Котильон
Шрифт:
– Обронит – что? – пробормотала Китти. – Ты думаешь, он считает, что я подберу его в любой момент? О!
Чрезвычайно сконфуженный, мистер Станден попросил прощения.
– Размышлял вслух! – объяснил он.
Она не обратила внимания и повторила с яростью:
– Ты действительно так думаешь?
– Ничего не поделаешь – не могу судить его за это, Кит! Ты знаешь, красивая физиономия, чертовски светский – за словом в карман не полезет! Смею заверить, ты и не представляешь, какое страшное количество юбок охотится за ним. И высокого полета тоже. Странные существа женщины, – задумчиво покачал головой мистер
– Господи, Фредди, как будто для меня тайна, что Джек – страшный любитель пофлиртовать, – согласилась Китти неискренне, но с воодушевлением. – У меня нет ни малейшего сомнения в том, что он кокетничает со всеми хорошенькими женщинами Лондона. И поэтому в высшей степени глупо и наивно со стороны дяди Метью воображать, что он намеревается сделать предложение мне! Я вообще не понимаю, как такое только приходит в голову? Я, ей-богу, была бы поражена, узнав, что он не принимает меня за неряшливую школьницу!
– И я тоже, – согласился горе-утешитель по другую сторону стола.
Мисс Чаринг проглотила еще немного пуншу. Мягкое тепло распространилось по ее жилам, разгоняя грусть, которая владела ею. Она не чувствовала себя счастливой, но уже не предавалась отчаянию. Какое-то приятное возбуждение рождало в ее сознании мысль о том, что все трудности легко преодолеть, хотя за минуту до этого они казались ей неразрешимыми.
Она сидела, вытянувшись в струнку на своем стуле, глядя прямо перед собой, сжимая бокал в руке.
Мистер Станден, довольный, что его оставили в одиночестве сражаться со второй из проблем, с которыми он столкнулся, рассеянно потирал переносицу оправой своего лорнета.
– Фредди! – внезапно мисс Чаринг обратила к нему свой выразительный взгляд. Он слегка вздрогнул, и лорнет упал. – Фредди, ты вполне уверен, что не хочешь жениться на мне, так?
Он немного встревожился: она говорила с настойчивостью, от которой ему сделалось не по себе.
– Вполне, – наконец выдавил он и прибавил, извиняясь: – Ты мне всегда очень нравилась, всегда! Но я не собираюсь жениться!
– Тогда, Фредди, не будешь ли ты настолько добр, чтобы согласиться на помолвку со мной? – спросила мисс Чаринг, затаив дыхание.
Глава 4
Какое-то мгновение ошеломленный ударом мистер Станден смотрел в черные глаза, устремленные на него с мольбой. Его исполненный ужаса, блуждающий взгляд упал на стакан, все еще зажатый в руке мисс Чаринг. Лицо его немного прояснилось. Он отнял полупустой стакан и отодвинул его подальше от нее.
– Не стоило тебе давать пунш, – произнес он с упреком к самому себе.
– Нет, Фредди, я не пьяна!
– Господи, Кит, конечно нет. Просто чуточку навеселе. Попроси немного кофе. Скоро придешь в себя…
– Не хочу. Я вполне трезва, честное слово! Ну, пожалуйста, Фредди, послушай меня!
Мистер Станден, никогда не проявлявший себя в науках, в высшей степени свободно плавал в бурном море человеческого общежития. Он давно постиг, что пытаться кого-то увещевать – бесполезнейшее занятие в мире. Поэтому, когда мисс Чаринг порывисто протянула руку и схватила его за рукав так, что это внушило ему серьезные опасения, он не подал
– Конечно, с превеликим удовольствием! – И почувствовал облегчение, когда она отпустила его. Он осторожно разгладил рукав и прежде всего убедился, что никаких непоправимых повреждений ему не нанесли.
– Я ни за что не вернусь в Арнсайд! – говорила тем временем Китти. – Ненадолго могу, конечно, но не останусь там смиренно дожидаться тех, кто обязан жениться на мне. Всеми правдами и неправдами я приеду в Лондон. Всегда мечтала об этом, лет с семнадцати. Но дядя Метью не позволял мне. Он говорил, что это безумная трата денег и что нечего думать о глупостях. С ним совершенно бесполезно спорить, выходит даже хуже. В прошлый раз, когда я попросила позволить мне поехать с Фиш на денек, только посмотреть достопримечательности, он стал кидать вещи в Спиддла и бедную Фиш и нарочито стонать, как только я входила в комнату. Он повторял, что пригрел змею на груди, что я жду не дождусь, пока он умрет и будет похоронен, что я эгоистка и вертихвостка и слишком молода, чтобы отправляться в Лондон. А дело лишь в том, что он боялся отпустить меня без Фиш, а если б уехали мы обе, в Арнсайде никого не осталось бы, чтобы выполнять его приказания, а экономку он никогда не наймет, пока мы с Фиш его обслуживаем.
– Тяжелый случай, – вежливо подтвердил Фредди, – но какое отношение имеет…
– Имеет, Фредди, имеет! – настаивала Китти. – Только подумай, если ты сделаешь мне предложение, а я приму его, лорд и леди Легервуд захотят повидать меня, не правда ли?
– Да они тебя видели, – отозвался мистер Станден, вступая в область прений.
– Но достаточно давно. Они… у них появится желание представить меня своим знакомым! Фредди, тебе не кажется, что твоя мама пригласит меня погостить у нее на Маунт-стрит? На один только крошечный месяц?
Увидев соломинку, мистер Станден ухватился за нее:
– Послушай, Кит! Я просто скажу матери, чтобы она пригласила тебя. Любит меня – пригласит. Без всякой помолвки!
На мгновение она просияла, но потом глаза ее вновь потускнели, девушка вздохнула и покачала головой.
– Не поможет. С тех пор как дядя Метью увлекся омарами, он уверен, что ему осталось жить несколько месяцев. У него страшные колики, ты знаешь. И никто не убедит его, что это только от омаров, которых каждый раз ему подают на ужин! Он твердит, что у него слабое сердце и доктор Фенвик – болван. Именно поэтому теперь столько шуму вокруг его завещания. Он намеревается пристроить меня заранее. Вот и суди сам, отпустит ли он меня в Лондон не помолвленной, если подозревает, что я сбегу с первым заштатным офицером.
– Не понимаю почему, – возразил Фредди, со страхом следивший за кругом ее взволнованных размышлений.
– Я тоже, – согласилась Китти, – но так он мне всегда отвечал, стоило только заикнуться о Лондоне. У него стойкое отвращение к военным, даже когда ополченцев расквартировали по соседству, мне почти не позволялось выходить в деревню. Помолвка с тобой, Фредди, лишает его возможности запретить мне уехать под этим предлогом и на любом основании. К тому же, если леди Легервуд окажется столь любезна, что пригласит меня на Маунт-стрит, мой проезд ему не будет стоить ни пенса, нет необходимости брать с собой Фиш, и дела в Арнсайде пойдут своим чередом.