Козлик Иван Иванович
Шрифт:
– Вот это уже нормальный разговор, – сказал Синдбад-мореход. – Погляди на этого козлика, о, Хасан-ибн-Хасан. – Еще недавно он был уважаемым человеком, но вот ему подсунули водицы из Козлиного Копытца, и он вынужден провести остаток своих дней в таком виде. Разве это не ужасно?
– А какое нам с тобой дело до чужих несчастий? удивился джинн. – Разве в наших джинновых обычаях делать добро людям? Разве он был королем? Или волшебником? Или хотя бы богатым купцом?
– Он был знаменитым ученым в своих землях, –
– Пускай идет в свои земли и там лечится.
– Но совет волшебников всей Земли, который сейчас заседает в замке волшебника Ооха, решил, что такое средство есть только у джиннов.
– И ты из-за этого пустяка прервал мой сон! – джинн был страшно разгневан. Он даже подскочил так, что ударился головой о каменный потолок, набил себе шишку, отчего еще больше расстроился.
– Значит, ты не сможешь нам помочь? – спросил Синдбад.
– Не хочу, – сказал джинн. – Пускай я останусь без бутылки и замерзну в ледниковый период, но ни за что я не опущусь до того, чтобы помогать людям.
– Прости тогда, благородный и всесильный Хасан-ибн-Хасан. Значит, мы ошиблись. Я догадался, что у тебя вовсе нет такого средства, чтобы возвращать заколдованным людям их прежний облик. Прости, мы пошли.
– Не хочу помогать! – ревел джинн. – Не хочу и не буду! Не буду!
И джинн начал расти, но тут его голова снова ткнулась в потолок пещеры. Джинн взвыл от боли, а Синдбад-мореход спокойно поднялся и сказал:
– Алиса, козлик, пошли, нам здесь делать нечего.
Алиса и козлик вышли вслед за Синдбадом из пещеры. Алиса готова была заплакать. Так все погубить! Синдбад оказался плохим дипломатом! С джинном надо» было говорить вежливо, попросить его… ведь он не просто кто-нибудь, а джинн…
Алиса даже открыла рот, чтобы все это объяснить Синдбаду и уговорить его вернуться и попросить у джинна прощения, но Синдбад строго посмотрел на нее и прижал палец к губам. Он спокойно шагал вниз по тропинке. Алиса и козлик, понурившись, брели следом.
– Стойте! – раздался сзади громовой голос джинна. Стойте, жалкие создания! Вернитесь!
– Вот видишь, – улыбнулся Синдбад-мореход, – а ты боялась. Я же знаю, как иметь дело с этими бандитами.
Джинн встретил их у входа в пещеру.
– Я передумал, сказал он. – Что-то с севера тянет холодом. Идите за мной.
Джинн прошел в дальний конец пещеры, где стояли бутылки с остальными джиннами, и остановился, разглядывая их и рассуждая вслух:
– Где же аптечка! Кто ее положил рядом с собой? Ахмед? Нет, он с собой вино взял. Хусейн? Нет, он любит уют, ему эти склянки ни к чему… Ага, вспомнил.
Джинн поежился и крикнул Синдбаду:
– Прикрой дверь. Дует. Ни в чем нельзя на тебя положиться.
Синдбад прикрыл дверь, а джинн вытащил пробку из одной из бутылок и, как только оттуда пошел черный дым, наклонился к ней и крикнул:
– Не
Из бутылки донесся бас:
– Так чего меня будишь?
– Мустафа, я только на минутку. У меня зуб разболелся. Дай-ка мне нашу волшебную аптечку.
И тут Алиса с удивлением увидела, как из тонкого горла бутылки выплыла на воздух золотая шкатулка, которую держали две громадные руки.
Хасан-ибн-Хасан подхватил шкатулку, не обращая внимания на бас, который несся из бутылки:
– Мог бы сам себе зуб заговорить! Я тебе покажу после ледникового периода, как меня беспокоить!
– Удивительно сварливый народ, – сказал Синдбад-мореход.
Джинн Хасан-ибн-Хасан тем временем открыл шкатулку, которая оказалась уставленной бутылочками, долго копался в них, нюхал, глядел на свет и наконец сказал:
– Вот она!
Он открыл бутылочку, капнул из нее несколько капель прямо на пол и сказал:
– Лижи! Скорей, пока не выдохлось.
Козлик колебался. Алиса поняла, что он не привык лизать капли с пола и потому она крикнула:
– Скорей же, Иван Иванович!
И Синдбад закричал:
– Скорей же, тебе говорят!
Тогда козлик подбежал к лужице на полу и слизал ее.
– Все, – сказал джинн. – Дело сделано. Теперь быстро закупоривайте меня.
Он вернулся к открытой бутылке с Мустафой. Оттуда все еще торчали громадные руки и слышалось ворчание. Он отдал шкатулку. Руки исчезли, исчезла и шкатулка. Джинн заткнул бутылку пробкой и шагнул к своей бутыли. Тут же он начал клубиться, превращаться в черный дым. Алиса обернулась к козлику. Ничего с ним не произошло.
– Не закрывайте его! – крикнула она Синдбаду-мореходу. – Вдруг он ошибся!
Черный столб дыма втянулся в бутыль, Синдбад подошел к ней, держа в руке пробку, но не спешил закрывать, все глядел на козлика.
– Скорей же! Я замерзаю! – раздался крик из бутыли.
– Минуточку, – ответил Синдбад. Алиса тоже смотрела на козлика. И вдруг козлик начал расти вверх, в глазах у Алисы помутилось, она зажмурилась, а когда открыла глаза вновь, увидела, что в пещере рядом с ней стоит высокий человек в сером костюме с серьезным и очень приятным лицом.
– Спасибо, – сказал Иван Иванович.
– Спасибо, – передал его слова Синдбад джинну и заткнул бутылку пробкой.
Потом поставил бутыль на место.
21. Возвращение к Шехерезаде
Обратное путешествие до дворца Шехерезады прошло без всяких приключений. Только птица Дурында никак не могла успокоиться.
– Чудеса! – кричала она. – Мистика! Так не бывает! Как мог такой большой человек уместиться в таком маленьком козлике! Это хорошо не кончится!