Кракен

Мьевиль Чайна

Бэрон жестом подозвал Билли к двери.

— У них должны быть стишки о его клюве, — сказал Варди у них за спиной. — Пасть твердая небесной птицыв океанических глубинах. — Он пожал плечами. — Как-то так. Вы полны скептицизма? Наоборот: это идеальныйбог, Билли. Это, чтоб ему, самый отборный бог, самый подлинный, самый подходящий для нашего времени, для текущего момента. Потому что он ни хрена не похож на нас. Совсем чужой. Старый бородатый задира никогда не выглядел убедительно, правда?

—

Для тебя — вполне убедительно, старый ты лицемер, — добродушно отозвался Бэрон. Билли проследовал за ним в коридор.

— Они благоговеют перед ним, — говорил Варди, идя за ними. — Им нужно избавить его от оскорблений. Сильно подозреваю, что ваша веселая привязанность и есть такое оскорбление. Готов поспорить, у вас есть для него кличка. — Он склонил голову. — Спорим, вы зовете его Арчи? Вижу, так и есть. Разве может верующий допустить такое?

Они шагали по коридорам музея, Билли не имел ни малейшего представления, куда именно. Он ощущал себя совершенно неприкаянным. Его там как будто и не было. Навстречу никто не попадался. Темные дебри музея смыкались у него за спиной.

— Как вы?.. Чем именно вы занимаетесь? — спросил он у Варди, когда тот вздохнул, погруженный в свои плодотворные раздумья. Как же это называется? — спрашивал Билли и у самого себя. Восстановительный интеллект, берсеркерское сопоставление понятий, способность увидеть в мелочах сначала схемы, затем соответствия, затем причинно-следственные связи и побочные смыслы.

Варди позволил себе улыбнуться.

— Паранойей, — сказал он. — Теологией.

Они подошли к выходу, которым Билли никогда не пользовался, и у него перехватило дыхание от холодного воздуха. День неистовствовал: деревья изгибались под ветром, облака мчались, словно спеша по заданию. Билли сел на каменные ступеньки.

— Значит, тот несчастный в подвале… — начал он.

— Пока непонятно, — сказал Варди. — Оказался на пути. Сектант, охранник, жертва, что-то такое. Я говорю сейчас об очертаниях этого чего-то.

— Вас это никаким боком не касается, — заметил Бэрон. Сунув руки в карманы, он адресовал свои реплики одному из животных, изображенных в каменной кладке здания. Ветер трепал Билли за волосы, теребил одежду. — Вам не следует ни о чем таком беспокоиться. Но вот интересная штука. Появление Парнелла в автобусе, внимание, которое вам уделяют… Мне кажется, что по каким-то причинам они просто… заметили вас, мистер Харроу.

Он посмотрел Билли в глаза. Тот дернулся под его пристальным взглядом и стал озираться, вглядываясь в прилегающий к музею парк, в улицу за воротами, в шевеление растительности. Порывы ветра гнали по тротуару мусор, который крался, точно донная рыба.

— Вы участник заговора, из-за которого их Бог угодил в ловушку, — сказал Варди. — Но это не все. Вы больше всех знаете о спруте, мистер Харроу. Кажется, вы превратились в подозрительно интересного человека. Для них вы — подозреваемый.

Теперь он стоял между Билли и ветром.

— Выобнаружили,

что он исчез, — продолжил Варди. — Вы же его туда, собственно, и поместили. Вы волшебно препарируете моллюсков. — Он пошевелил пальцами. — Теперь выобнаруживаете этого мертвяка. Разве удивительно, что они вами интересуются?

— У вас в последнее время такое чувство… будто что-то происходит, — сказал Бэрон. — Правильно?

— Что со мной творится? — Билли удалось проговорить это спокойным голосом.

— Не тревожьтесь, Билли Харроу. Ваши ощущения — следствие проницательности, а не паранойи. — Бэрон повернулся, созерцая Лондон, и куда бы он ни смотрел, задерживаясь на каком-то участке черноты, Билли устремлял свой взгляд туда же. — Что-то в нашем мире не так. И он обратил внимание на вас. Наш мир — не всегда лучшее место для пребывания.

Среди этого внимания со стороны мира Билли чувствовал себя маленькой жертвой.

— Чего вы хотите добиться? — спросил он. — То есть понятно: выяснить, кто убил того парня. Правильно? Но как насчет меня? Собираетесь ли вы вернуть спрута?

— Собираемся, — подтвердил Бэрон. — В конце концов, кражи с культовыми целями тоже входят в нашу компетенцию. А теперь еще и это убийство. Да. И ваша безопасность, должны сказать, немало нас заботит.

— Чего они хотят? И какова роль Дейна? И потом, вы ведь секретный отряд, верно? Почему же вы мне это рассказываете?

— Понимаю, понимаю, вы оказались слишком на виду, — сказал Бэрон. — В центре внимания. У нас есть способы вам помочь. А вы сможете помочь нам.

— Нравится вам или нет, но вы уже в это втянулись, — сообщил Варди.

— У нас есть предложение, — сказал Бэрон. — Давайте-ка пойдем обратно в тепло, в Дарвиновский центр. Там на столе лежит план, а еще вам надо кое с кем повидаться.

Глава 7

Помещения вокруг них ерзали так, словно капризные genii loci [8] устраивались в них поудобнее. Билли чувствовал свою никчемность. Что он слышал? Позвякивание стеклянного сосуда, катящегося куда-то вне поля зрения? Постукивание вроде костяного?

8

Духи-покровители места (лат.);что-то вроде домовых.

Двое полицейских в форме, охранявших аквариумный зал, не проявили к Бэрону сколько-нибудь заметного почтения.

— Заметили, а? — вполголоса сказал Бэрон Билли. — Сейчас они обмениваются шуточками насчет того, что означает ПСФС. Первые две буквы всегда истолковывают как «Проклятые Сумасшедшие».

Внутри обнаружилась все та же надменная молодая особа, взглянувшая на Билли, пожалуй, чуть дружелюбнее, чем прежде. Форма женщины выглядела все так же небрежно. На том столе, где больше не было спрута, лежал ее раскрытый ноутбук.