Крепче браслетов
Шрифт:
– О, боже, господи, - кричала Дана в потолок, хватаясь за края стола.
Я нашел ее пальцы и переплел со своими, заведя руки ей за голову. Склонившись, я терзал сладкие пухлые губы, продолжая двигаться внутри. Ее обездвиженное тело на столе, накрытое моим. Ее сладкие крики. И она так сладко сжимала меня внутри.
Все для меня. Как я мог лишить нас этого? Это все равно, что отрицать свою суть: себя как мужчину, а ее, как женщину. Я сто раз мудак.
– Прости меня, прости, - стонал я извинения прямо во время оргазма, - Моя девочка, моя красивая девочка,
Она лишь крепче сжимала меня и целовала.
Когда судороги удовольствия сошли на нет, я поднялся, потянул Дану за собой, снова усаживая на самый краешек стола.
– Останься со мной, - проговорил я, сжимая ее лицо в ладонях, - Давай останемся здесь подольше. Обещаю, я отправлю Мудака в бессрочный отпуск.
Она засмеялась и уже открыла рот, чтобы ответить, как зазвонил телефон. Местный, стационарный. Странно, кому это мы понадобились?
Глава 12. Гром в раю
– Ответь, - Дана разжала руки, вывела меня из транса.
– Ага, - я нехотя отстранился и поплелся к трубке, - Алло.
– Соммерс, ты?
Ненавижу этот голос и командный тон. К сожалению Дана оставила номер подружке-занозе, которая не питала ко мне ни капли пиетета. Что за люди пошли? Ни стыда, ни совести, ни уважения к звездам. Кошмар. Еще и звонит так не вовремя. Я решил от нее избавиться.
– Неа, он в отпуске и не доступен, - заговорил низким голосом для маскировки, - Но вы можете оставить ему сообщение. Я передам.
– Тебе идёт быть клоуном, Говард. Где Дана, дай мне ее! – отчеканила Джулиана.
Не купилась. Жаль.
– Дана там же, где и мистер Соммерс, я тоже могу передать ей...
– Там же? Это в заднице что ли? Так и знала, что занесет мою подружку из-за тебя, кретина, куда не надо, - перебила она меня, - Ну, так вот, птичка Секретарь, метнись, передай Дане, что если она не подойдёт к телефону, то я твой пернатый зад восковой эпиляцией оскверню. А бог меня простит - это его работа.
– О, Джулиана, привет, - я вернул нормальный голос, - Дела отлично, спасибо, что спросила. Сардиния просто сказка. Рад был поболтать. Тебе Дану позвать?
Дана сползла со стола и корчилась в приступах смеха, сидя на полу, наблюдая мой моно радио спектакль. Икая, она протянула руку к трубке. Я поднял с пола шорты, натянул и пошел курить на террасу, тактично позволяя подружкам перемыть мне кости.
Я поглядывал в окно. Дана встала с пола, на ее лице отразилось беспокойство. Я занервничал. Она мерила шагами кухню, кусая губы, кивая трубке. Сбросила звонок, схватила мобильный со стола. Опять мерила шагами пол, что-то говорила. Зажмурилась, закивала. Как это мило, кивать по телефону. Второй разговор тоже закончился весьма быстро. Дана яростно отшвырнула трубу, сползла на пол, закрывая лицо руками.
Что за дерьмо? Гром в раю? Я выкинул сигарету и поспешил к ней.
– Эй, малыш, что случилось? Плохие новости?
Я осторожно отвел руки от ее лица, боясь увидеть слезы. Но она не плакала.
– Отпусти меня, - проговорила Дана очень тихо, -
– Почему? Что случилось? – допрашивал я.
– Меня хотят видеть в галерее. Сотрудница, которая должна была ввести меня в курс дела, уволилась. Они хотят, чтобы я прошла стажировку в ближайшее время, и стала полноценным работником. Не помощником, а на полную ответственность, - протараторила она.
– О... я... ну, это ведь хорошо? – выдавил-таки я.
– Наверно, – пролепетала Дана неуверенно.
– Когда тебе нужно быть в Штатах?
– Чем раньше, тем лучше.
– Понятно, - я слышал свой голос, словно со стороны, - Я посмотрю, есть ли билеты на ближайший рейс.
Она вцепилась в меня, прежде чем я успел подняться. Я крепко обнял ее в ответ, все еще не веря, что отпускаю. Что все заканчивается.
– Дана.
– Я расцепил ее руки, заключил ее растерянное лицо в свои ладони.
– Ты бы осталась со мной? Если бы не было звонка.
– Да, – просто ответила она, не задумавшись ни на секунду.
– Спасибо, - брякнул я, тоже не обременив мозги работой.
Я встал, потянул ее за собой.
– Пошли посмотрим билеты, - мой бодрый тон. Вот я актерище, завыть бы в пору.
Я совершенно по-скотски желал забастовки в аэропорту, отмены всех рейсов. Но как на зло...
– Через четыре часа. Успеем. Иди собирайся, я все заполню.
Я словно в тумане вбивал ее данные в форму. Закрыв ноут, я осознал. Она уезжает. Я ее отпускаю. Ей нужно домой. Это совершенно неуместно и не вовремя, но ей нужно.
Так хотелось психануть. Сильно, как в детстве, когда мне нравилась игрушка в магазине, но мама говорила, что у меня и так вся комната забита ими, и я не играю. Так близко, но так далеко. А сейчас сам могу себе все позволить, только Дана не игрушка. Топнуть ногой, схватить, пристегнуть к кровати наручниками? О, да, это так заманчиво, но что дальше? Она любит то, чем занимается. Я не могу всё сломать. Не имею права.
Ступор. Грёбанный ступор знаком каждому. Бывает от счастья, но мне так не повезло. Не в это раз. Как же бесит. Сильнее всех ее Ников и ста литров колы на лице. Мозг работает на автопилоте – делает то, что его просят, не анализируя. Хотел бы я принять всё это или послать к черту.
Её глаза должны светиться. А кто я? Что я могу? Мечтать о ней, хотеть её, желать ей счастья. Купить билет в первый класс, молча отвезти в аэропорт. И сказать:
– Спасибо тебе, Дана.
– За что?
– Ну…за самый вкусный торт, который я когда–либо пробовал, - я посмотрел ей прямо в глаза. Господи, что я несу?
– Пожалуйста, Келлан.
– Эмммм…Надеюсь с работой всё будет в порядке и твои ожидания оправдаются.
– Взаимно. Спасибо, Кел.
Всё было так нелепо. Где этот чертов конец света, внезапный дефицит авиатоплива, забастовка работников, извержение вулкана, кирпич на мою голову – я на всё согласен, лишь бы она осталась. Так бездарно потратить время на пустые разговоры, ругань и нелепое воздержание, а в последний момент запаниковать, что ничего не успел.