Крестная мать
Шрифт:
Только сегодня! Только у нас! Еще пять минут — и вы опоздаете. Упустите свой единственный шанс! Двойные выигрыши! Огромные ставки! Астрономический джекпот! Черная пятница! Только одно место за столом!..
Да, Анна что-то помнила со времен института про стратегию распродаж, но увидеть теорию на практике… А теперь смотрела на оживленных посетителей, которые липли к рулетке, как страждущие путники к фонтанчику для питья, и боялась поверить. Люди дрожащими руками кидали кости, сжимали карты, наяривали рычаги одноруких бандитов, рискуя вызвать у последних нешуточное возбуждение.
Говорят, нет русского, который не любит быстрой езды. Времена меняются. Быстрая езда в двадцать первом веке — прерогатива богатых, а вот халява… Перед ней равны все. Пока Химик обзванивал клиентов с заманчивым предложением, Анна придумала еще одно: бесплатная выпивка при минимальной ставке. И если раньше хоть у кого-то был шанс остаться в стороне, то теперь всех подмял под себя асфальтовый каток неслыханной щедрости. Игромания — сама по себе порок, а уж в сочетании с алкоголизмом… Дармовые напитки сломили последнее сопротивление.
Уже через час после начала акции стало понятно, что бар почти пуст. Ни Анна, ни даже опытный Химик недооценили страсти к халяве. И только Люба, узнав о том, что наливать придется просто так, мельком окинула взглядом запасы и констатировала:
— Не хватит.
— Не говори глупости! — наивно отмахнулся тогда Дмитрий. — Здесь хватит на три корпоратива и одну свадьбу.
— Как скажете, — Люба надула розовый пузырь и лопнула его языком. — Но я бы на вашем месте закупилась, пока продают. И лучше вызовите на утро обеих уборщиц.
— Да ладно, пустые бутылки убрать сможет и одна.
— Пустые бутылки? — рассмеялась Люба. — Да к утру здесь все будет уделано так, что будет страшно смотреть!
Меткие пророчества барменши сбывались одно за другим. К девяти часам на полках бара остались только сиропы и кампари, — эту яркую итальянскую горечь народ отказался принимать даже бесплатно. Анне пришлось взять Молота и разорить ближайший алкомаркет. Проще было сразу выкупить магазинчик со складом, но, памятуя о прошлых провинностях, Анна сдержалась. И чтобы хоть как-то реабилитироваться в глазах Молота, заказала доставку до химчистки.
— Сюда? — удивленно спросил парень из магазина с пушком первых усиков над верхней губой. — В химчистку?!
— У нас корпоратив, — отрезала Анна.
— Слушайте, а вакансий у вас нет? — парень осмелел, поставил ящик на крыльцо и доверительно понизил голос. — Наш директор на праздники дает одно пиво — и то просроченное.
— У нас есть только штрафы за болтовню, — вмешался Молот. — Шуруй, давай, а то обратно повезешь.
Больше вопросов не возникло, и оставшиеся ящики парень перетаскал на ресепшн в тишине.
Публика встретила алкогольное пополнение визгом и улюлюканьем, словно в зале собрались не дядечки с кризисом среднего возраста и игровой зависимостью, а девочки-подростки, караулящие кумира у красной ковровой дорожки. Анна не узнавала казино. Даже вчера во время турнира здесь было спокойнее.
— Все на красное!
— Десять тысяч на зеро!
— Поднимаю!
— Шестерка!
— Ставки больше не принимаются!..
На фоне остальных возгласов крик крупье походил на просьбу о помощи. Голос Леши надрывался, сквозь белесый кумар Анна увидела, что галстук парня сбился, волосы растрепались. Его чуть ли не руками раздирали в клочья, причем не страстные женщины, как обычно, а обезумевшие от азарта игроки. За покерным столом, куда обычно сажали не больше пяти клиентов, теперь теснилось восемь, на рулетку страшно было смотреть: люди давили друг друга, пихали локтями, задние ряды, чтобы разглядеть цифры, волнами наползали на тех, кто стоял ближе.
Вчера Анне казалось, что она — хозяйка бала. Сегодня хотелось прикрыть руками колье, чтобы какой-нибудь озверевший мужик не поставил его на черное. Островками выделялись в толпе лысины крупных чиновников. И не столько из-за бликов на гладком потном черепе, сколько из-за телохранителей: этим качкам приходилось нелегко, они живой стеной отбивали патронов от черни. Удивительно, но даже сам губернатор не погнушался прийти за удвоенными выигрышами. Анна надеялась поначалу, что главные люди области не рискнут лезть в казиношный час пик, ведь для них азарт — всего лишь способ развлечься и пощекотать нервы. Но нет: мало того, что местные олигархи бросились в гущу игры, как самые голодные, так еще и регулярно отправляли своих ребят к бару, где те без очереди цедили из Любы халявную выпивку.
Хорошо еще, что Химик додумался огородить угол с двумя столами и в этот загон собрал всю VIP-клиентуру. Ведь если бы кто-то из непростых смертных огреб случайного пинка, Анна вляпалась бы в проблемы посерьезнее долгов.
— Больше никого не пускать, — велела она охранникам.
— Но там очередь… Человек десять!
Десять игроков! Еще недавно Анна бы обеими руками вцепилась в такое счастье, но сейчас боялась, что здание не выдержит напора. Она уже не знала: рябит у нее в глазах, или лампочки и вправду неровно мигают от перенапряжения сети.
Самое ужасное, что во всеобщей толкотне совершенно невозможно было понять, жульничает кто-то или нет, каково соотношение ставок и выигрышей. Радоваться успеху — или хвататься за голову от снежного кома долгов. Химик забаррикадировался за барной стойкой, разделил территорию с Любой, и теперь не покладая рук выдавал расписки. Стопка заготовленных листочков таяла на глазах, и Анна почти физически ощущала, как с каждым выданным обязательством тяжелеют ее долги.
Стараясь лишний раз не думать о последствиях, она только следила за временем, гипнотизировала стрелку часов, умоляя двигаться чуть быстрее. Казалось, столпотворение не закончится никогда, голова кружилась от шума, дыма и запахов, но вот, наконец, как в сказке про Золушку, пробила полночь, и заклятие Анны спало. Окрыленная, она пробилась через толпу к бару, схватила микрофон и с облегчением объявила: