Король

Уорд Дж. Р.

– Ты в порядке? – спросил кто-то. Медсестра, наверное...

Он сейчас упадет! – закричала доктор.

Эссейл задумался, о ком они говорили... и потерял сознание.

Глава 23

– Говори, целитель, – приказал Роф, стоя над неподвижным телом своей шеллан. – Говори!

Дражайшая Дева, она выглядела мертвой.

Сразу после того, как Ана упала в обморок, он

отнес ее в их супружескую спальню, братья последовали за ним, а аристократы и бесполезные теневые игры были оставлены позади. Именно он положил свою любимую на кровать, когда призвали целителя, именно он ослабил узы ее корсета. Братья ушли сразу, как появился проверенный лекарь с медицинскими принадлежностями, а потом остались лишь они втроем, потрескивающий огонь и крик в его душе.

– Целитель, что ты скажешь?

Мужчина оглянулся через плечо, сидя на корточках перед Аной. Его черная мантия падала на пол, и он скорее напоминал огромную птицу, приготовившуюся ко взлету.

– Она в смертельной опасности, мой господин. – Когда Роф отшатнулся, целитель встал. – Я уверен, что она понесла.

Холод окатил его с головы до пят, лишая тело всех чувств.

– Она...

– Понесла. Да. Я могу утверждать, ощупав ее живот. Он твердый и увеличенный, и вы сказали, что она недавно перенесла жажду.

– Да, – прошептал он. – Значит причина обморока...

– Это не симптом ранней беременности, нет кровотечения. Нет, я уверен, это недомогание вызвано иной причиной. Прошу, мой господин, давайте поговорим у огня, чтобы не тревожить ее покой.

Роф позволил увлечь себя к камину.

– Она больна лихорадкой?

– Мой господин... – Целитель прокашлялся, будто опасался смерти, но своей, а не королевы. – Мой господин, простите меня...

– Скажи еще, что у тебя нет объяснения, – прошипел Роф.

– Вы предпочтете, чтобы я ввел вас в заблуждение? Ее сердцебиение замедленно, кожа стала серой, дыхание – неглубокое и прерывистое. Она может погибнуть от некоторого внутреннего осложнения, неизвестного мне. Я не знаю.

Роф перевел взгляд на свою супругу. Никогда он не испытывал такого страха. Сейчас ужас забрался под его кожу, овладел им подобно злому духу.

– Мой господин, я бы посоветовал вам покормить ее, прямо сейчас и затем так часто, как она сможет брать вашу вену. Может, заряд энергии, который обеспечит кровь, обратит процесс... определенно, если у нее есть какая-то надежда, то это вы. Если она очнется, я бы дал ей только свежей воды, и ни в коем случае – эль. Ничего, чтобы привело к упадку ее организма...

– Уйди.

– Мой господин,

она...

– Оставь нас... немедленно!

Роф понимал, что целитель, спотыкаясь, бросился к двери. И оправданно... убийственная ярость поднялась в груди Короля, и она могла обратиться на любого, кто находился на расстоянии вытянутой руки.

Когда дверь снова захлопнулась, Роф подошел к ложу. 

– Любовь моя, –прошептал он в отчаянии. – Ана, любимая, откликнись на мой голос.

Снова на колени.

Роф рухнул коленями на пол у ее головы. Поглаживая ее волосы, разметавшиеся по плечам и вниз по руке, он понимал, что его касания должны быть невесомыми.

Оценив ее дыхание, он попытался мысленно внушить ей, дышать глубже. Он хотел вернуться в прошлую ночь, когда они проснулись вместе, и он посмотрел ей в глаза, наблюдая в них искру жизни. Воистину, мозг сходил с ума при мысли, что он с такой четкостью помнил те мгновения, тот час, ту ночь, запах их трапезы, их разговоры о будущем, и аудиенции с придворными, на которые они потом спустились.

Ему казалось, что четкие воспоминания были дверью, через которую он мог пройти и провести Ану за руку, и почувствовать ее запах, легкость в ее сердце, которая свидетельствовала о здоровье и благополучии... что он мог вернуть ее в настоящее в том состоянии.

Но это были всего лишь фантазии.

Вытащив церемониальный кинжал из ножен, он поднял сверкающий, начищенный клинок. Когда на пути лезвия встал массивный рукав, украшенный камнями и золотом, он сорвал дорогой покров со своей груди, бросив позади себя. Одеяние приземлилось на пол, дотошно пришитые камни оцарапали жесткий дуб, и Роф полоснул лезвием по запястью.

Он хотел, чтобы на месте запястья было его горло.

– Ана, прошу, сядь ради меня. Любимая, приподними голову.

Подложив под нее свободную руку, он поднес выступившую кровь к ее губам.

– Ана, возьми мою кровь... пей...

Губы приоткрылись, но не по ее воле. Нет, только из-за наклона головы.

– Ана, пей... возвращайся ко мне.

Когда красная жидкость закапала в ее рот, он взмолился, чтобы кровь каким-то образом попала в горло и наполнила ее вены силой, оживляя.

Это не их судьба, подумал он. Им предназначено быть вместе века, они не должны разлучиться спустя всего год после бракосочетания.

– Любовь моя, пей...

Он удерживал свое запястье, но кровь грозилась политься из ее рта.

– Ана?