Кремлевский пасьянс

Соболев Сергей Викторович

– Сумасшедший дом! Народу собралось, как на футбольном матче.

В это момент Савельев сделал предупреждающий жест:

– Иваныч, Ремезов начинает действовать.

Раньше всех удобную позицию заняли два серых микроавтобуса, желтый таксомотор и серая «волга». Впрочем, они дежурили здесь без малого сутки, с того момента, как Ремезов привез в клинику Фомина. Три из четырех машин ночью ненадолго отлучались, а после выемки контейнера вернулись обратно. Один из микроавтобусов был оборудован техническими средствами, позволявшими прослушивать частоту «жучка», который Фомин в суматохе сумел оставить в палате. В здании постоянно работал мощный генератор подавления звуковых

частот, поэтому прием от микрофона был крайне нестабильным. Напрямую с приемной аппаратурой были связаны два магнитофона. Они записывали всю поступавшую из палаты информацию, которая на деле представляла из себя набор хаотических шумов с редкими вкраплениями отдельных слов и обрывков фраз. В последующем они надеялись если не полностью, то хотя бы частично расшифровать записанную на пленку информацию. В семь утра люди Фомина встрепенулись, в палате явно случилось нечто экстраординарное. На базу пошел сигнал тревоги, но Фомин приказал оставаться на месте и следить за развитием ситуации. После восьми утра поступил еще один приказ: при первой возможности проникнуть в клинику, обеспечить безопасную эвакуацию профессора Арзамасцева, а также документации и препаратов, если таковые удастся обнаружить. На вопрос, как поступить с Ермаковым, Фомин долго не отвечал, затем проинформировал своих людей, чтобы они сосредоточились на выполнении его приказа и не отвлекались на какие-либо другие занятия. У каждого из его людей было несколько комплектов документов, которые позволяли им при необходимости действовать под видом сотрудников МВД, КГБ или ГРУ. Они проверили оружие и приготовились действовать.

Генералу Ремезову стоило немалых усилий прорваться через многочисленные посты на улицах. Он даже не успел заметить, когда началась вся эта кутерьма. Когда его машину остановили в первый раз, он подумал, что это случайность, но затем его стали тормозить на каждом углу. Ремезов связался через информационный центр со своим заместителем Гаршиным, и тот вкратце проинформировал его о сложившейся ситуации. Кондрашов все еще контролирует подходы к объекту, но подкрепления к нему прибывают окольным путем. В районе Лефортова замечено значительное скопление сил военных. По просьбе Ремезова Гаршин организовал для него мобильную группу поддержки, которая с большим трудом выцарапала генерала из сутолоки, царившей на Волгоградском проспекте.

– Докладывай, – бросил генерал Кондрашову, выбираясь из машины.

– А что докладывать, – пожал плечами тот. – Сами все видите. Военные прижали нас вплотную к объекту. Посмотрите на эти машины, – он показал на проезжую часть Лонгиновской, – сплошное ассорти – наши, военные, да еще и милиция впридачу.

Затем он показал на кладбище.

– Там тоже засели военные. Что будем делать, товарищ генерал?

– Как, что делать? – мрачно посмотрел на него Ремезов. – Будем выполнять приказ. Выделите шестерых людей, они войдут в здание вместе со мной. Уничтожить всех, включая охрану. Понял?

– Так точно, – неохотно произнес Кондрашов и сделал знак своим людям.

– А с военными что будем делать?

– Не подпускай их к объекту. Любыми средствами, ясно? Пока я не выйду из здания, ты должен обеспечить его охрану.

Он помолчал и с угрозой произнес:

– Надеюсь, у них хватит ума не ввязываться с нами в открытую драку.

Вельяминов наблюдал в мощную оптику за действиями Ремезова и его сотрудников и одновременно отдавал распоряжения по рации.

– Внимание! Первой и второй группам выдвинуться на исходный рубеж. Третьей группе вклиниться между машинами на Ухтомской и кладбищем. Четвертая отсекает группировку

на Лонгиновской. В случае оказания вооруженного сопротивления открывать огонь на поражение.

– Иваныч, Ремезов направляется к входу, с ним шестеро боевиков с автоматами…

– Внимание, первая и вторая группы… По счету «ноль». Три… два… один… Отставить!!!

Генерал Ремезов направился к толстой металлической двери, чем-то напоминающей дверцу массивного банковского сейфа. Единственный вход в здание был оборудован системой автоматики и двойных запоров. Ключи от внешней двери находились у Ремезова. Таким образом, без его ведома никто не смог бы попасть внутрь здания, или, наоборот, покинуть его. Генерал проделал все необходимые манипуляции, внешняя дверь открылась, и на пульте охранника сработала сигнализация. Он оглянулся на плечистых боевиков и раздельно сказал:

– Стрелять только по моей команде. Ясно?

Ликвидаторы хмуро кивнули и застыли за спиной генерала.

– Ну что они там, уснули? – недовольно проворчал Ремезов.

Наконец дверь открылась, но лицо охранника показалось ему незнакомым. Он застыл в изумлении, пока в его мозгу не всплыла страшная догадка.

– П-почему? Кто? К-кто вы?

– Ангел, – ответил мужчина. На его лице появилась мрачная улыбка. – Ангел Смерти.

Он одной рукой подхватил оседающего на землю генерала, а другой тем временем захлопнул перед носом боевиков дверь.

– Добро пожаловать в ад, генерал Ремезов.

Глава седьмая

Еще на подходе к кабинету Сергеева Председателя КГБ Чернова неприятно поразило большое количество находившихся здесь людей в военной форме. Мужчин, одетых в штатское, было значительно меньше, и среди них Чернов не заметил ни одного знакомого лица сотрудников «девятки». Чернов сделал вывод, что заботу о жизни Сергеева взяли на себя военные. По пути на Старую площадь он связался с Гаршиным, и тот предупредил его, что ситуация выходит из-под контроля. Чернов подтвердил свой предыдущий приказ. У него не было другого выхода.

Помощник Сергеева поздоровался с ним небрежным кивком и показал рукой на дверь. Чернов вошел в кабинет и застыл у входа. За столом, кроме Сергеева, сидели министр обороны, Якимов и Лычев, у которого было обиженное выражение лица. Начальник ГРУ генерал Кандауров стоял у стола с длинным рядом телефонов и вполголоса с кем-то переговаривался.

– Садитесь, товарищ Чернов, – донесся до него голос Сергеева.

Чернов уловил в словах хозяина кабинета скрытую издевку. Тот показал ему на место рядом с Лычевым, и Председатель КГБ неохотно подчинился.

– А где же ваш друг Ремезов? – сухо спросил Сергеев.

– Начальник Второго главка генерал Ремезов в данный момент находится на ответственном задании, – бесцветным голосом доложил Чернов. – К сожалению, вы слишком поздно проинформировали меня о совещании. Генерал Ремезов освободится примерно через два часа.

– На задании? – с неприкрытой угрозой спросил Сергеев. Он встал из-за стола и подошел к Чернову. – На каком задании? Я жду объяснений, Чернов!

Председатель КГБ нехотя поднял на него свои пустые выцветшие глаза.

– Задание связано с нейтрализацией действия западных разведок, в частности, московской резидентуры ЦРУ.

– Даже так? – на лице Сергеева появилась недобрая улыбка. – Опять американцы виноваты?! И везде-то они свой нос суют.

Он повернулся к генералу Кандаурову и требовательно сказал:

– Генерал, просветите Председателя КГБ, где в настоящий момент находится его подчиненный.