Консультант
Шрифт:
Александрович почувствовал, как тошнота подкатывает к самому горлу.
«…Ладони с длинными крючковатыми пальцами и острыми ногтями, больше похожими на цепкие иссохшие конечности древнего птеродактиля, с силой раздвинули колени несчастного пришельца.
— Не упрямься, мой сладкий, я доставлю тебе несказанное удовольствие, — прошамкала жрица, — а потом ты мне…»
Глубокий нокаут!
Выпотрошенная дорожная сумка полетела в сторону. Это
Мобилизуя последние силы, чувствуя нарастающую боль в области сердца, сыщик на подкашивающихся ногах поплелся в соседний номер. На его стук дверь распахнулась, являя собой коренастого мужичка в тельняшке.
— Слушай, матросик, у тебя нет случайно валидольчика? Что-то как-то мотор шустрит не понарошку, — Бай, поморщившись, потёр кулаком грудь. — И от головы что-нибудь, если есть.
— Плохо выглядишь, сосед, — мужчина махнул рукой, приглашая войти. — Я не матросик, — усмехнулся, доставая из чемодана барсетку с красным крестом, — я — ветеринар. Александр Александрович Зубов. Будем знакомы?
— Ну надо же, — расплылся «сердечник» в улыбке, пожимая руку собачьему доктору, — так мы с тобой тёзки! Александр Александрович Чистобаев, следователь. Служебная командировка. А ты какими судьбами в этом городе?
— Да как тебе сказать… — Мужичок озадаченно почесал затылок. — Я, в общем-то, местный. Поругался с женой, вот и вынужден временно снимать казённые хоромы, пока моя благоверная не остынет. У нас это аккурат раз в год происходит на протяжении вот уже… десяти лет, как поженились. Традицией стало, понимашь. Так-то, брат. А с тобой что случилось, на тебе лица нет? Вроде здоровый мужик с виду, крепкий.
Майор разом растерял всю весёлость, вспомнив, по какой причине он схватился за сердце.
— Смеяться будешь — женщина случилась!
— Вот и у меня… женщина, — печально вздохнул Александр в тельняшке. — Вернее, две.
— О, даже так! — усмехнулся понимающе сыщик.
— Да не, там совсем не в том смысле. Под язык положи, — вручил он таблетку соседу по номеру и обреченно вздохнул. — Ревнивая у меня супруга, просто беда. Я с собакой гулять — она к окну с биноклем. А тут, как на грех, две симпатичные дамочки подруливают ко мне с каким-то бредом про стерву, роман с приключениями и проститутку! Я, честно, ничего не понял, но зная, что нахожусь под колпаком у жены, бежал от них быстрее своей Альмы… Эй, ты чего это, братишка? Ну-ка присядь, может, скорую?
— Спасибо, не надо скорую. Сейчас пройдет. Ты мне лучше подробней про этих дамочек расскажи. Кто такие, как выглядят, где живут? Что еще говорили?
— Никак в розыске мадамы? Аферистки! — У ветеринара загорелись глазки в ожидании захватывающей информации.
— В розыске, в розыске, — Бай расслабленно откинулся на спинку кресла, вытер ладонью выступившую вдруг испарину со лба и «включил» профессионала. — Ты рассказывай, матросик, а я послушаю.
Перед офисом стоял черный внедорожник. Огромный. Серьёзный. Для выгула подчиненной шеф решил использовать личное авто? Котова даже растерялась, не зная, с какой стороны подойти к этому монстру. На выручку пришёл Коршунов, галантно распахнув дверь со стороны
— Я предпочитаю сидеть сзади, Вадим Федорович, — скромно отказалась Ирина, чувствуя себя капризным ребёнком.
«Деспот», вздохнув, повторил джентльменский жест, открывая уже заднюю дверь и подавая ей руку, чтобы помочь взобраться в этого «бегемота» на колесах.
Всю дорогу начальник осторожно подсматривал за женщиной в зеркало заднего вида. Та задумчиво глядела в окно, и слабая улыбка блуждала на её губах. О чем она думает?
— Ирина Петровна, я, признаться, кроме опят да подосиновиков грибов-то не знаю. — «Ой, враль! Ой, враль!» — Будете меня консультировать.
— Это значит — бегать к вам при первом «Я нашел гриб! Это хороший или плохой?» — пробасила она, подражая голосу «кровопийцы», и улыбнулась, заметив, как Коршун, не отвлекаясь от дороги, выпятил нижнюю губу, изображая обиженного мальчика.
— Могу я бегать, — покладисто ответил начальник, после короткой паузы. — Но в идеале, я думал, что мы будем держаться рядом.
— Боитесь заблудиться?
— Боюсь вас потерять. — И прозвучало это из его уст так двусмысленно, что Петровна стушевалась, не зная, что ответить.
Отъехав километров тридцать по шоссе, свернул в сторону, съезжая на гравийку с указателем «Старый хутор». Может, и грибы там найдутся? Когда он последний раз был в этих местах? Лет десять назад?
Дорога неожиданно вильнула в сторону, разделяясь на две. Одна продолжала тянуть свое извилистое тело в хорошо просматриваемую на пригорке деревушку, а вторая уводила в лес. И была плохо укатанной и явно давно неезженой.
«Ага, самое то, что надо, — обрадовался Вадим. — Лес, пни, может, даже грибы». Проехав по ней километров пять, остановился. Помогая выйти из машины спутнице, широко улыбнулся.
— Приехали.
Ирина Петровна, опираясь на его руку, выпорхнула на волю из внедорожника, словно птица из клетки.
Погода соответствовала настроению. Яркое послеобеденное солнце пробивалось сквозь еще по-летнему густую листву деревьев. Но уже чувствовалось дыхание осени. Чистый прозрачный воздух, напоенный прошедшими дождями, наполнял легкие запахами дышащей земли. Лес был сырой, пах прелой корой и грибами. Манил тишиной и своими загадками, жил своей жизнью. Трава под ногами пружинила мягким ковриком.
Грибы Кошка любила. Особенно опята. Жареные с лучком в сметанке, маринованные, в виде начинки в картофельные зразы, в солянке…
— Хорошо-то как, — Ирина потянулась навстречу солнечным лучам, запрокидывая голову. Хотелось раскинуть руки, закрыть глаза, закружиться…
Она покосилась на мужчину, протягивающего ей небольшую плетёную корзинку, тогда как рядом с ним стояло обыкновенное пластиковое ведро.
Босс с задумчивой улыбкой смотрел на нее. И было в его взгляде что-то новое для нее, тревожащее и волнующее, от чего замирало сердце и хотелось плакать. Давно на нее так не смотрел ни один мужчина. Или ей показалось? Она нахмурилась, приняла из его рук лукошко и опустила голову, уткнувшись себе под ноги. А потом, как гончая собака, почуяв след дичи, пошла на призрачный запах… дикоросов!