Корсаков
Шрифт:
Списать часть долга за то, что кто-то из полицейского ведомства отвернётся в нужный момент, позволив заглянуть в официальный отчёт. Нанять исполнителя, который проберётся в особняк виновника и установит там прослушку. Заплатить могильщикам, чтобы они выкопали гроб с трупом врага и посадить мёртвое тело на кол перед воротами его особняка — чтобы родня тряслась и боялась смотреть в сторону Ростовых.
Репутация у деда Маргариты Ивановны впечатляющая. В моём прошлом мире в пресловутых девяностых он бы был самым жирным пауком в банке. Кирилл Дмитриевич прославился
— Ваня, ты готов? — постучавшись в дверь, спросила матушка.
— Да, иду, — ответил я, прежде чем двинуться на выход.
Глава рода Корсаковых надела закрытое чёрное платье, украшенное белым жемчугом. Волосы были уложены во французскую косу, самая малость косметики — подчеркнуть и без того притягательные глаза.
Она внимательно прошлась взглядом по моему костюму, выискивая малейший намёк на неподобающий вид. Однако зацепиться было не за что, правильно носить такую одежду я ещё в прошлой жизни научился и в этой навык очень быстро восстановил.
— Поехали, не стоит заставлять пациентку ждать, — протянула мне локоть она.
Взяв её под руку, я довёл матушку до ожидающей нас машины с гербами Корсаковых. Водитель, расслабленно стоящий перед нашим появлением у капота, распахнул дверь, вовремя отступая в сторонку, чтобы мне было удобно усадить главу рода со всем положенным почтением. И только после этого я занял место на соседнем сидении.
Мы отъехали от особняка метров на триста, прежде чем Анастасия Александровна начала свой опрос.
— Расскажи, как будешь восстанавливать глаз, — строгим тоном велела старшая Корсакова.
Причина для вопроса была ясна, как день. Я ещё никогда ничего подобного не делал, а матушка уже изъявила желание помочь Никитиным. В меня она, как и всякая мать, верила, но желала убедиться. Если я сейчас завалюсь, лечить будет она, а я только смотреть со стороны.
Граф далеко не последний человек в Российской империи. Обидеть его или тем более навредить его внучке — это нужно совсем быть на всю голову отмороженным. Ни лично мне, ни роду Корсаковых это ни к чему.
— Сперва определю, что осталось от оригинального органа, — начал неторопливо проговаривать я. — В зависимости от текущего состояния есть три методики регенерации.
Матушка с довольным видом кивнула.
— Хорошо, дальше.
— Если глазное яблоко полностью уничтожено, — продолжил говорить я, — то придётся обратиться к целому органу. Просканировать его чарами, скопировать строение, затем пересчитать поправки и задать организму программу восстановления глаза по этим расчётам. При таком варианте вероятность положительного исхода свыше девяноста процентов. И ещё пять учитывают ошибку в расчётах, после которой новый орган будет иметь дефект, например, астигматизм.
Машина плавно проехала по лежачему полицейскому, но нас лишь слегка качнуло. Подобные препятствия для хорошего автомобиля практически не чувствуются. Мы, конечно, не Ростовы, но тоже не бедствуем,
— Второй вариант — от глаза осталось меньше пятидесяти процентов, — продолжил рассказ я. — В этом случае всё, что требуется, придать организму усилие для полного восстановления в соответствии с эталоном. Вероятность полной регенерации при этом равна всё тем же девяноста пяти процентам.
Матушка вновь наклонила голову, демонстрируя, что мой ответ принят. Сама она при этом на меня не смотрела, её взгляд был устремлён строго вперёд. Впрочем, в данный момент следить за мной ей совершенно не требовалось, слушать она может, даже занимаясь своими делами.
— Последний и самый невероятный в нашем случае вариант, когда глаз кажется целым, но при этом в нём имеются дефекты, полученные в результате травмы, — перешёл к последнему пункту я. — В таком случае необходимо свериться со здоровым органом и по его эталону восстанавливать внутреннее строение повреждённого глаза.
Я замолчал, и Анастасия Александровна повернулась ко мне.
— Ты верно всё сказал, Иван, — заговорила она. — Но я хочу услышать, как именно ты будешь устранять дефекты.
Я пожал плечами и, положив руку на дверь, ответил:
— Во всех этих случаях коррекция проводится на месте по обстоятельствам, — сказал я. — Но если говорить в общих чертах, то за основу берётся оригинальный глаз, и по нему, как по эталону, выстраивается правильная структура нового органа. Отличие для всех вариантов лишь в том, как много работы придётся провести и насколько глубоко погрузиться, чтобы исправить дефекты.
Матушка совершенно спокойно кивнула.
— Что ж, вижу, теорию ты понимаешь, — произнесла она. — Но ответь мне, Иван, сколько сил требуется для того, чтобы регенерировать глаз Инны Витальевны? Учти, что у тебя после этого будет обязательная комиссия, а значит, тебе нужно затратить минимум сил, чтобы не свалиться на испытании, которое тебе устроят в госпитале.
Вздохнув, я склонил голову.
— Всё будет зависеть от того, насколько повреждён глаз, — сказал я. — Но я полагаю, что мне хватит получаса, чтобы не слишком потратиться, и при этом всё сделать как положено. И это я учитываю, что часть сил успеет восстановиться, когда мы перейдём от лечения к чаепитию. Или нас угостят обедом?
О времени я говорил неспроста.
Одарённый, если он не как я поступает, а понемногу тратит свои силы, может полностью восстановить свой резерв за час. Процесс идёт постоянно — тело мага впитывает силу из окружающего мира, она для всех одинакова, и не зависит от физического местонахождения чародея. Вот если ты, как я при нападении, полностью выжал себя досуха, там уже начинаются трудности.
Так что полчаса — это я с лихвой хватил, как раз потому, что требуется предельная аккуратность. И дело не в том, что Инна может пожаловаться — она ничего не почувствует, так как правильно исцеление в подобных случаях начинается с анестезии. Дело в том, что за ошибку меня накажет мой личный экзаменатор.