Красавчик Хиро
Шрифт:
Я снял солнечные очки и продемонстрировал мелкому неоспоримое доказательство принадлежности к инопланетной цивилизации. Спасибо вчерашней пьянке.
— Ооооо! — мелкий аж подпрыгнул и затараторил ещё быстрее:
— А с какой ты планеты? Или ты демон? А почему ты такой тощий? А у тебя всегда такая белая кожа? Я тоже такую хочу. Юки! Оцука! Идите сюда, он не якудза и не бродяга! Он пришелец!
Он замахал своим приятелям. Те, однако, совершенно разумно не торопились приближаться к незнакомому дядьке, так что моему
Дети были… одинаковые. Мелкие, конопатые и круглолицые. Короче говоря, обычные дети. Даже одеты они были одинаково — в шорты с лямками и футболки, на которых только принты отличались. Даже панамки на головах были одинаково жёлтые.
— Я Таро, это Юки, а это Оцука, — предводитель банды даже сделал подобие поклона и затараторил дальше:
— Мы играли в ронинов, но сейчас будем отрядом рейнджеров! Ты будешь захватывать Землю, а мы тебя победим и прогоним. Понарошку прогоним, не бойся.
Вопроса о том, буду ли я участвовать в игре, Таро даже не ставил.
— А не боишься, что это я вас прогоню? — Я поднялся и раскинул руки в стороны. — У-у-у-у! Инопланетная атака!
Дети с визгом кинулись в рассыпную. А я сделал круг по площадке и забрался на горку.
— Земляне! Теперь эта площадка принадлежит пришельцам с планеты Москва! Сдавайтесь и несите мне дань!
Злодейский смех получился у меня особенно хорошо, я считаю. Теперь оставалось ждать ответного хода рейнджеров из детского сада. И они не заставили себя ждать.
— Ту-туруру! Рейнджеры идут в бой! Я красный!
Из-за кустов ограды выскочил Таро, с кривой палкой в руке и красном плаще, сделанном, похоже, из дождевика.
— Я жёлтый! — а это, кажется, Юки. Держался он храбро, но всё же чуть позади Таро. Плащ на его плечах был из полиэтиленового пакета.
— А я… невидимый! — бедняге Оцуке не досталось плаща, но он, похоже, был парень сообразительный.
— А вместе мы — отряд спасения Земли!
Я снова разразился злодейским смехом.
— Вам троим никогда не победить меня! Ведь у меня есть гиперщит!
Я заслонился пакетом с сине-зелёным логотипом “Фэмили маркета”.
— А у нас бластеры! — Таро взмахнул в воздухе палкой. — Рейнджеры! Формация тройной удар! Огонь! Пау-пау-пау!
Я пошатнулся и уронил пакет.
— О нет! Мой гиперщит пробит! Ну держитесь, земляне! Я сожгу вас лазерами из глаз!
Я снял солнечные очки и наклонился:
— Взжжжжжж!
Дети снова разбежались с пронзительным визгом. И тут нашу игру прервал женский вопль со стороны многоэтажки:
— Таро, негодник! Ты опять сбежал из детского садика! А ну марш обратно, сколько можно твоей матери из-за тебя краснеть! Юки, Оцука, вас это тоже касается!
Я разглядел высунувшуюся из окна бабульку. Она, впрочем, тоже меня разглядела и выдала очередь уже
— А ты ещё кто такой? Убирайся отсюда, я вызвала полицию!
Ну вот. Пришёл лесник и всех разогнал.
Таро высунулся из-за куста и крикнул:
— Беги за нами, господин пришелец! Бабушка Отани не шутит.
Ребятня забежала за угол дома. Я, подобрав пакет с остатками покупок, зашёл туда же. Как-то не хотелось мне общаться с полицией в таком виде.
— Ты ещё придёшь с нами поиграть, господин пришелец? — Таро с друзьями обнаружился сразу за углом. Видно не особо они торопились обратно в детсад. — Приходи завтра, завтра выходной, мы все тут будем.
— Сначала мне неплохо было бы найти свой космолёт, — поделился я с мелким проблемами.
— Космолёт? У тебя есть настоящий космолёт? Как он выглядит? — внезапно вклинился в разговор Оцука.
— Как большой чёрный автомобиль.
— А, так это ты вчера заехал в дом Мацуды, — Таро снова перехватил инициативу в разговоре, пихнув в бок поскучневшего разом приятеля. — Он утром рассказывал, что утром видел во дворе новую крутую машину. И бабушка его жаловалась, что на верхнем этаже какие-то бандиты всю ночь шумели. Так ты всё-таки якудза?
— Ты знаешь, что у всех якудза есть татуировки? Посмотри на меня. Видишь хоть одну?
Мелкий помотал головой, однако смотрел на меня уже не так доверчиво.
— А где этот дом Мацуды, можешь показать?
— Да тут рядом, — Таро махнул рукой в сторону огородов. — Вон туда, там ещё божественная кладовая на перекрёстке, не пропустишь. Пока, господин пришелец! До завтра!
— Увидимся.
Дети убежали вдоль по узкой улочке, нырнули в дыру между кустами живой изгороди, и исчезли из вида. Ушёл и я, затылком ощущая буравящий взгляд вышедшего из-за угла дедка с клюкой. Ну, с такой охраной заборы и правда лишние.
Пройдя огородами, я и правда вышел к перекрёстку. На углу перекрёстка стоял этакий домик дядюшки Тыквы: сооружение из трёх покрытых мхом камней, на верхнем из которых были выгравированы иероглифы, которые впервые в этом мире я не смог прочитать. Похоже, Хиро не такой уж и знаток японского языка. Внутри этого микроукрытия стоял тронутый ржавчиной фонарь со сгоревшей свечкой.
— Добрый день, — я поклонился святилищу местного божка с самым серьёзным видом. После общения с детьми и настроение было соответствующее. — Простите за вторжение. Мне бы к своей квартире попасть.
Ответа, ожидаемо, я не получил. Так что просто пошёл дальше по улице.
Где и наткнулся на свой дом. С мерсом на парковке и присоединившейся к нему белой полицейской тойоте. Внутри скучали двое полицейских, проводивших меня взглядами. Уж не по мою ли они тут душу?
Так и оказалось. Как только я подошёл к двери квартиры, внизу хлопнули двери машины и раздался женский окрик: