Король
Шрифт:
Попробуем избежать этого, окей?
Взглянув на туалет в добрых пяти футах от нее, Сола снова выругалась. Ее нога станет главной тактической брешью... потому что идти и не тащить за собой ногу, словно зомби, было весьма проблематично... вдобавок она еще и шумела.
Пытаясь двигаться максимально тихо вместо того, чтобы создавать существенные шумовые помехи, Сола воспользовалась унитазом, но не стала смывать. Потом вернулась туда, где была. Она не стала испытывать решетку на прочность или проверять, заперта ли дверь.
Бенлуи не экономил
Ее единственная попытка – одолеть охранника с пистолетом, и как это сделать в ее текущем состоянии, она не представляла. Хотя...
Снова устроившись на полу, она растянулась именно в той позиции, в которой проснулась. Закрывая глаза, на мгновение она была сбита с толку биением собственного сердца.
Громко. Блин, на самом деле громко.
Особенно когда она подумала о бабушке.
О, Боже, она не может сгинуть здесь. И точно не таким образом... это не болезнь, не авария на шоссе. Такая смерть подразумевает намеренные страдания, а после? Бенлуи был из того разряда больных ублюдков, кто мог отправить ее бабушке по частям, чтобы похоронить.
Даже если получатель был невиновен и не имел отношения к этой мерзости.
Когда Сола представила, что ее бабушке придет только рука или нога для погребения, ее губы начали шевелиться.
Боже, пожалуйста, пусть я выберусь отсюда живой. Ради вовэ. Только позволь мне пережить это, и я обещаю, я брошу такую жизнь. Я увезу ее в безопасное место, и никогда больше не согрешу.
Она услышал отдаленный лязг, словно кто-то открыл дверь, а потом бормотание.
Заставляя себя дышать ровнее, она наблюдала сквозь занавесь волос, слушая приближающиеся шаги.
По лестнице спустился тот мужчина с огромным родимым пятном на лице. На нем были камуфляжные штаны и майка, он был мрачным, волосатым и безумным на вид.
– ...гребаный идиот, умудрился сдохнуть. По крайней мере, смерть его заткнула...
Она закрыла глаза... и услышал еще один лязг.
Внезапно его голос раздался намного ближе.
– Сука, подъем.
Жесткие ладони схватили ее руки, переворачивая на спину, и потребовался весь самоконтроль, чтобы не охнуть от боли в голове и ноге.
– Подъем, кому было сказано!
Он ударил ее по лицу, и она ощутила кровь, вероятно, из разбитой губы... но любая боль была лишь каплей в море по сравнению с ее бедром.
– Сука! – Еще один удар, сильнее. – Не играй тут со мной!
Ее грудь взмыла вверх, когда он схватил ее за парку и разорвал ткань... и когда голова протащилась по бетону, она не смогла сдержать стона.
– Окей... я разбужу тебя. – Он задрал ее кофту, а потом помедлил. – Весьма мило.
Бюстгальтер расстегивался спереди, и когда он щелкнул застежкой, ее кожу опалил ледяной воздух.
– О-о... вот это да...
Она стиснула зубы, когда он начал лапать ее, и с усилием расслабила конечности, когда он потянулся к поясу брюк. Как и с
Даже если казалось, что ее сейчас вырвет.
Охранник сорвал с нее джинсы вместе с трусиками несколькими грубыми рывками, голая задница билась о холодный, шершавый пол, пока он дергал ее.
– Сучка, ты должна мне... сейчас мне придется говорить ему, что ты убила того засранца... да что же за херня с твоими ботинками?!
Он беспорядочно развязал шнурки и сдернул ботинки, один за другим. И пока он работал над ней, ее подмывало заехать ему по лицу, но у нее не хватит сил нанести серьезный ущерб с такого угла... и если она начнет сопротивляться слишком рано и проиграет, то он наверняка пристегнет ее к той долбаной стене.
Когда его рука двинулась между ее ног, она не смогла сдержать панической реакции тела на проникновение... неважно, что приказывал мозг, ее бедра сжали запястье.
– А сейчас проснулась? – прохрипел он. – Ты же хочешь этого, не отрицай.
Расслабься, сказала она себе. Ты ждешь всего одного, одного единственного шанса.
Он убрал руку. А звук расстегиваемой ширинки дал дополнительный стимул, чтобы раскрыть ноги пошире. Нужно, чтобы он попытался забраться на нее.
И, вот так неожиданность, он попытался.
Раскрывая ее бедра шире, он опустился на руки и колени, и начал как краб, устраиваться над ней.
Один шанс. И она воспользовалась им.
С внезапным приливом энергии, она дернулась вверх и врезала ублюдку по яйцам, будто планировала кастрировать его. И, вот те на, именно это было в ее танцевальной карте.
Выкрутив руку так сильно, насколько могла, Сола игнорировала протестующую боль в бедре и голове. Она использовала каждый грамм силы, которой обладала. Охранник издал высокочастотный визг, как карманная собачка, которая упала во фритюрницу, и повалился на бок.
То, что нужно. Скинув его с себя, Сола вскочила на ноги, когда он обхватил член и яйца и свернулся в комок.
Она оглянулась по сторонам, в поисках...
Хромая в одних носках, она сняла одну из цепей, для нее же и предназначенных, и потащила назад по полу, а затем обернула конец вокруг кулака. Тяжелые звенья плотно легли в ее руке.
Приблизившись к похитителю, Сола оседлала его плечи.
– Хотел хорошенько потрахаться? Получай.
Занеся руку высоко над головой, она со всей силой опустила ее вниз, ударяя мужчину по черепу. Он тут же взревел, и попытался прикрыть голову, руки образовали преграду вокруг головы.
Отлично. Лоботомию оставим на потом.
Она нацелилась чуть ниже ребер, на мягкий щит плоти, укрывавший почки и селезенку. Снова и снова, пока он пытался скрючиться в новой защитной позе. Снова по голове... в этот раз сильнее, пока она не вспотела, хотя и была почти целиком раздета, а в подвале было примерно градусов пятьдесят67.