Корабль-призрак
Шрифт:
— Ты о чем?
Я обернулся к нему.
— Майк, когда мы выходили из бухты, ты хорошо ее разглядел?
— Да. А что?
— Ты можешь определить, что это за лодка?
— Я бы сказал, что это старый Паркхерст.
Майк, в прошлом инженер-судомеханик, великолепно разбирался в катерах.
— Ты в этом уверен?
— Думаю, да. Да, я уверен.
Я попросил его спуститься вниз и в «Регистре Ллойда» найти информацию о «Гризельде».
— Если она там есть и ее описание соответствует судну наших преследователей, я хотел бы узнать, хоть приблизительно, ее скорость.
Он
— Что, если это действительно «Гризельда»? — спросил Пэтч.
— Если это она, значит, сегодня утром ее зафрахтовали, — ответил я. — И это сделал кто-то из тех, кто был в суде.
Снова включился прожектор, и я увидел, что он смотрит на меня в упор.
— Ты уверен?
Я кивнул. Я видел, что он размышляет, пытаясь понять, что к чему. «Морская Ведьма» накренилась от порыва ветра. Брызги полетели мне в лицо. Тут вернулся Майк.
— Как ты узнал, что это «Гризельда»? — спросил он.
— Так значит, я был прав?
— Да. Это или «Гризельда», или однотипное судно. Построено Паркхерстом в тысяча девятьсот тридцать первом году.
— Какая у нее максимальная скорость?
— Трудно сказать. На ней стоит два шестицилиндровых двигателя Паркхерста. Но это родные двигатели, и все зависит от того, как за ними ухаживали. Навскидку я мог бы предположить, что она делает чуть больше восьми узлов.
«Морская Ведьма» кренилась все сильнее, и волны уже захлестывали носовую часть палубы.
— В безветренную погоду.
— Да, в безветренную погоду.
Ветер крепчал, поднималась волна. Я думал о том, что чуть больше чем через два часа течение изменит свое направление и повернет на запад. Крепчающий ветер взобьет короткие и крутые волны. Это снизит скорость «Гризельды» как минимум на один узел.
— Я буду держаться прежнего курса, — сообщил я Майку. — Я думаю, за ночь мы сумеем от них оторваться.
Я рассказал им о яхтенном брокере, которого мы встретили с Хэлом, и об угрозах Хиггинса.
— Хиггинс догадался, что ты явишься в Лалворт, — добавил я, глядя на Пэтча.
— Хиггинс!
Он обернулся и посмотрел назад. Прожектор светил ему в лицо, и в том, как сверкали его глаза, было что-то такое, чему я не мог найти определение. Это мог быть гнев, страх или воодушевление… Я не знаю. Затем прожектор выключили, и он превратился просто в стоящую рядом со мной черную тень.
— Ну, если это всего лишь компания «Деллимар»… — с явным облегчением произнес Майк. — Что они могут нам сделать? — добавил он.
Пэтч развернулся к нему.
— Ты, кажется, ничего не понял… — В его голосе звучали горькие нотки, и он говорил короткими и отрывистыми фразами.
Но я уже заразился его настроением и все чаще поглядывал через плечо. Мне только кажется, или моторка уже гораздо ближе? Я поймал себя на том, что озираюсь вокруг в поисках огней других судов. Но вокруг не было никого и ничего, кроме ночного мрака, в котором белели барашки на гребнях волн, накатывающихся на нас из темноты.
— Что ж, мы идем дальше. Других предложений нет?
Я уже не был уверен в том, что
— У тебя нет выбора, — ответил Пэтч.
— Как так? — Майк снова спустился в кокпит. — Мы можем укрыться в Пуле. Этот катер нас преследует и… В общем, я думаю, что следует прибегнуть к помощи властей.
По его голосу было слышно, что он нервничает. Большая волна разбилась о борт, и яхту накренило порывом ветра так сильно, что подветренная часть палубы оказалась вровень с поверхностью воды. Море здесь было мельче. Волны закручивало в водовороты, и «Морскую Ведьму» затрясло. Гребной винт с натугой вибрировал под кормой. Нос вспарывал волны, и вся передняя часть палубы была залита водой.
— Бога ради, выключите вы этот двигатель! — закричал на меня Пэтч. — Ты что, не чувствуешь торможение?
— Это не твоя яхта, и ты здесь не командуешь! — взвился Майк.
— Он нас тормозит, — повторил Пэтч.
Он был прав. Я уже и сам об этом подумывал.
— Майк, заглуши его, пожалуйста, — обратился я к приятелю.
Он поколебался, но затем скрылся в штурманской рубке. Гул двигателя стих. Наступила тишина, в которой шум моря вдруг показался противоестественно громким. Влекомая только парусами яхта слилась со стихиями, для которых она и предназначалась, встраиваясь в узор ветра и волн. Ее движение стало более плавным. На нашей палубе перестали плескаться волны.
Но хотя Пэтч оказался прав, Майк вернулся из рубки, пылая гневом.
— Ты, кажется, чертовски уверен, что ради тебя мы собираемся соревноваться с этим катером! — произнес он и, обернувшись ко мне, добавил: — Послушай моего совета, Джон. Поворачивай по ветру и вези нас в Пул.
— По ветру катер будет быстрее нас, — вставил Пэтч.
— Тогда бери против ветра, и поехали в Уэймут.
Я покачал головой.
— Бесполезно.
— Катер перегонит вас в любом случае, — подтвердил Пэтч.
— Да в чем, собственно, дело? — возмутился Майк. — Они ничего не могут нам сделать. На их стороне закон, вот и все.
— Господи боже мой! — произнес Пэтч. — Ты все еще не понимаешь? — Он наклонился вперед, и его лицо оказалось совсем рядом с моим. — Скажи ему, Сэндс. Ты видел Гундерсена. Теперь ты знаешь положение дел. — Несколько секунд он пристально смотрел на меня, а затем снова развернулся к Майку. — Слушай! — произнес он. — Они задумали сорвать куш больше, чем в четверть миллиона фунтов. Груз сняли с судна и продали китаезам. Эта часть плана прошла удачно. Но все остальное пошло не так, как они рассчитывали. Капитан отказался в этом участвовать. Они попытались затопить судно во время шторма, но у них ничего не вышло. Деллимар попробовал довершить дело самостоятельно, но все испортил. — Он почти кричал в попытке донести до Майка то, во что он верил. — Как ты не можешь взглянуть на это с их точки зрения? Двенадцать человек утонуло. Старик-капитан умер, возможно, его убили. А сам корабль торчит на рифах. Они сделают все, чтобы не позволить мне добраться до «Мэри Дир». И вам они этого тоже не позволят. Теперь они не посмеют даже впустить вас в какой-нибудь порт. Во всяком случае, пока они не избавились от «Мэри Дир».