Красный Бубен
Шрифт:
– Гнилое дело, – сказал Коновалов. – Полезли из дома.
– Из дома опасно, – засомневался Абатуров. – Зайчика пускать неудобно и вообще… Вампир может напасть сверху и сразу укусить.
Хомяков вздрогнул и провел рукой по шее.
– Фигня, – сказал Коновалов. – Нас теперь хрен укусишь! Вона скольких уже истребили! О-го-го!
– Истребитель херов, – сказал Углов. Он был недоволен – у него болела шишка. Он ее потрогал.
Вернулись в дом. Поставили стол под люк. На стол поставили табурет. Тем временем дед Семен
– Что ж ты, подлюка, старый хер, делаешь?! – закричал Углов из-под потолка, балансируя руками. – Я ж свалюсь опять со стула!
– Тяжело в ученье… – дед смутился. – Чувствуешь, Петька, как херово тебе? А вампиру каково?
– Иди ты со своими вампирами, – Углов спрыгнул на пол. – Я в этом доме не полезу! Меня тут преследуют неудачи.
– Я полезу, – Леня Скрепкин закатал рукава.
– Только ты рукава обратно раскатай, – посоветовал Мешалкин. – Укусить могут.
– Ага, – Леня полез наверх. Все уже привыкли к охоте на вампиров и почувствовали свою неуязвимость. Наступил очень опасный период, когда кажется, что с тобой уже ничего страшного не случится.
Углов сидел в углу и не принимал участия в действиях. Хомяков стоял с поднятым колом у стола. Абатуров занял позицию у окна с зеркалом. Мишка и Юра придерживали стул.
Скрепкин надавил на люк и медленно начал его поднимать. Крышка откинулась внутрь. Скрепкин посмотрел наверх и замер. Прямо над ним стоял вампир в милицейской форме. Ствол пистолета смотрел Скрепкину точно в лоб. Леня медленно потянулся к колу.
– И не думай даже, – сказал вампир сиплым голосом.
Леня опустил кол.
Все замерли, не зная что делать.
– Что там? – спросил из угла Петька. Мишка махнул ему рукой, чтоб он помолчал.
Никто не предполагал, что вампиры не только кусаются, но и стреляют из пистолета. Хотя, чего уж тут такого – нажал на крючок, и пуля полетела. А пуля, как известно, дура, она не разбирает, кто ее пустил и в кого она летит. Она может запросто убить живого человека. Очень наивно было думать, что вампиры, которые ничуть не глупее и не слабее людей, не могут пользоваться таким простым инструментом для убийства, как огнестрельное оружие. Убил и через пулевое отверстие насосался крови.
– Короче – так, – сказал вампир Ванька Сарапаев и цокнул языком. – Или я тебя сейчас пристрелю и всех твоих дружков тоже, или вы уматываете отсюда – и все остаются при своих. Понял меня, братан?
Леня медленно поднял руки открытыми ладонями вперед. Кол упал на пол.
– Нет базара, начальник. Мы уходим. – Он нагнулся и слез с табуретки на стол.
Люк захлопнулся. Скрепкин спрыгнул на пол.
– Чего он сказал? – спросил Петька. – Я не понял.
Леня сделал жест руками, подзывая всех подойти поближе.
Истребители собрались в кружок.
–
– Вот мусор! – прошептал Коновалов. – Мы с ним в одну школу ходили! Я не предполагал, что из него такое говно получится!
– Я вообще ментов ненавижу! – добавил Углов. – Если б не они, Высоцкий сейчас бы жив был!
– Не по делу базарим, – сказал Абатуров.
– Я думаю, – сказал Хомяков, – уходить отсюда надо. Скоро стемнеет и, один черт, мы до темноты всех вампиров переколоть не успеем. У нас боевая задача – перебить их сегодня побольше. А пока мы с одним вооруженным будем возиться, мы бы за это время, может, десяток невооруженных наколоть могли.
– Да что там возиться! – выступил Мешалкин. – Спалим сейчас дом и всё!
– Сразу видно москвича, – сказал Абатуров. – Вместо головы – жопа! Ты что, не видел, как этот дом стоит?! Да если мы его запалим – вся деревня займется. И второе! Мы ж уже выяснили, что на вампиров такой огонь не действует!
– Ну, тогда я не знаю, – Юра обиделся.
– Я против отступления, – сказал Коновалов. – У меня конкретное предложение есть. Подогнать трактор, зацепить крышу тросом и снести ее с дома к свиньям кошачьим! Без крыши ему кабздец!
– Ха! – заорал Углов и ударил себя правой ладонью по внутренней части локтевого сгиба левой руки. – Смерть милиции!
Прогремели выстрелы, и в потолке образовалась пара дырок. Пули продырявили стол.
– Убирайтесь отсюда, пока я вас всех не перестрелял! – закричал сверху Сарапаев. Снова прогремели выстрелы, и в потолке появилось еще несколько дырок.
Истребители поспешно покинули избу.
– Эй, легавый! – закричал с улицы Петька. – Побереги патроны! Не забудь оставить для себя последний!
Абатуров усмехнулся.
– Дурак ты, Петька! Кому ты это говоришь?!
Чтобы не терять времени, пока Коновалов пригонит трактор, решили навестить соседние дома.
3
Мишка торопился. Идти нужно было в другой конец деревни. Трактор Мишка оставил в последний раз возле своего дома. Это было, когда он решил напиться из-за ссоры с Витькой Пачкиным. Он решил оставить трактор, чтобы спьяну опять не накуролесить.
Мишка вспомнил, как Пачкин обзывал его нехорошими словами и как он ему двинул разводным ключом по башке.
А потом он вспомнил, как Пачкин-вампир лез из погреба. Мишка прибавил шагу. Ему очень хотелось побыстрее снести крышу Сарапаеву.
Возле церкви он остановился. Ему очень захотелось проверить, как там Ирина.
Коновалов подергал дверь. Дверь была заперта. Он постучал и крикнул:
– Ира! Это я, Мишка! Чего закрылась?
– Это ты, Михаил? – переспросила из-за двери Ирина, и у Мишки встал.
– А кто ж еще? Я, Михаил Архангел!
Ирина открыла дверь и выглянула. Мишка заулыбался.