Консорт Ее
Шрифт:
— Молодец, — она откровенно хохотала с моих ответов, — и где ты такие книжки нашел?
— У нас. В библиотеке, — недоумевая, с чего такая реакция на мои слова, ответил я.
— Эта книжка рассчитана на детей, лет до восьми, максимум. Когда у них еще нет представления о полноте мира, все делится на черное и белое, — начав обследование, она продолжила, — на самом деле мир не такой. Он всегда серый. Нет чистого добра, нет чистого зла, есть только наше отношение к происходящему действию и реакция из опыта. Так и с магиями — на самом деле их не четыре, а гораздо больше. Например, мы — лекари, —
— А-а-а, — я задумался, ведь в книге они были уникумы, как и архимаги, — даже не знаю. Наверное, магия воды. Вода — источник жизни.
— Мы являемся магами жизни, — она снова вернулась к исследованию, — так же существуют и маги смерти.
Мои глаза округлились. Сразу предстал перед глазами огромный мужчина с синюшной кожей, одетый в черный балахон, с огромным скипетром и повелевающий армиями скелетов, зомби и прочей нечисти. Видимо, свои мысли я озвучил вслух, потому что по палате разнесся гогот:
— Ахахахаха, — Василиса Никитична чуть согнулась от смеха, закончив обследование, — я не могу! Ты как маленькое дитя. Маги смерти в большинстве своем — культурные и хорошие люди.
— Ага, с армиями зомби, пытающимися съесть человеческую плоть.
— Меньше телевизор смотри. А то снимают для вас, мужчин, всякий бред, а вы потом тени своей боитесь. Вон как побелел от страха.
— А что, такого быть не может? — поинтересовался я, немного приходя в себя.
— Ну почему же, — перестав улыбаться, задумалась она, — но ты опять делишь мир на белое и черное. Среди магов смерти столько же хороших магов, как и среди других стихий. Видишь ли, людская злость, ненависть к остальным, не зависит от принадлежности к какой либо из Школ, хотя, конечно, некоторые склонности влияют на характер. Например, маги теней в большинстве — интроверты. Любят одиночество, затворничество.
— Понятно. А сколько всего Школ магии?
— На данный момент изучены восемь направлений магии: воздух, вода, земля, огонь, жизнь, смерть, тень и время.
— Время? — я оживился, — то есть, существуют маги, которые могут изменять время? Это же лучшая магия на свете!
— Перестань мыслить узко. Ты тоже оказался магом, так что эти знания тебе необходимы. Так что стань серьезным и думай рационально. Никто не может управлять временем, прыгать в прошлое и будущее. Было, конечно, несколько любопытных, которые пытались это сделать. Но, поверь, ничем хорошим для них это не закончилось.
— Тогда… в чем смысл магии времени? — я перестал улыбаться, разговор выходил весьма серьезный и полезный.
Глава 4
— Не во всем есть смысл. А вот польза большая. Ускоряя время на определенном земельном участке, зависящем от их силы, можно за сутки вырастить картофель или помидоры. А в бою, замедляя время, они могут наносить сокрушительные атаки и оставаться невредимыми.
— А архимаги? — этот вопрос меня интересовал давно, даже в книге о них было написано мельком.
— С ними все сложнее. У них есть способности к абсолютно любой магии. Есть такие, которые развивают все понемногу, есть те, кто углубились в одну
— Так получается, они универсальны? Тогда почему хорошо, что их рождается мало?
— Универсальны, — она согласно кивнула, — но цена за такую силу слишком велика.
Было видно, что эта тема была ей неприятна, так что я молча лежал и ожидал продолжения.
— У некоторых мозг не выдерживает таких нагрузок. Они становятся неуправляемы, опасны для окружающих. А с их силой — это очень опасные враги, которых крайне тяжело усмирить.
Еще несколько минут я провел молча, переваривая информацию, пока дверь не открылась и не заглянула кадета Татьяна:
— Просили сопроводить, — пояснила она, пропуская Марью в палату, — и Анна Викторовна просила передать, что ждет вас в ординаторской.
— Уже иду, — отозвалась Никитична и почему-то подмигнула Марье.
Марья же, дождавшись, когда дверь закроется, направилась прямиком ко мне, едва я успел слезть с кровати.
— Сергей, — томно вздыхая, начала она свое «нападение», — как ты себя чувствуешь?
Напряжение в голосе давало понять, что не это она хотела сказать, но…
— Все хорошо. Твое самочувствие не ухудшилось?
— Все просто замечательно! Ты знаешь, — она приблизилась ко мне настолько, что я невольно сделал шаг назад, в сторону кушетки, на которой раньше лежала Анна Викторовна, — сегодня общалась с Елизаветой Егоровной. И получила от нее разрешение, — кокетливо сообщила мне она.
— Разрешение? — я не удивился, но нужно было уточнить. Все это время не забывал, что оставался всего лишь рабом.
— На право, — она зажала меня между собой и кушеткой, следующую фразу прошептав мне на ухо, — провести с тобой время.
Ее поведение было достаточно милым, а то, как она боялась сказать прямо, явно выдавало ее неопытность и стеснение в этом деле. Я притянул ее к себе, схватив за талию. Стройная девушка совторым размером груди и выделяющейся талией не могла оставить любого мужчину равнодушным. Мое удивление наступило позже, когда я начал целовать ее губы. Сладкий поцелуй и ее раскрасневшееся лицо не могло объяснить того, что мое естество каменным стояком уперлось ей в живот. Я непонимающе перевел взгляд со своего пояса на нее, а она лишь улыбнулась:
— Я заранее договорилась с Анной Викторовной. Все готово и нас никто не побеспокоит, — сказала Марья, неловко скидывая простынь и еще сильнее краснея.
Я перевел руки с ее талии на спину, притянув левую грудь к своему рту, впился в сосок. Ее непродолжительное «ах» нарушило тишину в палате. Она хаотично начала водить руками по моей голове, то сильнее прижимая, то немного отпуская ее. Продолжая нежно покусывать, правую руку спустил к ее колену, ощущая ее желание, стекающее по ногам. Решив еще немного подразнить, я провел пальцами от внутренней стороны бедра и выше, достигая ее прекрасной розы. Она была настолько возбуждена, что лишь прикосновение вызвало продолжительный стон, сорванный на полуслове открывшейся дверью: