Конец империи
Шрифт:
— Правда, существует одна проблема, — тихо добавил Аято. — Карс редко убивает свою добычу, он предпочитает, съедать ее живой.
Расчет оказался безошибочным. Все тасконцы побаивались мутантов, а о властелине по лагерю ходили целые легенды. Его внешний вид, мощь, сила и жестокость приводили в трепет любого солдата.
Все приказы Карса оливийцы выполняли быстро и беспрекословно. Спорить с ним никто не решался.
Вот и сейчас в глазах перебежчика появился страх. Он пытался понять, не блефует ли землянин? Но на каменном лице японца
— Вы… вы не сделаете этого! — заикаясь, выдавил предатель.
— Еще как сделаем! — зловеще рассмеялся Тино. — Солдатам следует привыкать к кровавым зрелищам.
— А как же милосердие? — воскликнул пленник. — Монстр разорвет меня на части! Нелаун, неужели вы позволите мутанту пожирать живого человека…
Сток быстро сориентировался и с равнодушным видом произнес:
— А почему бы и нет? Необычный, своеобразный вид казни. Причем довольно гуманный, ведь осужденному дается реальный шанс остаться в живых.
В тот же миг самурай схватил перебежчика за шею и сдавил ему горло железной рукой. Глядя в глаза тасконцу, Аято с ненавистью вымолвил:
— Заговорил о человечности, скотина? А ты думал о ней, когда предавал женщин и детей? Нет! Ты заботился лишь о собственной шкуре. Даю пять секунд на размышление — либо свидание с Карсом, либо имя вождя, пославшего бумагу арку.
Зрачки пленника испуганно заметались. Впрочем, на подобные мелочи японец не обращал внимания. Он методично, громко, словно метроном отсчитывал:
— Пять!.. Четыре!.. Три!.. Две!.. Одна!..
— Торн, — отчаянно закричал предатель и рухнул на колени.
По щекам мужчины текли слезы, тело колотила нервная дрожь, плечи вздрагивали от рыданий. Тино кивнул головой Стюарту, и тот снова позвал своих людей. Они без лишних слов взяли перебежчика под руки и поволокли к выходу.
— Спрячьте пленника в надежное место, — вымолвил Храбров. — О нем в лагере не должна знать ни одна живая душа.
— Я лично займусь этим, — сказал Пол, покидая комнату.
Как только дверь закрылась, командующий растерянно проговорил:
— Невероятно! Подобного предательства Свободные города еще не знали! Лидер Гелиола, одного из крупнейших центров Союза!.. Почему?
— Очень странно, что вы задаете этот вопрос, Сток, — с горечью произнес Олесь. — Ответ очевиден — борьба за власть. Гелиол и Сорл всегда были соперниками. Теперь Нелаун — командующий армией, а Торн — лишь член штаба. Подобную обиду тяжело пережить, особенно человеку с болезненным самолюбием. Вот он и решил пойти другим путем. Предав Союз, лидер Гелиола хотел выторговать для своего города особый статус в империи Яроха. Думаю, арк пообещал бы ему все что угодно.
— Проклятье! — выругался Саунт. — Из-за мелочных дрязг и интриг мы потеряли половину страны, еле удерживаем оставшуюся территорию, а распри все равно продолжаются. Природу человека невозможно изменить. Торна надо немедленно схватить. Но, боюсь, взбунтуются четыре сотни гелийцев.
— Мы
— Какой ценой? — мгновенно отреагировал русич. — Потерять полтысячи солдат накануне ответственного сражения равносильно самоубийству. Нет, Торна сейчас трогать нельзя. Пусть все остается по-прежнему. Само собой, о пленнике вождю Гелиола не скажем.
— Что ты придумал? — спросил со свойственной ему проницательностью Аято.
— Использовать ситуацию нам во благо. У армии истощены ресурсы, где нападет противник — неизвестно. Теперь эти проблемы можно решить. Союз ускорит события и сам выберет место предстоящей битвы.
— Хочешь послать к Яроху своего человека? — догадался француз.
— Не совсем так, — отрицательно покачал головой Храбров. — Мы не знаем, какие меры предосторожности предпринял Коун. Возможно, у связника есть пароль, о котором он умолчал. В таком случае провал будет неизбежен. Создадим другую легенду. Группа бродяг натыкается на мертвеца в лесу, а при нем оказывается карта расположения постов. Узнав в ближайшем городе о войне арка с союзниками, путники решают продать ценную информацию. По-моему, ситуация вполне реальная.
— Очень интересно, — похвалил Нелаун. — Но план рискованный. Воинов могут взять в плен, сделать заложниками или просто убить. Я уже не говорю о пытках… Разведчики должны быть смелыми и надежными людьми.
— Правильно, — согласился Олесь. — А потому я сам возглавлю отряд. Со мной отправятся Воржиха, Эриксон, Саччи и Карс. В землянах никто не сомневается, и властелин не подведет. Надо провести небольшую рекогносцировку.
— Нет, так не пойдет, — возмутился Аято. — Группа слишком мала для подобной вылазки. Предлагаю добавить меня, Дойла и Саттона.
— Перестань, — остановил друга русич. — Кто-то должен остаться в Лендвиле. Стюарт и де Креньян со всеми проблемами здесь не справятся. Если наша затея удастся, сражение состоится уже через несколько декад. Вы обязаны подготовить оливийцев. Тренировки нельзя прекращать ни при каких обстоятельствах.
Споры длились не меньше получаса, но ни к чему не привели. Тино остался в меньшинстве и не смог изменить расстановку сил.
Не теряя времени, Жак приступил к составлению дезинформации. На небольшом листе бумаги появилась схема расположения войск и постов, имеющая довольно отдаленное сходство с реальностью.
Все было сделано так, чтобы противник не сомневался — лучшее место для прорыва — у космодрома «Звездный». Именно на его широкой посадочной площадке земляне и рассчитывали дать решающую битву войскам арка.
Шпионы Коуна, находящиеся в лагере союзников, наверняка сообщат советнику об отправке гонца Торном. А потому Олесь решил двинуться в путь этой же ночью.
Очень тихо, быстро русич собрал всех членов группы. Им вкратце объяснили суть легенды и дали двадцать минут на подготовку. Никто из наемников от участия в походе не отказался.