Королевский куттер

Вудмен Ричард

Мистер Дринкуотер проявил в ночной битве истинную ярость, и таким, как рассказывал Тригембо своим приятелям, был он и в прошлую войну – страшный человек, как дело дойдет до драки.

Прибыла шлюпка «Даймонда» с хирургом, и Эпллби устало вскарабкался на борт. Оглядев залитую кровью палубу, он уставился на Дринкуотера немигающим взором и осуждающе покачал головой.

– Дьявольская работенка, Натаниэль, дьявольская работенка, - произнес он вместо приветствия. Дринкуотер был слишком измучен, чтобы вступать в дискуссию. Эпплби взял свою сумку, а лейтенант отправился на шлюпке с «Даймонда»

к люггеру.

Хаос на палубе «Кестрела» не шел ни в какое сравнение с тем, что творилось на люггере. Едва передвигая ноги, Дринкуотер обошел судно, оценивая ущерб и прикидывая меры, необходимые, чтобы шасс-маресмог дать ход. Он старался не смотреть в глаза угрюмым пленным, и поймал себя на мысли, что глядит на небольшой парусиновый сверток, прикрепленный к фалу. Что-то шевельнулось у него в памяти, но тут внимание его отвлекла шлюпка с «Флоры». «Кестрелу» был дан приказ сопровождать призы, в том числе и люггер, в Портсмут. В полдень английские фрегаты ушли на вест, призы же легли на курс норд-норд-ост.

Был уже вечер, когда Дринкуотер очнулся от короткого, но тяжелого, вызванного крайней усталостью, сна. Он сидел в кресле, и окружавшие его незнакомые звуки заставили его встрепенуться. Прогнав остатки сна, Натаниэль пришел к выводу, что следует немедленно разгадать загадку. Поспешив на палубу, он, не обращая внимания на изумленных рулевых, бросился к спущенному черному флагу. Лейтенант ухватил полотнище, ветер подхватил суконное полотнище, разворачивая его. Трое бретонцев на баке встрепенулись.

Это был черный вымпел с раздвоенным хвостом.

– Мистер Шорт!

– Да, сэр!

– Как называется люггер?

Шорт поскреб в затылке.

– Э-э… «Ситийе Жан», кажется так, сэр.

– «Ситуайен Жанин»?

– Вот, точно, сэр, - закивал головой помощник боцмана.

– Где его капитан? Кто командовал люггером, когда мы взяли корабль? Тригембо в составе призовой команды?

Под таким градом вопросов Шорт растерялся:

– Ну, сэр, это вон тот мерзавец, - он указал на человека, стоящего возле погонного орудия. – Что до Тригембо, то его в команде нет, сэр…

– Проклятье. Приведи этого француза на ют.

Пока Дринкуотер отсоединяя черный флаг, Шорт доставил пленника. На последнем был простой синий сюртук, и хотя вряд ли он был командиром, но офицером уж точно.

– ^Ou est v^otre capitaine ?– поинтересовался Натаниэль на своем варварском французском. Пленник недоуменно пожал плечами.

– V ^o tre capitaine !– Дринкуотер почти орал.

В глазах француза проскользнуло понимание, а еще, как показалось, Дринкуотеру, какая-то хитринка.

– Mon capitaine ? –с достоинством переспросил пленный. – M ' sieur , je suis le capitaine .

Дринкуотер

сунул ему в нос флаг.

– ' Qu ' est – ce que c ' est ?

Их взгляды встретились достаточно надолго, чтобы Дринкуотер понял, что прав. Когда француз снова пожал плечами, англичанин повернулся к корме.

Он увидел, что ретирадные орудия развернуты в сторону палубы, и у каждого стоит матрос с тлеющим фитилем у запала. Дринкуотер не помнил, чтобы отдавал такую команду, но Шорт, похоже, обо всем позаботился. Присутствие с наветренного борта «Кестрела» внушало спокойствие, и Дринкуотер, бросив через плечо: «Продолжайте, мистер Шорт», - спустился по трапу вниз, оставив помощника боцмана недоуменно смотреть ему вслед. Француз, озабоченно хмурясь, направился на бак.

Дринкуотер принялся обыскивать каюту. В ней размещались две койки, и каждая была в использовании. Открыв дверцу шкафа, он обнаружил некоторые свидетельства своей правоты. Зачем капитану небольшого куттера расшитый золотом флотский мундир и еще несколько сюртуков с высокими, по последней моде, воротниками?

Все более убеждаясь в своих догадках, Дринкуотер перерыл ящики стола и вспорол матрас на койке. Сердце его колотилось, и он без особого удивления, он извлек примотанную бечевкой к спинке кушетки шкатулку, бережно завернутую в парусину. Без колебаний он взвел курок пистолета и отстрелил замок. Не успел он открыть крышку, как в каюту ввалился Шорт, готовый к драке.

Дринкуотер изумленно посмотрел на него, но присутствие помощника боцмана успокаивало.

– Спасибо, мистер Шорт, все в порядке. Я просто отстрелил замок на кубышке того малого. – Шорт ухмыльнулся. – Если там что-то обнаружится, вы получите свою долю.

– Так точно, сэр.

Шорт закрыл дверь и Дринкуотер перевел дух. По крайней мере, с таким маньяком на борту он может быть спокоен: попытка пленников отбить корабль вряд ли возможна. Ему вспомнилась похожая ситуация на «Алгонкине». Больше стоит опасаться того, чтобы не потерять мачты – когда идешь круто к ветру, любой шквал может быть опасен.

Он открыл шкатулку. Деньги. Английские. Соверены, гинеи, монеты меньшего достоинства. Еще несколько карт, скатанных в трубку и перевязанных ленточкой. Это были карты английского побережья, сделанные от руки на линованной бумаге и с тщательной прописанной легендой от французского военно-морского министерства. Маленький томик рукописной книги сигналов был скреплен с пачкой писем. Их Дринкуотер удостоил только беглого взгляда, потому как внимание его оказалось привлечено к тому, что выглядело совершенно невероятным.