Луциуса выкатились из орбит:
— Не надо! Они взбунтуются!
— Успокойся, аквилонец, — Конан налил в кружку пива из кувшина. — Я тебя не трону и невольников освобождать не собираюсь.
— Вот, — коротышка вручил ему маленький ключ.
Подкинув ключик на ладони со старым шрамом от ожога, киммериец запрокинул голову Луциуса. Рот аквилонца открылся от неожиданности и туда полетел ключ, а следом полилась пенная струя.
Толстяк проглотил все. Пивные хлопья украшали его подбородок и грудь.
— О, Митра, зачем? — забормотал он.
— Ты же сам взывал
— Погоди, что ты задумал?
Таща за край туники, киммериец выволок Луциуса на солнечный свет. Во дворе находилось только с полудюжины охранников, да и те, заметив варвара, ударились в бегство. Конан презрительно скривил губы и толкнул аквилонца навстречу медленно подступающей толпе рабов.
— Ключ, отпирающий ваши цепи застрял в желудке этого человека, — варвар указал на рыдающего толстяка.
Луциус рухнул на колени.
— Киммериец, ты же дал слово. Ты обещал меня пощадить.
— Я обещал тебя не убивать собственноручно, — Конан развернулся и быстрым шагом пошел прочь, наслаждаясь хрустом гравия под ногами, который пожирал предсмертные вопли Луциуса.
— Эй, северянин… — бросился вдогонку одноглазый вор. — Ты заслужил мою благодарность.
— Да, неужели?
— Всем известно, что Эла Шан никогда не остается в долгу.
— Редкие качества в воровском мире.
Человечек обогнал Конана и засеменил быстро, как только мог.
— Если ты не откажешься от дурацкой затеи преследовать этого Халар Зима в Хор Калба, то советую разыскать меня в Асгалуне. Там я смогу тебе чем-либо помочь.
Варвар покачал головой.
— Ну а ты, Эла Шан, если услышишь о смерти хозяина Хор Калба в Пустошах, знай, что именно Конан из Киммерии расчистил для тебя дорогу.
— Тогда, может, Бел улыбнется тебе, Конан из Киммерии, и придаст скорости твоему мечу, чтобы Халар Зим отправился в преисподнюю.
Глава 15
Тамара Амалиат Джорви Карушане стояла на зубчатой стене монастыря, наслаждаясь теплом восходящего солнца. За двадцать лет жизни девушки купание в первых солнечных лучах постепенно вошло в привычку и превратилось в своеобразный ритуал. Глядя на солнце, Тамара чувствовала его власть над миром, хотя сама она тоже по мере сил помогала поддерживать в нем гармонию.
Когда дневное светило поднялось над горизонтом, девушка поклонилась ему и приступила к утренним упражнениям. Годы обучения в монастыре сделали ее экспертом в области боевых дисциплин. Отдавая предпочтение рукопашному бою, Тамара также старательно училась пользоваться луком или ножом. В конце концов, лезвия и стрелы способны причинить серьезный вред даже непреднамеренно. Ведь не зря бытовало высказывание: «Падающий нож не имеет рукояти». Правда, ногами и кулаками, подчас, можно нанести противнику еще больший урон.