Кошка
Шрифт:
Потом я вдруг почувствовал, что мы лежим совершенно голыми в высокой густой траве, и она щекочет моё тело, ставшее вдруг чрезвычайно гибким и подвижным. Натэлла вывернулась из моих рук, её обнажённая грудь коснулась моего разгорячённого лица, и мне даже показалось, что сзади у неё мелькнул хвост. Мы убегали и догоняли друг друга, нежно покусывали, целовались, сплетались, опять расплетались, наши тела стали такими гуттаперчевыми, что иногда я не понимал, где она, а где я. Мы залазили на деревья, спускались с них, пока я, наконец, не настиг Натэллу, и не прижал её к земле, а она выгнулась и обхватила меня ногами.
Когда я очнулся, уже светало. Голова ужасно болела, и я еле смог подняться с кровати. Натэллы рядом не было, и мне захотелось поискать её. Я нисколько не сомневался, что она напоила меня зельем. Но она и сама пила его, возможно, так у них принято расслабляться? Всё это вызвало во мне противоречивые чувства. Я вспомнил про Маргариту, и мне стало стыдно. Она там чахнет с каждым часом, а я развлекаюсь в объятиях ветреной красотки. Ведьмы, укравшей у сестры ожерелье, чтобы свести её в могилу.
Я осторожно вышел из-за двери и поплёлся по коридору в направлении гостиной. На подходе к ней я услышал, что оттуда доносятся звуки голосов, и решил для начала посмотреть, кто это там? Я замедлил шаг, подкрался к проёму и осторожно выглянул. Натэлла стояла ко мне спиной, и я инстинктивно убрал голову. На плече у неё сидела небольшая ярко-зелёная ящерица, похожая на карликового геккона. Она что-то стрекотала Натэлле на ухо, а та увлечённо внимала её стрекоту. Я не знал, что делать, но решил постоять немного здесь, в надежде услышать что-нибудь интересное для себя. И не ошибся. Натэлла покивала головой, потом заговорила сама.
— Так ты уверен, что он просто заблудился, а не шёл туда специально?
Мне показалось, что ящерица энергично закивала головой.
— А как ты это понял?
Ящерица опять застрекотала, и мне даже послышались звуки человеческой речи.
— Ну, хорошо, Гектор, я тебе верю, ты молодец. Ты думаешь, что достаточно напугал его?
Ящерица закивала. Натэлла вздохнула.
— Надеюсь, он больше не сунется туда. А ты уверен, что он не шпион? Может, его послала Маргарита?
На сей раз ящерица закрутила головой в разные стороны, что, очевидно, должно было означать отрицание. Я усмехнулся. Этот Гектор весьма наивен. Что поделаешь, земноводное. Они никогда не отличались особой сообразительностью. Удивительно, что Натэлла поручила именно ему присматривать за мной. Натэлла почесала ящерицу за ушком, если таковое имелось, и вытянула губы для поцелуя. Гектор потёрся о них безобразной мордой. Я чуть не сплюнул от отвращения.
— Не спускай с него глаз, милый. Я надеюсь на тебя. А сейчас иди, дорогой, ты заслужил, — и тут прямо на моих глазах Натэлла приподняла ворот блузки, расстегнула пару верхних пуговиц, и отвратительное земноводное нырнуло туда, чавкая от удовольствия. Я не видел, что они делали, и не видел лица Натэллы, но мне почудилось,
— Умница, малыш, сегодня ты превзошёл себя. Ты был великолепен, — ящерица раздулась и сменила цвет, очевидно, от удовольствия. — Ну, беги, он скоро проснётся. Правда, вчера я напоила его настойкой, но не знаю, как она на него подействовала. Моя сестрица и здесь вмешалась. Я ненавижу её! Нигде нет покоя. Тварь! — Натэлла начала раздражаться, и Гектор поспешил ретироваться. Он слез на пол и куда-то юркнул, исчезнув из поля моего зрения. Я решил выйти, боясь, что меня обнаружат подслушивающим. Я вошёл, сделав ничего не подозревающий вид.
— Здравствуй! Ты уже поднялась? Опять уезжаешь по делам?
Натэлла обернулась. Её вид не предвещал ничего хорошего. Она явно была не в духе, похоже, даже Гектору не удалось ублажить её до конца.
— Да. Я не сплю долго. А ты как? — было видно, что она едва сдерживает ярость.
— Нормально.
— Что тебе снилось?
— Что снилось? — я раздумывал, сказать ей правду или нет, но решил пока помолчать. — Не знаю. Я редко запоминаю сны. Сплю, как убитый. Ты же ведь обещала мне вечером, что с твоей настойки я буду хорошо спать, и я ничего не помню. Только голова болит. У тебя нет обезболивающего?
— Есть, выпей, — Натэлла налила мне в бокал жидкости из очередной бутылки, которую вытащила из антикварного комода.
Я послушно выпил. Мне стало лучше, и я взбодрился.
— А почему ты такая сердитая? Что-нибудь случилось? — Натэлла нервно покусывала губы.
— Нет. Плохо спала.
Я притворно вздохнул.
— Сочувствую. Можно, я сегодня схожу в деревню?
— Нет! — Натэлла почти кричала, но быстро умерила пыл. — Не сегодня. Убери получше конюшню. Выгуляй лошадей, некоторые застоялись. Возможно, завтра. Да, завтра. Машка пойдёт на базар за продуктами, и ты с ней. Поможешь донести. Да и лошадям корм нужен. Она покажет тебе, где купить.
— Ты и денег мне дашь?
— Не тебе, ей.
Я поднял руки вверх.
— Понимаю, и не осуждаю.
— Вот и договорились. А сейчас я уезжаю.
— Запрячь лошадь?
— Нет, иди, завтракай, я сама.
— Как скажешь, — я чинно удалился, продолжая недоумевать по поводу Гектора. Неужели Натэлла так ненасытна? Я начинал верить Кларе, и решил быть с ней осторожным.
После завтрака я добросовестно выполнил все обязанности конюха и отправился на прогулку по саду. Мне не хотелось оставаться в замке, где за мной, как оказалось, неусыпно следил Гектор.
После долгих блужданий, я выбрал дерево потенистей и сел под него, предполагая немного вздремнуть. Я сорвал травинку и жевал её по старой детской привычке, как вдруг возле самого моего уха услышал тихий шёпот и трепетание лёгких крыльев. Мне показалось, что это бабочка, и я старался не шевелиться, чтобы не потревожить её. Но шёпот стал настойчивым и весьма внятным.
— Привет!
Я удивлённо скосил глаза на источник звука. На моём плече сидело крохотное создание, похожее на эльфа, очень хрупкое и тоненькое, с цветными крылышками, похожими на крылья бабочки.