Крестная мать

Сойфер Дарья

— Я пытался предупредить…

— Там никого! — она бы выбросилась из окна, не будь оно подвальным. — Ни единого участника! Вру — два замшелых мужика… И что за турнир между двумя какими-то…

И она почти произнесла слово, которым обычно не пользовалась, даже морщилась, когда слышала его от дворовых алкашей, но рация Химика своим шипением прервала истерику.

— Принимайте, — даже с помехами Анна узнала голос Молота.

— Отлично, — отозвался Химик и с улыбкой взглянул на женщину на грани нервного срыва. — Так что там про турнир?

— Что это за секретный код? Что ты должен принять? У вас уже от

меня какие-то шифры, да? Не могли подождать еще один день, когда меня не станет? — она почувствовала, что вот-вот расплачется и воткнула ногти в ладонь, чтобы отогнать слезы.

— Хочешь, я попрошу у Любы рижского бальзама? — мягко спросил он. — Граммов пятьдесят. Говорят, успокаивает на ура. Только так и привели в чувство мужика, который проиграл дачу.

— Какой бальзам?! Что ты издеваешься?! Скажи прямо, что моя затея не выгорит, что ты считаешь меня конченной идиоткой…

— Иди сюда, — Химик взял ее под локоть и подвел к стеклянной стене.

— Что?..

— Смотри, — он раздвинул жалюзи.

Анна хотела было продолжить свою тираду, но один взгляд на игровой зал заставил ее ошарашенно замереть: из лифта выходили люди. Точнее не так: из лифта вываливалась толпа, будто это был не лифт, а бездонная сумка Мэри Поппинс. И впереди всех гордо вышагивали, сверкая стразами, Наташкины куколки.

— Не может быть… — Анна моргнула. — Но как…

— Ты сделала это, — Химик сжал ее плечо, и между лопатками разлилось приятное тепло.

— Подожди… Почему все сразу? Разве они не по одной?..

— Все ждали наверху. На крупные мероприятия людей не пускают раньше времени. Они должны дозреть. А ты не знала? Чем строже контроль, тем круче заведение, — вкрадчивый тихий голос Химика щекотал барабанные перепонки. И с чего он вдруг решил разговаривать, как удав Каа из мультика про Маугли?!

— То есть ты был в курсе?! И ничего не сказал?.. — Анна обернулась и едва не уткнулась носом в гладкий подбородок Химика. Пахло пеной для бритья, идеально отглаженный ворот рубашки белел так, словно химчистка наверху работала бесперебойно. Неужто Дима тоже готовился к турниру?..

— Хочешь это обсудить или пойдешь встречать гостей на правах хозяйки заведения? — уголки его губ дернулись вверх. То ли насмехался, то ли поддразнивал.

— А?.. — она сглотнула, с трудом фокусируясь на деле. — Да. Да, конечно.

Расправила платье на животе, бедрах, успокаивая нервы и заодно вытирая влажные ладони. Впервые ее так накрыло, но отступать было некуда, и Анна, кивнув Химику и самой себе, отправилась на баррикады.

Лифт, подобно инопланетному чудищу-киборгу, продолжал изрыгать новые и новые порции людей. Аншлаг — и это без парохода на Волге! Трудно было поверить глазам, ведь еще секунду назад Анна готова была принять поражение, искать черный рынок трансплантаций и начать приторговывать внутренними органами по одному — и вот уже за покерными столами почти нет свободных мест.

Клиентки Наташи, зрелые поклонницы крепкого Лешиного зада, сурового вида мужики, которые из всех видов наркотика выбрали именно карты… Публика подбиралась разноперая, но что самое главное — платежеспособная.

До этого момента Анна и не подозревала, что в ее родном городишке, в этом захолустье, где люди еще пользуются домашним телефоном, столько богатых людей. Да, в гимназии на родительских собраниях то тут,

то там мелькал новенький смартфон, элитные часы или сумочка из свежей коллекции. Но их обладатели так рьяно оспаривали необходимость скинуться на рабочие тетради, что заподозрить их в подпольных капиталах было почти невозможно. Сюда же, в казино, помазанники Золотого Тельца явились роскошью наружу.

Анна приложила все усилия, чтобы не выглядеть удивленной. Ей стоило бы поучиться у Химика его фирменной слегка надменной невозмутимости. Наверное, начнись за окном ядерная зима, он и тогда равнодушно дернул бы плечом со словами: «Ну надо же… А я рассчитывал, что атомный гриб вырастет на пятнадцать минут позже».

Люба послушно включила ретро-подборку на тему «Лас-Вегас, мой город родной», охранник зажег золотистую иллюминацию, и Анна впервые за много новых годов прочувствовала праздник. Сейчас «Белый лебедь» не уступал большим легальным братьям, и приятно было осознавать, что часть заслуги лежит именно на ней, Анне. На женщине, которая каких-то пару дней назад, скрепя сердце, выдавала детям по сто рублей на обед.

— Добрый вечер, дорогие друзья, — ее голос наполнил зал. Не зря все-таки она подарила Савелию микрофон и с кровью в ушах выслушивала рэп-трактаты. — Добро пожаловать на крупнейший в нашем городе покерный турнир!

Самыми благодарными посетителями оказались именно куколки из салона красоты. Хлопали в ладоши, как дети, разглядывали столы и рулетки. Богатые, возрастные дамы, которые пришли скорее повидать Лешу, чем сыграть в покер, с плохо прикрытым неодобрением косились друг на друга, словно главным призом турнира были не деньги, а поджарое молодое тело. Особое недовольство у них вызывал тот факт, что их любимый крупье стоял за столом с молоденькими прелестницами. Анна собиралась было отправить Лешу в его родную стихию, но Химик был непреклонен и заявил, что женские драки в день турнира им не нужны. Пришлось довериться знатоку.

Хуже всего на Анну отреагировали постоянные игроки. В их презрительных взглядах так и читалось: «Что эта дамочка здесь делает? Почему новенькой доверили вести турнир?» Шовинизмом почти ощутимо пахло, крепкое мужское презрение витало в воздухе горьковатым табачным дымком. И Наташкина плеяда нимф только усугубляла ситуацию: они возбужденно повизгивали, обмениваясь силиконовыми чмоки-чмоками, как будто собрались на девичнике играть в «правда или действие» или лото с неприличными картинками.

Внешне Анна сохраняла нейтралитет, не подавала виду, как ее задевают снисходительные взгляды, но в глубине души искренне надеялась, что большой куш достанется слабому полу. И даже хорошо, что за Лешиным столом собрались только девочки: значит, в следующем туре будет как минимум одна победительница.

— Желаю удачи всем участникам, — торжественно продолжила Анна. — И с этой самой секунды первый тур считаю открытым!

В оглушающей тишине зашелестели карты в руках крупье, и этот звук был почти так же сладок, как стрекот денег в счетчике банкнот. По сути, можно было расслабиться: пятьдесят участников на местах, стартовые ставки приняты, значит, нужная сумма почти в кармане. И Анна уже хотела заказать победный бокал Черри Бренди, чтобы отсалютовать Игорю, в каком бы потустороннем ведомстве он сейчас ни отбывал свою вечность, как вдруг услышала странную фразу: