Криптономикон
Шрифт:
— Надеюсь, ничего такого, что угрожало бы прибыли акционеров, — с каменной миной выдает Кантрелл.
Рэнди говорит:
— Тебе, вижу, загорать не пришлось.
— С моей стороны все отлично, — отвечает Кантрелл. — Как я и предсказывал, куча Тайных Обожателей хочет работать над информационным раем.
Рэнди заказывает «Гиннесс».
— Еще ты предсказывал, что половина из них окажется разгильдяями или шизиками.
— Я ж их не на работу брал, — парирует Кантрелл. — Всякой заумью занимался Эб, так что несколько временных затыков мы проскочили.
— Крипту
Кантрелл поднимает бровь и безупречно изображает параноидальный испуг.
— Точь-в-точь бункер Объединенного Командования ПВО в Колорадо-Спрингс, — шепчет он.
— Ага! — Рэнди смеется. — Гора Шайенн.
— Слишком уж она большая, — замечает Кантрелл. Они с Рэнди думают об одном и том же.
Поэтому Рэнди нарочно говорит наоборот:
— У султана все с размахом. Большие конные портреты в большом аэропорту.
Кантрелл мотает головой.
— Министерство информации — серьезный проект. Султан не с потолка его взял. Идею родили технократы.
— Я слышал, при активном участии Ави.
— Да на здоровье. Главное, что за этим стоят люди вроде Мохаммеда Прагасу, выпускники Стэнфорда, Оксфорда и Сорбонны. Все до последнего винтика спроектировали немцы. Крипта — не очередной памятник султану.
— Да, не просто гигантомания, — соглашается Рэнди, вспоминая прохладный машинный зал, который Том Говард строит в тысяче футов под тропическим лесом.
— Значит, этому размаху должно быть рациональное объяснение.
— Может, оно есть в бизнес-плане? — предполагает Рэнди.
Кантрелл пожимает плечами. Он тоже еще не читал.
— Первый план был последним, который я проштудировал от корки до корки. Год назад, — сознается Рэнди.
— Хороший был план [53] , — говорит Кантрелл.
Рэнди меняет тему.
— Пароль забыл. Надо сделать эту твою биометрию.
— Здесь слишком шумно, — говорит Кантрелл. — Она слушает твой голос, разлагает на всякие Фурье-шмурье, запоминает некоторые ключевые цифры. Сделаем потом у меня в номере.
53
Кантрелл имеет в виду, что первый бизнес-план принес им миллион долларов стартового капитала от венчурной фирмы из Сан-Матео под названием «Спрингборд Груп».
Рэнди чувствует, что надо объяснить, почему он в последнее время не смотрел электронную почту.
— Совсем закрутился в Маниле с «АВКЛА» и всеми делами.
— Что такое?
— Работа простая, — говорит Рэнди. — Есть большой кабель от Тайваня к Лусону. На каждом конце по маршрутизатору. Есть серия коротких межостровных кабелей, которые «АВКЛА» прокладывает на Филиппинах. Как ты понимаешь, каждый кабель начинается и заканчивается маршрутизатором. Моя задача так их запрограммировать, чтобы данные бесперебойно поступали с Тайваня в Кинакуту.
Кантрелл отводит взгляд, боясь, что заскучает. Рэнди чуть не хватает его за грудки, потому что это вовсе не скучно!
— Джон! Ты — крупная компания по
— О'кей. — Кантрелл с некоторым беспокойством смотрит на Рэнди.
— Ты хранишь свои данные на Кинакуте. Тебе надо загрузить терабайт важнейшей информации. Твои зашифрованные данные со скоростью гигабайт в секунду качаются себе с Филиппин на Тайвань, а оттуда в Штаты… — Рэнди делает паузу и встряхивает бутылкой, нагнетая напряжение. — И тут возле Себу переворачивается паром.
— И?
— Через десять минут сто тысяч филиппинцев одновременно хватаются за телефон.
Кантрелл кроме шуток хлопает себя по лбу.
— Черт!
— Дошло-таки! Я конфигурировал сеть так, чтобы при любом возможном раскладе данные по-прежнему качались в кредитную компанию. Может быть, медленнее, но качались.
— Теперь я понимаю, что тебе пришлось попотеть.
— Поэтому меня волнуют главным образом маршрутизаторы. Они вообще-то хорошие, однако не настолько мощные, чтобы обслуживать такую Крипту или оправдать ее экономически.
— У Ави и Берил выходит, — говорит Кантрелл, — что коммуникационные услуги Крипте будет предоставлять не только «Эпифит».
— Но мы тянем сюда кабель с Палавана.
— Окружение султана развило бурную деятельность, — говорит Кантрелл. — Ави и Берил отделываются общими словами, но я побеседовал с Томом, погадал на кофейной гуще и предполагаю, что на Кинакуту тянут еще кабель, а то и два.
— Ни фига себе, — говорит Рэнди. Это все, что приходит ему в голову. — Ни фига себе. — Он залпом выпивает половину «Гиннесса». — Похоже на правду. Получилось с нами, получится и с другими операторами связи.
— Нас использовали в качестве катализатора, — говорит Кантрелл, — чтобы привлечь других.
— Ну… вопрос такой: по-прежнему ли нужен кабель с Палавана?
— Ага, — говорит Кантрелл.
— В смысле нужен?
— Нет. Я хотел сказать, ага, это вопрос.
Рэнди задумывается.
— Вообще-то с точки зрения твоей фазы операции это может быть и к лучшему. Большая Крипта — больше работы в перспективе.
Кантрелл поднимает брови. Он понимает, что Рэнди наверняка обидно. Тот откидывается на спинку стула и говорит:
— Мы и раньше спорили, стоит ли возиться с прокладкой кабеля и маршрутизаторами на Филиппинах.
Кантрелл отвечает:
— В бизнес-плане всегда утверждалось, что кабель на Филиппинах выгодно тянуть вне зависимости от Крипты.
— Почему так утверждалось в бизнес-плане, понятно, — говорит Рэнди, — чтобы оправдать наше участие.
Больше слов не требуется. Они некоторое время пристально смотрят друг на друга, отключившись от всего остального в баре, потом разом откидываются назад, потягиваются и смотрят по сторонам. И вовремя. В бар как раз входит Гото Фурудененду с толпой, как полагает Рэнди, инженеров-строителей — подтянутых, аккуратно подстриженных японцев лет тридцати-сорока. Рэнди улыбкой приглашает Гото за столик, потом машет официанту и заказывает несколько больших бутылок ледяного, аж зубы сводит, японского пива.