Королевство моста
Шрифт:
Ларе хотелось достать кинжал – да как он смеет горевать, когда и пальцем не шевельнул, чтобы их спасти! – но тысячи часов тренировок не дали ей потерять самообладание.
Эрик низко поклонился королю.
– За Маридрину!
И перерезал себе горло ножом.
Лара стиснула зубы. Содержимое желудка – горькое, мерзкое и полное того же яда, что она подсыпала сестрам, – подступило к горлу. Однако она не отвернулась, а упорно наблюдала, как Эрик падал на землю и кровь пульсирующим потоком лилась из артерии, пока его сердце не замерло.
Сорока обошел кровавую лужу и полностью вышел на свет.
– Как
Разумеется, Сорока – ненастоящее имя. На самом деле его звали Серин, и из всех мужчин и женщин, что обучали сестер на протяжении многих лет, он единственный мог свободно покидать комплекс, чтобы управлять сетью шпионов короля и плести заговоры.
– Он был хорошим человеком и верным подданным, – бесстрастно произнес король.
Лара гадала, говорил ли он искренне, или это все – представление для солдат. Ведь даже у самой стойкой преданности есть границы, и ее отец далеко не дурак.
Сорока с прищуром взглянул на нее.
– Как вам известно, ваше величество, Лара не та, кого бы я выбрал. Она показала худшие результаты почти во всем, за исключением боя. Постоянно дает волю своему вспыльчивому нраву. Что же касается Мэрилин, у меня не было никаких сомнений. – Серин указал на ее сестру. – Умная, красивая, мастерски владела своими эмоциями, что она ясно продемонстрировала за последние несколько дней. – Он презрительно фыркнул.
Точное, но не исчерпывающее описание. На Лару нахлынули непрошеные воспоминания. Как Мэрилин заботливо ухаживала за хилым котенком, который отъелся до того, что стал самым толстым котом в комплексе. Как терпеливо выслушивала жалобы сестер, а затем давала лучшие советы. Как в детстве придумала имена всем слугам, поскольку считала жестоким, что имен у них не было. Но образы развеялись, и ей предстало лишь неподвижное тело с золотистыми волосами, слипшимися от супа.
– Моя сестра была слишком доброй. – Лара повернула голову к отцу и, игнорируя колотящееся в груди сердце, произнесла с вызовом: – Будущая королева должна соблазнить правителя Итиканы. Внушить ему, что она бесхитростна и искренна. Завоевать его доверие, а тем временем использовать свое положение, чтобы выведать все вражеские слабости, прежде чем предать его. Мэрилин не была этой женщиной.
Отец изучал ее немигающим взглядом и едва заметно кивнул в знак одобрения.
– А ты?
– А я – да.
В ушах взревел пульс, кожа покрылась липким слоем холодного пота, несмотря на жару.
– Ты редко ошибаешься, Серин, – задумчиво протянул король. – Однако мне кажется, что здесь ты просчитался, и сама судьба вмешалась, чтобы исправить эту оплошность.
Наставник по интригам весь напрягся – похоже, осознал, что теперь его собственная жизнь висела на волоске.
– Действительно, ваше величество. Судя по всему, Лара обладает качествами, которые я не учел при своем выборе.
– Самым главным качеством: безжалостностью. – король рассматривал ее некоторое время, после чего повернулся к Сороке. – Подготовь караван. Мы выступим в Итикану сегодня же. – Затем улыбнулся Ларе, словно ничего ценнее ее в мире нет. – Пора дочке познакомиться с будущим мужем.
3. Лара
Позади каравана ночное небо облизнули языки пламени.
И все же ей было невыносимо бросать спящих сестер в кольце пламени – беспомощных до тех пор, пока не пройдет действие снотворного. Их пульс, опасно замедлившийся на долгий период времени, уже учащался, их дыхание заметил бы любой, кто присмотрелся. Но искать предлог, чтобы задержаться и убедиться в их безопасности, было слишком рискованно: план Лары могли разоблачить, и тогда все было бы впустую.
– Не сжигай их. Пусть стервятники обглодают их кости, – сказала Лара отцу, чувствуя, как внутри все скручивается узлом. Он рассмеялся и согласился на ее жуткую просьбу – оставил дочерей лежать на столе среди кровавого месива из убитых слуг.
Очнувшись, сестры увидят только пламя и смерть. Ведь их единственный шанс на будущее – если отец поверит, что они умолкли навсегда. Лара продолжит их миссию, в то время как сестры построят собственную жизнь и смогут свободно распоряжаться своей судьбой. Она все объяснила в записке, которую сунула в карман Сарины, когда отец приказал обыскать комплекс на наличие выживших. Ибо ни один человек, ведавший об обмане, с которым они ныне ехали на свадьбу в Итикану, не должен был остаться в живых.
Путь через Красную пустыню сопряжен с трудностями и опасностями. Но в тот момент Лара не сомневалась, что худшая его часть – это слушать бесконечную болтовню Сороки. Ее кобылу нагрузили приданым Мэрилин, а самой Ларе пришлось ехать за спиной наставника по интригам.
– Отныне ты должна вести себя как образцовая маридринская леди, – напутствовал он, действуя ей на нервы своим гнусавым голосом. – Мы не можем допустить, чтобы ты предстала кому-то в неподобающем свете, даже якобы верным подданным твоего отца. – Сорока многозначительно покосился на стражей короля, которые с наработанной легкостью построили караван.
Никто из них даже не смотрел в ее сторону.
Они не знали, что Лара из себя представляла. Для чего ее натаскивали столько лет. Какова ее цель, помимо выполнения условий договора с вражеским королевством. Но все до последнего верили, что она хладнокровно убила своих сестер. Что наталкивало на мысль: как долго отец позволит им жить?
– Как ты это сделала? – вывел ее из раздумий Сорока через несколько часов с начала путешествия.
Лара плотнее закрыла лицо белой шелковой шалью, хоть наставник и сидел к ней спиной, и резковато ответила:
– Яд.
– Ишь как расхрабрилась, – фыркнул он. – Возомнила себя неприкасаемой?
Лара облизнула пересохшие губы, чувствуя затылком жар восходящего солнца. Затем погрузилась во внутренний омут спокойствия, как учил наставник по медитации при выработке стратегии.
– Я отравила суповые ложки.
– Каким образом? Ты не знала, где будешь сидеть.
– Поэтому я отравила все, кроме той, что лежала во главе стола.
Сорока молчал.
– Я много лет принимала различные яды в небольших дозах, чтобы развить к ним невосприимчивость.