Конец радуг
Шрифт:
– Двадцать секунд назад я заметила импровизированные сигналы на облачном фоне над вот этой зоной.
И она нарисовала эллипс над южным округом Сан-Диего, покрывающий приличный кусок Кэмп-Пендльтона. Кто-то подавал сигналы, просто мигая фонарем в облачное небо! Большая ось эллипса рассеяния показывала прямо на УСД. Перед глазами Боба поплыли слова перехваченного сообщения.
Сю Сянь – » всякому, у кого хватит соображения заметить сигнал: «sm» Автоматика лабораторий «ДженГена» повреждена. Система атакует всякого,
Аналитик метеослужбы высказался поверх плывущих слов:
– Сообщение передано односекундным импульсом, повторено двенадцать раз. То, что вы видите, – восстановлено после очистки от помех.
Это было достаточно ясно. Пальцы Боба Гу задергались в перчатках, давая приказ морпехам.
Потом напрягся его противоперегрузочный модуль, и…
…на миг Боб Гу перестал обращать внимание на что бы то ни было – просто не мог. Логика боя бросала командующего операцией в гущу событий. В этом случае запуск выбросил его модуль из Пендльтона почти горизонтально.
Может, и не самое удачное решение, – подумал он.
Но такие мысли всегда возникали у него при вылете с направляющих под перегрузкой в двадцать g.
Сейчас надо было собраться с мыслями и понять контекст. Люди и оборудование работали строго по расписанию. Немыслимые Последние Средства еще висели над головой, гибкие до самого конца. Сетевое оружие уже было в УСД. А биолаборатории все еще светились зеленым, мирные и в полной безопасности.
Посадочный модуль Боба был в нескольких секундах полета от УСД.
Случилось еще что-то важное, вот в последние секунды. Сю Сянь? Воспоминания нахлынули на Боба тут же, как только аналитики ДВБ выдали собственное озарение. Сю Сянь. Не такое уж редкое имя, но в Южной Калифорнии его носят вряд ли больше трех-четырех человек. И одна из них жила в «Конце радуг» с Леной Гу.
Внезапно Боб очень хорошо понял, кто находится в перекрестье прицела всех сил, которыми он командует.
30
ГДЕ КОНЧАЕТСЯ СЕТЬ
Библиотека сделала свой выбор.
На миг Тимоти Юнх и вся ночная смена лишились дара речи. Толпы реальных людей затихли, и даже миллионы виртуалов влились в координированную тишину.
Библиотека выбрала – и она выбрала скучистов.
Видно было, как осознание поражения распространяется по рядам гачекистов. Победа была реальной. Как примут это гачекисты? В конце десятых годов было несколько разгромов, когда большие структуры верований выдавали некое ужасное искусство. Настолько ужасное, что сами кружки распадались и погибали. Кто сейчас знает о Стальных Когтях или о Зонах Мысли? Но сегодня гачекисты потерпели поражение от рук других и должны сделать хоть что-то… может быть, даже что-то милосердное.
Безмолвная тишь толпы продержалась еще секунду. Потом
– Мы склоняемся перед желаниями Библиотеки. Ты победил, о Скуч-э-маут.
Среди гачекистов поднялся негодующий вой, но Опасное Знание, подняв руку, продолжало:
– Мы отказываемся от всех своих претензий. Мы остаемся всего лишь гостями.
Шейла – » Ночной смене: «sm» У гачекистов идет дискуссия с администрацией университета. Они выпрашивают все остатки, что смогут выпросить. «/sm»
Большой Скуч-э-маут оказался великодушным победителем, хотя и не отошел прочь от объятий библиотеки.
– Вы всегда будете желанными гостями в библиотеке настоящих книг.
Хенсон – » Ночной смене: «sm» Админ визжит на эту тему, но паблисити окупится дополнительной площадью. Ребята, мы победили! «/sm»
Несколько минут все шло отлично. Окончание беспорядков без стычки с полицией или без физических разрушений не дало ожидаемой разрядки, но вдохновители бунта предусмотрели для этого дополнительные спецэффекты. Кэти Розенбаум собрала все паучьи роботы вместе и послала их к механизмам Юнха для причудливого «танца мира» – который случайно убрал почти весь мусор этой ночи. Тим ощутил идущие переговоры сторон, уступки и обещания. Опасное Знание отступило в небо, и обе стороны стали забавляться спецэффектами, которых раньше не было.
Но теперь, когда все должно было пойти гладко, возникли проблемы с сетью. То там, то здесь та или иная служба становилась невероятно медленной или ненадежной. Это портило весь вид. Скуч-э-маут все еще стоял, обнимая колонну библиотеки, которая «пришла» к нему. Героический жест, затянувшийся слишком надолго, превращается в дурацкий. Юнх глянул на табло статуса механизмов – скучи не обновлялись уже семь секунд. И никак нельзя было управлять ни одним механизмом.
Юнх – » Хенсон: «sm» Эй, Шейла, кто там гоняет Большого Скуч-э-маута? «/sm»
Хенсон – » Юнxy: «sm» He знаю. Играл он отлично, но сейчас бросил мяч. Ну ладно, мы сворачиваемся. Возьми на себя управление и уведи робота. О красивом виде можно больше не заботиться. «/sm»
Потом она просминговала всей ночной смене, пытаясь навести порядок и увести людей и роботов «ДженГена» туда, где они должны находиться.
Юнх подогнал погрузчик к механизму Большого Скуч-э-маута, подошел сзади и стал придумывать, как увести эту парочку с поля. Туман Коллективного Разума, окутывающий его робота, уже не соответствовал движениям, и выглядело все дерьмово. Ну ладно. Он сейчас возьмет на себя управление Большим Скуч-э-маутом, роботы последний раз хлопнут друг друга по рукам в воздухе и вместе погромыхают прочь. Нормально, пусть и не совсем.