Консорт
Шрифт:
* * *
Она прогнала всех и осталась сама сидеть на крыше. Еда остыла, вино не приносило должного удовольствия. Даже погода была против неё, так как начался дождь. Лиза сидела в своём прекрасном платье и тихо рыдала. Она была мила, учтива, попыталась устроить романтический ужин, но всё пошло прахом… И как он не может понять, что она о нём заботится, что она, по сути, спасла его от борделя, что она подарила ему долгую и счастливую жизнь… Злость и беспомощность её не расстраивали, они убивали, изнутри рвали на куски. Она взяла бутылку и допила вино с горла, легче почему-то не стало. Взяв и открыв вторую бутылку,
Утро началось ещё хуже, чем закончился вчерашний вечер. Голова гудела, злость выветрилась вместе с алкоголем, а в душе зародилась обида на себя. Выпроводив всю прислугу и пригрозив, что если ещё кто-то заявится сегодня, вылетит в окно, а не только с работы, уселась в большое кресло напротив камина. Сначала хотелось Сергея убить. Желательно так, чтобы он при этом долго мучился и просил прощения. Но ведь не смотря на всё, на её обиду и злость, на все гадости, что он ей наговорил, она ведь его…любит? ЛЮБИТ?! Она архимаг, она лучше всех умеет контролировать свои чувства! Она не позволит какой-то любви усомниться в её силе и власти, в её объективности. И тут его образ всплыл перед ней: его глаза цвета бушующего океана, его волевой подбородок, его скромная улыбка и забавная нерешительность на ужине. Просто он ещё молодой и глупый. Он… Поток мыслей был прерван Владиславом Олеговичем, который вошёл в покои.
— Я ЖЕ ПРОСИЛА НЕ БЕСПОКОИТЬ! — гневно произнесла госпожа.
— Прошу меня простить, — в поклоне отозвался Влад, — я хотел быть уверен, что у вас всё в порядке.
— Всё лучше не бывает. Пошёл вон отсюда! — голос был наполнен злобой и яростью.
— Елизавета Егоровна, а что насчёт Сергея? — Владислав всегда умел найти подход к госпоже.
— А что насчёт него? — были слышны начинающиеся всхлипы, — обычный раб, коему место в гареме.
— За такое поведение его нужно наказать! Что он из себя возомнил? Хамить госпоже никому не позволено. Но меру в этом случае выбирать вам, — он не отходил от двери, так как приглашения не было, но ему очень хотелось бы увидеть её глаза.
— НЕТ! Не наказывать! Он, — всхлипы стали ещё чаще, — он просто дурак!
— Конечно дурак, разве можно хамить такой прекрасной деве, как вы? — задал риторический вопрос Мастер и двинулся к креслу. Лиза выглядела, как маленькая девочка, сидя в кресле и поджав под себя ноги, укутавшись в плед. Влад присел на колени и аккуратно её обнял. Плечо резко начало промокать. Он решил, что сейчас слова излишни, нужно просто молчать, ей нужно выплакаться. Нежно погладив своей пятерней по её волосам, он развернул её лицо к своему и, встретившись взглядом, негромко сказал:
— Он ещё молодой и глупый. Всё наладится. Да, он не «стандартный», но я сделаю из него нормального мужчину.
— Сделай, — слезы продолжали литься из её прекрасных глаз, — потому что я люблю его и хочу быть только с ним, — с каждым словом голос становился всё тише и тише.
— Всё будет сделано в лучших русских традициях! — с деланной важностью и небольшой улыбкой сказал он.
Лиза даже перестала плакать и заинтересованно на него посмотрела:
— А это как?
— Это «не сделано», — с важным видом сказал он и рассмеялся. Госпожа тоже не смогла сдержать улыбку и обняла Влада с новой силой.
— Ты всегда мог заставить меня улыбаться.
— А заставить тебя позавтракать в половине первого дня я смогу? Не убивая при этом прислугу,
— Можешь, — улыбнулась она, — разговор с тобой всегда меня радует.
— Значит, Светлана Сергеевна не зря меня сюда отправила. Кстати, она собиралась навестить меня на днях. Я надеюсь, ты не против?
— Как я могу быть против приезда Императрицы, — возмутилась Лиза, — когда она смогла доверить мне самое дорогое, что у неё есть. А когда именно? Мне же нужно приготовиться!
— Приезд будет тайным, так что не нужно ничего готовить. Да я и сам не в курсе, когда, — он вздернул плечами, — для меня тоже будет сюрприз.
— Не очень я люблю такие «сюрпризы», — с притворной злостью сказала она, — но я всегда рада её видеть.
— Раз ваше настроение улучшилось, — Владислав Егорович поднялся на ноги, — тогда я пойду, у меня ещё много дел, а заодно и распоряжусь на счёт завтрака. Хотя по времени, — он мельком взглянул на часы, — можно подавать уже обед.
— Не раньше, чем через час, — поправила она его, — не дело, чтобы подчинённые видели меня в таком виде. Пойду, приведу себя в порядок, — и с этими словами Лиза побежала в свою спальню.
— Девушки всегда остаются девушками, — еле слышно сказал Мастер, улыбнулся сам себе и направился к выходу. А в голове бродили мысли, как наказать Сергея, не наказывая его. Такое поведение прощать нельзя и он должен осознавать, что он — РАБ. А раз так, пора ему отрабатывать своё существование.
* * *
— Докладывай, — в голосе слышался холод и злость.
— Есть! Правда, докладывать особо нечего, — немного смутилась начальница охраны, — наемница пропала. Оракул говорит, что она мертва.
— Как мертва?! Через неё на нас не выйдут?! — госпожа была практически в ярости.
— Не выйдут. Мы соблюдали конспирацию и выдуманную историю. Она из Польской империи, к нам вопросов не будет.
— А что с Адамом? — Клавдия не на шутку заволновалась.
— Предполагаем, что жив. Конкретные данные отсутствуют, — извиняющимся тоном доложила подчинённая.
— Узнать, что и как, любыми средствами! Подкупите всех, кого можно и кого нельзя! Его надо вытаскивать оттуда и срочно! Если кто-то узнает, что нам удалось, Императрица заберет его себе и все наши труды пропадут зазря. Если нужно — готовьте силовое решение проблемы. Он — наша единственная возможность захватить власть в Империи и мы её не упустим, — в глазах Клавдии Егоровны забегали огоньки.
— Будет сделано, — начальница охраны отсалютовала и покинула покои госпожи.
— Адам, ты будешь только мой. Я тебе это обещаю…
* * *
Избегающие меня мужчины не сильно волновали, а иногда даже радовали. Поев в одиночестве и позанимавшись в спортзале, стало скучновато. Играть со мной в видео игры, конечно, все отказались, а читать настроения не было. Проходя мимо входной двери, услышал стук, а после увидел Мастера на пороге. Разговор шёл явно не дружеский и после моего прокола с госпожой, мне наверняка интересный. Если убрать все отступления по поводу жизни и очередного заигрывания Влада со Светланой, суть была очень проста — с понедельника я буду внесён в график, а значит, я стану ещё одним жиголо, как и все, находящиеся здесь. Пребывая в некой прострации, нужно было хоть как-то поднимать себе настроение. В своей молодости (лет этак до сорока) я играл в баскетбол, но в этих реалиях явно невозможная задача. Как и футбол, и любая другая командная игра. Судя по тому, какие тут «спортивные» парни, они умеют только жрать, играть, да глянцевые журналы читать. Остаётся только плавание. Подойдя к Александре, я задал мучавший меня вопрос: