Корейский Гамбит
Шрифт:
Искрение или небольшая молния? Никто не понял, но что-то заблестело на правой щеке в месте пореза, быстро «пробежавшись» по текущей крови.
Неожиданно появился неприятный зуд, окружающим парня казалось, что у них внутренние органы зачесались, что в принципе невозможно, но это было именно так. И накатывающийся на разумы страх, всё быстрее и быстрее переходящий в натуральный ужас.
Инфернальный страх! Неизвестно почему начал окутывать сознания местных бандитов, вызывая дикое желание бежать отсюда куда подальше.
Парень
Он не понимал откуда это всё и что собственно происходит…
– Убирайтесь!
Буна до дрожи в теле испугала не с несколькими его людьми, и не то, что парень оказался Практиком, а то, что за этим последовало.
Волны ужаса, накатывающиеся со всех сторон, парализовали, не давая местных бандитам тронуться с места, хотя им хотелось мчаться отсюда, как можно дальше.
Позволение, сказанное презрительным тоном, будто сдвинуло стопор и требование было исполнено. Находящиеся на ногах, похватали валяющихся на земле своих товарищей, а затем быстро ретировались с места побоища.
«Зачистка! Убить всех!» - мужской, взрослый голос.
«Нельзя убивать, нельзя!» - достаточно молодой, даже истеричный.
Он тряхнул головой от взаимоисключающих мыслей, выдающих ощущение, что это не совсем его мысли, что метались в голове, а потом вспомнил:
– Так есть одежда или нет? – из темноты в отбрасываемых сполохах света костра перед бездомными бесшумно появился их незваный гость.
Они толком ничего не видели, но прекрасно поняли, что этот чужак прогнал их постоянных обидчиков и мучителей. Накатившийся ужас из темноты, а потом звуки убегавших бандитов – это вызвало ещё больший трепет от чужака.
Сейчас они могли более подробно рассмотреть его в свете костра.
Рост чуть выше среднего, фигуру толком не было видно из-за мешковатой одежды. И ещё – не совсем азиатская внешность, выдававшая в нём не совсем местного. На правой щеке был виден потёк крови.
На пару секунд от стоявшего неподалёку заброшенного здания отразился свет фар, проехавшего по мосту автомобиля, и смотревшим на парня показалось, что в ране на лице показался серебристый отблеск.
Мгновение и ничего необычного на лице парня не оказалось.
Старуха Расон, сидевшая со всеми у костра, у которой никогда ничего не допросишься, вдруг встала и удалилась к месту своего неказистого жилища – хибары из палок и картона. И спустя две минуты вернулась, таща в руках какие-то пакеты:
– Здесь одежда, - сказала она, а в этот момент парень стоя у бессознательного тела, попытался стащить с него промокший насквозь «худи» через голову.
– Спасибо, - ответил он, рывком подняв низ «худи» до горла. –
Короткая стрижка, очень худощавая конституция тела, мешковатая одежда - так что не сообразил, что спас женщину, вернее, девушку, что стало ясно видно при свете костра.
– Шибаль! Прикрой её, - рявкнула Расон, злобно взглянув на парня, недоуменно разглядывающего хорошо видимую сквозь мокрую футболку грудь с напряжёнными от холода сосками.
Он не сразу понял, а потом дошло и быстро выполнил требование, дёрнув резко «худи» вниз, прикрывая грудь.
– Сможешь её отнести? – молчаливый кивок на вопрос от Расон. – Пойдём, - старуха мотнула головой в темноту, откуда она вернулась с пакетами. – Туда.
Парень, просунул руки под тело и легко подхватил девушку на руки, а потом ушел за канувшей в темноте Расон, под взглядами оставшихся троих мужчин в возрасте у костра.
– Помоги её перевернуть, - раздался из темноты голос старухи через минуту.
– Не смотри! И не трогай! Руки от тела убрал, я сказала, – раздался шлепок. – Отойди. Дальше я сама. Позову, - короткими, рублеными фразами требовала Расон.
– Да на что там смотреть-то?
– раздался возмущенный голос парня. – Кожа да кости. Ни сиськи, ни пись… хм-м… Ладно, ладно, - судя по шуму, парень был вынужден выйти из жилища старухи.
– Пока я её переодеваю, - раздался голос Расон. – На, сам переоденься, - сварливо добавила она. – Извращенец.
– Да чё сразу извращенец?!
– возмущённый голос был ей ответом.
– Не мешай! – голос старухи стал глуше.
– Ходют тут всякие, а я свою одежду им отдавай.
Пару минут были слышны звуки шелеста одежды, а также ругань парня, стаскивающего с себя мокрые джинсы, а потом пытающегося натянуться на себя сухие.
– Мать! – чуть не упал, прыгая на одной ноге.
– Где ты там? – через несколько минут раздался голос старухи. – Тащи её к костру. Её согреться надо. И не лапай.
– Да чего там лапать-то? – подал голос парень, а через пару минут вышел с девчонкой на руках к языкам костра.
Незваный гость бездомных благодарно кивнул мужчине, что появился из темноты с ещё одним ящиком в руках, поставил поближе к костру. Настороженно посмотрел на парня, а сам сел на ещё один ящик.
Парень расположился на ящике, осторожно разместив девушку у себя на коленях, а потом прижал её к себе, что-то ворча себе под нос.
Глава общины бездомных, Расон и ещё несколько подтянувшихся к костру на шум местных жителей разного пола, в основном в возрасте, и парочка с ярко выраженными пороками на лицах злоупотребления алкоголем, настороженно смотрели на пугающего гостя с девушкой на коленях. Двое особо пугливых затаились неподалёку, не выходя на свет костра.