Контратака

Дрейк Дэвид Аллен

ИНТЕРЛЮДИЯ

Мейер разглядывал в окно зоны высадки Союза на северном континенте, когда в кабинет ворвался Смайт.

— Случилось что-то экстраординарное. Похоже, нам придется менять всю доктрину, — обычно спокойный следователь явно нервничал. — Халия согласилась на переговоры.

— И что они сообщили? — такие известия Мейер воспринимал с недоверием.

— Перевод, возможно, не точен, но смысл в том, что дом Бент Фанга готов встретиться с представителями Флота на нейтральной территории.

— Как

это можно устроить? — Мейер подумал о том, чтобы взять быстроходный крейсер и прибыть на переговоры самому. Он никогда не видел халиан, даже редких пленников.

Смайт передал ему донесение. Переговоры проводились на уровне командующего сектором. Ниже указывалось, что делегацию Флота возглавил адмирал Эсплендадор. Этот человек вспомнился Мейеру в связи лишь с одним эпизодом: он проталкивал героя прошлых сражений на командный пост в Клаксоне. Тогда Эсплендадор не показался ему талантливым дипломатом.

А в последних строчках его ждало самое неприятное.

Бюрократы никуда не спешили. Так что пока донесение кочевало по инстанциям, переговоры уже начались! И он на них никак не успевал. Адмирал Мейер даже подумал, а не специально ли Эсплендадор задержал донесение.

С другой стороны, если он и Смайт пришли к правильным выводам, переговоры эти не принесут никаких результатов… учитывая, что Флот на них представляет Эсплендадор.

Майк Резник. ПОВЕЛИТЕЛЬ ГОЛУБОЙ ПЛАНЕТЫ

Лизард О'Нил откинулся на спинку плетеного кресла и, обхватив грязными руками необъятный живот, прикрытый давно не стиранной рубашкой, обозрел просторы своей империи.

Простиралась она не менее чем на двести футов, в какую сторону ни глянь, а сидел он аккурат в самом ее центре. Справа жались друг к другу шесть маленьких хижин, и каждую обслуживала (как он любил говорить своим клиентам) возрожденная девственница. Никто не удосужился спросить его, а что это, собственно, такое — возрожденная девственница, так что у Лизарда не возникало необходимости толковать сие словосочетание. Слева находился бар, стойку для которого — огромный ствол дерева — доставили (с немалыми расходами) из соседнего леса, что шумел в шестидесяти ярдах. Украшали бар портреты наиболее опасных преступников окрестных планетных систем с набранным поверху заголовком «РАЗЫСКИВАЕТСЯ», каждый с личным автографом. Позади высился императорский дворец, на две комнаты, сработанный из фанеры, досок, ящиков и прочих подручных материалов, сцепленных воедино клеем да проволокой. Обстановка внутренних покоев состояла в основном из мусора и кип грязного белья. Перед дворцом раскинулся императорский космопорт — выжженная дочерна полоска земли, которая могла вместить шесть двухместных кораблей. Тут же располагалась и императорская заправочная станция.

По периметру империю окружали леса и скалы, реки и горные ручьи, а за ними нежился под солнцем безбрежный океан, благодаря которому планета сияла сапфиром в ночном небе. Вроде бы на планете

обитали и туземцы то ли разумные, то ли нет. Ходили слухи, что где-то за горами начиналась пустыня, дремавшая в ожидании, пока какой-нибудь псих решится пересечь ее.

О'Нил запустил пятерню в копну нечесаных рыжих волос, потянулся, зевнул и, наконец, взглянул на человека, настороженно оглядывавшего окрестности.

— Я ответил на твой вопрос, — он прихлопнул золотисто-лазурное насекомое, спикировавшее на шею. — Чего ты ждешь?

— Ответ неприемлем, — бросил Рейнхардт.

— Как и предложение.

— Мистер О'Нил, Альянсу абсолютно необходимо…

— А ты оглядись, — прервал его О'Нил. — И скажи, что видишь?

— Ровным счетом ничего, — пренебрежительно ответил Рейнхардт.

— Верно! — согласился О'Нил. — Ни тебе банков, ни адвокатов, ни налоговой инспекции и уж, конечно, никакого Альянса.

— Этим ваша планета и заинтересовала Альянс, — гнул свое Рейнхардт, утирая пот со лба.

— Зато саму планету Альянс абсолютно не интересует. До Тау Сети от нас семьдесят пять тысяч световых лет, мы не лезем в чужие дела, наслаждаемся жизнью, здесь в достатке солнца, секса, свежего воздуха, и никто не беспокоит нас попусту. Разве что ты.

— Именно потому, что эта часть Галактики практически необитаема, у нас и возникла необходимость на несколько недель воспользоваться вашей планетой.

— Нет.

— Я могу приказать вам подчиниться моим требованиям.

О'Нил пожал плечами.

— Приказывай, если неймется.

— Эта планетная система входит в сферу влияния Альянса, — заметил Рейнхардт.

— Эта планета провозгласила независимость пять лет тому назад, — отпарировал О'Нил.

— Мы не располагаем документами, подтверждающими сие знаменательное событие.

— Возможно, не располагаете, но тем не менее они существуют, — О'Нил указал на здоровенный сейф за стойкой бара. — Вон там, вместе с расписками.

— Документы незаконные.

— Прекрасно. Выясним это в суде.

— Будь на то наше желание, мы давно уже могли бы пригласить вас в суд. Благо, поводов хватает, — холодно ответил Рейнхардт. — Лизард О'Нил разыскивается по обвинению в торговле оружием, контрабанде, сводничестве, мошенничестве, укрывательстве известных…

— Всего лишь досадные недоразумения, — вновь пожал плечами О'Нил.

— Это решать суду.

— К сожалению, нет. У нас не заключен с Альянсом договор о выдаче преступников.

— Тогда я хочу поговорить с правителем этой планеты.

— Ты с ним и говоришь, — О'Нил добродушно улыбнулся. — Император Лизард О'Нил Первый.

— Вы пришелец. Я имел в виду правителя аборигенов.

— Это я. У нас прошли выборы. Я победил.

— И кто принимал участие в голосовании? — полюбопытствовал Рейнхардт.

— Все население планеты.

— Сколько за вас подали голосов?

— Всего один. Но это были свободные выборы. Едва ли можно винить меня за апатию избирателей.