Красавчик Хиро
Шрифт:
Я задумался. Так-то Мари права. Достаточно посмотреть на окружающих — ни одного недовольного лица я не видел. Хотя в такой темноте мало что можно разглядеть. Но должен же быть какой-то подвох?
— Разве это счастье настоящее? Вот эти парни сейчас, разве они были искренними?
— Ох, как с тобой сложно, Хиро.
Мари достала пачку сигарет, и отточенным до автоматизма движением отправила сигарету в краешек рта.
— Думаешь актёры в театре играют искренне? Может эти несчастные айдолы поют про искренние чувства? Думаешь зрителям есть
— Тут, получается, такой же театр, только индивидуальный для каждого клиента.
— Браво, — Мари щёлкнула зажигалкой. Задумчиво посмотрела на огонёк. И спрятала сигарету обратно. — Ну так что, Хиро? Что мне передать Люсиль?
— Не уверен, что я подхож…
— Ты идеально подходишь, — перебила меня Мари. — С тобой очень комфортно, даже когда ты просто сидишь рядом. У тебя настоящий талант к этому делу, поверь моему опыту. Дело только за твоим желанием. Хотя бы попробуй. Если не понравится — всегда сможешь уйти.
— Кто ты такая на самом деле, уважаемая Мари? — полюбопытствовал я. — Неужели конкурент достопочтенной госпожи Такуми?
— Ну что ты, Хиро. Мы работаем в смежных отраслях.
Мари протянула мне визитку. “Шайнинг Стар инкорпорейтед, СЕО Такеути Мария”. Кузница айдолов. Понятно.
— В айдолы ты не годишься, Хиро, — предвосхитила мой вопрос Мари. — Слишком старый для сцены, извини.
Да я особо и не рвался туда.
— Хорошо, — решился я. — Я попробую. Всё равно пока другой работы у меня нет.
— Вот и молодец! Ну что, пойдём, обрадуем сестрицу Люсиль?
В фойе, разумеется, госпожи Такуми не было. Так что мы, в сопровождении караулившей нас официантки-горничной, поднялись на третий этаж, в кабинет Люсиль.
Где нашлась и она, и моя потерянная сумка. А я-то думал, что больше её не увижу.
— Ещё раз добрый день, Мари, — приветствовала Люсиль свою подругу. — Ну что, как тебе господин Онода?
— Настоящее сокровище.
Госпожа Такеути обняла меня за плечи и прижала к своей груди. Женщина, вы руки-то не распускайте!
— Забрала бы его себе, но для меня он староват. Так что пользуйся на здоровье, сестрица.
Люсиль хмыкнула, подошла и легонько шлёпнула подругу по рукам.
— Большое тебе спасибо за помощь, сестра. А теперь уходи!
— Ах вот ты какая? — включила свои театральные переигрывания Мари. — Я к тебе со всей душой, трачу кровно заработанные йены, а ты меня уже гонишь!
— Напомнить, сколько этих йен ты должна “Золотому павлину”? — довольно холодно спросила Люсиль. — Так что держи руки подальше от моих кадров.
— Отчаянно прошу меня простить, уважаемая госпожа Такуми! — немедленно сменила пластинку Мари, напустив в голос подобострастия, — Прикажи — и я брошусь в море!
И они весело рассмеялись одним им понятной шутке.
— Хорошо, — Мари напоследок стиснула меня в объятьях и увернулась от подзатыльника Люсиль, — оставлю вас наедине, крошки.
— Спасибо за проведённое со мной время, — поклонился я госпоже Такеучи, выскальзывающей за дверь.
— Извини за её поведение, — Люсиль потеребила в пальцах крестик и вернулась за стол. — Я так понимаю, ты не против поработать в “Золотом павлине”?
— Именно так. Спасибо за участие в моей судьбе, госпожа Такуми.
— Хиро! Сколько можно повторять, хватит этого формализма.
— Ничего не могу с собой поделать, — я поклонился, — по-другому я не знаю, как выразить свою признательность за вашу доброту.
— Ох, сядь уже куда-нибудь.
Она взяла со стола тонкую пачку бумаг.
— Твой договор. Можешь взять с собой, почитаешь вечером. Поставишь печать в отмеченных местах, завтра привезёшь с собой. Извини, что вот так сразу бросаю тебя в бой, но сам понимаешь. Золотая неделя. Мне будут нужны все работники, какие есть. Да и тебе это выгодно. В прошлом году хосты на Золотой неделе заработали полугодовую выручку. Так что сегодня отдыхай, а завтра тебя с самого утра ждут дела.
— С утра? — я почему-то думал, что такие клубы открыты до утра, а не наоборот.
— Не могу же я тебя выпустить в таком виде, — ткнула в меня пальцем Люсиль. — Надо тебя одеть, умыть, сделать причёску нормальную, а не это безобразие. И хотя бы небольшой инструктаж провести. Я вижу, что у тебя есть потенциал, да и Мари с Ранго о тебе отзываются восторженно, не говоря уж о моей Алисе. Но работа есть работа, и я хочу, чтобы ты делал её правильно. Понимаешь меня?
Я кивнул.
— Тогда иди, Хиро. Спасибо, что присоединился к нам.
— Спасибо, что приняли меня.
Я встал и взялся за ручку двери.
— Хиро! Ничего не забыл?
Обернувшись, я увидел, как Люсиль показывает на мою сумку. Да блин!
Под насмешливым взглядом госпожи Такуми я наконец покинул её кабинет. И “Золотой павлин”.
Хвала гуглу, он вывел меня кратчайшим маршрутом к дому. Я ещё раз полюбовался на задворки Токио. Нашёл даже место, где забор покрывали в два слоя граффити (почему-то на английском), прошёл мимо парковки скутеров и сидящих рядом прямо на асфальте школьников. Посмотрел на спрятанные от шума улиц лапшичные, полные молодёжи несмотря на рабочий понедельник. И вышел, наконец, к своей девятиэтажке.
Скромная свечка, торчащая над двух-трёхэтажной застройкой как гвоздь из башмака. Впрочем теперь, после пережитого землетрясения, я уже не был так уверен, что высотки в городе — хорошая идея. Но выбирать не приходится, бесплатного жилья в центре мне больше никто не даст. Не идти же на поклон к семье Накулдзима. Их напутственный дар в самостоятельную жизнь я чуть не пролюбил за несколько дней.
Госпожа Такуми дала мне с собой, кроме документов на подпись, ещё и сумочку с ключами. Ключ-карта для входа в здание, и два ключа от квартиры. Серьёзно тут относятся к безопасности, не то что в Сайтаме.