Красавица
Шрифт:
Джули сразу терялась, когда мальчишки затевали драку. Самым решительным ее действием было схватить кого-нибудь из них и обнять, ласково рассуждая о том, что причинять друг другу боль нельзя.
В связи со всем этим у меня были две серьезные проблемы. Во-первых, мне искренне нравилась Джули. Нравились ее чувство юмора, ее трудолюбие, ее характер. И мне хотелось тоже ей нравиться. Поэтому мне было трудно исполнять роль «плохого парня», указывать на недостатки ее подхода, постоянно говорить, что было бы гораздо лучше выступать единым фронтом. А во-вторых, из-за наших расхождений
Однако в конце концов такой момент настал. Я сражалась с этим классом уже три месяца, однако в поведении мальчиков не наблюдалось заметных признаков улучшения. Я решила установить хоть какой-то порядок.
Дома я взяла четыре листа толстого белого картона и с помощью цветной бумаги изобразила на каждом светофор. Написала сверху имена мальчиков и вложила в три окошка светофора – красное, желтое и зеленое – маленькие колышки. Потом сделала из картотечных карточек красные, желтые и зеленые кружки и наконец начертила таблицу с написанными вверху днями недели.
На следующее утро, войдя в класс, я объяснила, как буду пользоваться таблицей. Все начинают движение при зеленом свете светофора. Если я сделаю кому-то замечание, то сниму с колышка зеленый свет и повешу желтый. Если мне придется отправить кого-нибудь на «тихий» стул, желтый цвет изменится на красный до конца урока. Прикрепив таблицу к доске объявлений, я вынула пакетик со звездочками. За каждым из мальчиков закреплялась звездочка определенного цвета. Тот, кому удастся провести весь урок при зеленом свете, получает звездочку и прикрепляет ее к таблице. За пять звездочек в день – зеленый свет на всех уроках – каждый получает вот это. Я показала шоколадку «Херши». Когда мы наберем в совокупности пятьдесят звездочек, то устроим праздник.
При виде шоколадки мальчики развеселились. Билли счел, что это прекрасная идея. Джесс выглядел немного озадаченным. Шейн с Зейном так толком ничего и не поняли, но запомнили свои цвета, и я надеялась, что в скором времени они во всем разберутся. Как я и опасалась, Джули моя идея явно пришлась не по вкусу.
– Модификация поведения? – спросила она, с отвращением взяв в руку одну из шоколадок. – Это бесчеловечно. Обращаться с детьми как с животными.
Я хотела возразить, что эти дети ведут себя как животные, но поостереглась.
– Вы покупаете их примерное поведение с помощью конфет.
В первую неделю я намучилась со своей программой, в основном по организационным причинам. Мне нужно было постоянно иметь при себе разноцветные кружки и вешать их на колышки, когда поведение ребят менялось. И я постоянно забывала раздавать звездочки. Но быстро сообразила, что нужно быть начеку, потому что те, кому удавалось провести весь урок с зеленым светом, например Шейн и Зейн, часто забывали об этом, а Билли все время пытался жульничать.
Моя система не была безупречной. Поведение ребят не изменилось в одночасье. В пятницу мы не устроили
Глава пятая
Утром в середине декабря ко мне зашел Боб.
– Ты слышала про Винус? – спросил он. – Вероятно, мы возьмем ее назад.
Я очень обрадовалась.
– Правда? А что изменилось?
– У них в семье опять неприятности. Одного из старших арестовали за торговлю наркотиками. Похоже, он занимался этим дома, поэтому встал вопрос о том, были ли вовлечены ли в это другие дети. Вчера вечером мне позвонили из администрации и сообщили, что в Социальной службе полагают, что для Винус лучше не находиться дома круглый день. Их беспокоит этот парень, Дэнни, который живет вместе с ними, потому что именно он приглядывает за детьми. Тери по ночам работает, а он остается с Вандой, Винус и другими. В Социальной службе говорят, что хотя он ни в чем дурном не замечен, но все же будет лучше, если Винус часть времени будет проводить в школе.
– Что ж, я с удовольствием возьму ее назад. Но что нам делать с ее драками на игровой площадке?
– У нее будет сопровождающий на время большой перемены. Это дешевле, чем посылать учителя на дом. А в перерывах между уроками нужно придумать что-нибудь самим.
Итак, Винус появилась вновь так же стремительно, как исчезла. За две недели до Рождества Боб привел ее в класс.
– Психопатка вернулась! – воскликнул Билли.
Я быстренько вынула из кармана рубашки желтый круг и многозначительно помахала им в воздухе.
– Это нечестно! Занятия еще не начались! – завопил Билли.
– Тогда закрой рот, – сказала я.
Вид у Винус был еще более запущенный, чем прежде. К всклокоченным волосам, схваченным, как всегда, резинками, прилипли крошки хлеба и что-то похожее на джем. Потертая, вылинявшая одежда, черные брюки и клетчатая рубашка, на два-три размера больше, чем нужно, явно с чужого плеча. На ногах разные носки и розовые кроссовки с облупившимися пластиковыми носами.
– Привет, моя хорошая, я рада, что ты вернулась. Твоя парта тебя ждет. – Я повела ее на старое место, за Зейном.
Винус села и смотрела на меня, пока я вела урок математики. Она не открыла учебник. Даже не наклонила головы. Ничего не изменилось.
– А ей тоже дадут светофор? – спросил Билли. – Ей нужно повесить красный за то, что она ничего не делает. Мне за это дают красный.
Я подняла желтый кружок. Настала долгая пауза. Билли смотрел на меня.
– Это нечестно, – пробормотал он. – Даже слова нельзя сказать. Здесь установили диктатуру.
Я села рядом с Винус. Взяв коробку с цветными деревянными фигурками, я поставила на стол голубой цилиндр, красный куб и зеленый конус. Потом положила на стол три карточки с соответствующими рисунками.