Концессия 3

Быченин Александр Павлович

– Твоему профессионализму, сынок! – моментально отозвался тот. – Ты же, я так понимаю, научный подход применил? Подошёл к делу со всей ответственностью, провёл ряд экспериментов, выявил минимально необходимую концентрацию легирующего элемента, сиречь «мускуса», и добавил ровно столько, сколько требуется?

– Ну да… а как ещё можно было?

– Тебе лучше не знать, сынок.

– И всё же, дон Себастьян?

– Можно просто замочить изделие в «мускусе» на некоторое время, а потом подвергнуть интенсивным испытаниям, - пояснил Инкин

дядька. – К примеру, если это пистолетный ствол, то за один заход пальнуть раз двадцать-тридцать. Или лучше все пятьдесят, если, конечно, оружие выдержит.

– А что, бывает, что и не выдерживает?

– В двух случаях из трех. Зато тот экземпляр, что выдержал, потом практически неубиваемым становится.

– Э-э-э… экстремальный отсев? А повышенная нагрузка… чтобы «мускус» подкорректировал кристаллическую решётку в соответствии с текущими задачами? – вслух задумался я. – Это что же получается… он самообучающийся?

– «Мускус»-то? – усмехнулся дон Себастьян. – Есть немножко.

– Охренеть! Но ведь… по всем признакам это… как минимум примитивная нейросетка! Или нанокомпьютеры…

– Если ты намекаешь на кластер наноботов, то нет, - поспешил разочаровать меня сеньор Альварес. – Поверь, именно с этого первые исследователи и начали. Попытались докопаться до внутренностей сначала здесь, на Роксане, потом, когда поняли, что на местной приборной базе никак, отправили пробы в крупнейшие лаборатории, вплоть до Земли…

– И что, военные не воспротивились? – удивился я.

– Напротив, контактами поделились! Надо полагать, чтобы наши не сунулись к конкурентам… хотя какая, к чёрту, разница? Корпы-то тоже в стороне не остались!

– Значит, просто сэкономили вам средства, - заключил я. – Ну и что дальше? Отправили…

– … и никаких признаков! – вздохнул дон Себастьян. – Начать с того, что отдельный структурный элемент, собственно, сам нанобот, или хотя бы клеточный автомат, выделить из общей массы не удалось. Это нечто… даже не знаю, как описать. Какое-то промежуточное состояние материи, и не жидкость, и не твёрдое вещество. Кристаллической решётки нет. Крайне летучее… ну, ты и сам знаешь. Зато реагирует на электрические разряды. И способно обучаться. Так что, как видишь, исключительно внешние проявления. Поэтому наноботами, строго говоря, составляющие «мускуса» не являются. Разве что бесконечно – и рандомно – видоизменяющимися. А таких наноботов не бывает, это признак живых существ. Правда, с разогнанной до той же бесконечности скоростью эволюции. Или мутаций, не суть.

– Загадали вы загадку, дон Себастьян! – вздохнул и я, причём даже более тяжко, чем собеседник. – Промежуточное состояние материи… а материи ли? Ну, в широком смысле слова? Может, тут тоже какой-нибудь дуализм, типа, как у фотонов? Корпускулярно-волновой, то есть?

– Типа, концентрированный и замедленный… свет?! – округлил глаза Инкин дядька. – Ну ты даешь, Энрике! Вот это версия, так версия!

– Жаль, недоказуемая, - вынужденно признал я.

–

Это да… впрочем, а кто тебе самому мешает доказать, сынок?

– Никто, - мотнул я головой. – Тут другое… сами же сказали, приборной базы нет. А я не физик-экспериментатор, мне квалификации не хватает, чтобы придумать эксперимент и соорудить под него установку.

– А ты попробуй!

– Я всего лишь кризисный инженер, дон Себастьян…

– Всего лишь? – с намёком прищурился хозяин мастерской. – Сдаётся мне, сынок, ты сам себя ограничиваешь в возможностях. Отринь догмы, мысли нестандартно!

– И сам не заметишь, как будешь голыми мудями в саванне сверкать? – ухмыльнулся я.

– Не исключено, сынок… не исключено! – подмигнул мне старый механик. – Впрочем, к твоей продукции сие не относится! Я поэтому и не запретил Инес от тебя подарки принимать. Честно признаться, настолько… безопасных изделий я не встречал. И это ещё одно твоё конкурентное преимущество, Энрике.

– В самом деле? – заломил я бровь. – Типа, тут кто-то думает о безопасности?

– Жизнь заставила, сынок. А ты разве не по этой причине оптимальную концентрацию «мускуса» искал? – поднял на меня насторожённый взгляд дон Себастьян.

– Если честно, я просто хотел сэкономить, - сразу же признался я. – В Мэйнпорте, знаете ли, «мускус» очень дорогое удовольствие.

– В Порто-Либеро тоже, - заверил мой собеседник. – Хм… то есть тебя насчёт «мускуса» никто не предупредил?

– Не посчитали нужным, - пожал я плечами. – Политика корпорации: каждый знает ровно столько, сколько ему необходимо для эффективного функционирования. Я про всю эту хрень вообще случайно узнал…

– Не расскажешь?

– Не сейчас, - помотал я головой. – Слишком неприятные воспоминания.

– Понимаю… - покивал Инкин дядька. И снова сменил тему: – Ты, сынок, всё-таки подумай над моим предложением. «Промышленники» фракция уважаемая, нас даже отморозки из «лос пумас» задевать опасаются. Опять же, защита и постоянная занятость, без работы сидеть не будешь.

– Я подумаю, дон Себастьян.

– Подумай, Энрике, подумай. Можешь, конечно, конкуренцию оружейникам нашим местным составить… клиентуру наберёшь, даже не сомневайся. Хотя бы за счёт качества изделий. Но учти, что в оружейном бизнесе парни горячие, в методах зачастую неразборчивые. Будешь постоянно ходить и оглядываться. Либо дома безвылазно сидеть.

– Довольно мрачная перспектива, дон Себастьян, - невольно поёжился я.

– Уж какая есть, сынок! Ну и ещё одно…

– Да, сеньор?

– Ты не просто подумай, сынок, типа, да или нет. Прикинь, что тебе потребуется. Чем предпочтёшь заняться. Где хочешь жить и работать. Какие бытовые условия. Материальная база, опять же. И если дашь ответ в течение завтрашнего дня, то мы все твои пожелания как минимум учтём. А как максимум полностью удовлетворим.

– А если я приду… позже? – уже примерно понимая, что услышу, уточнил я.