Кромешник. Том 3
Шрифт:
Ведьма, причём не из слабых.
— Софья Прокофьевна, познакомьтесь, это наш новый сотрудник, Алексей Гаврилов.
— Вот как? Чьих будешь?
Я непонимающе уставился на женщину.
— В смысле?
— Ну я же вижу, что ты ведьмак. К какой коалиции старых пердунов принадлежишь?
— Эм-м, ни к какой. Я сам по себе.
— Кромешник он, — пояснил лейтенант.
— А, тогда понятно. Эти всегда одиночки, плохо с другими уживаются. Ну ладно, Кромешник, свидимся ещё, — махнуло рукой розовое недоразумение, и цокая каблуками, направилось по
— Саша, а что за коалиции?
— Я думал, ты знаешь. Многие ведьмаки объединяются вместе и образуют что-то вроде объединений по направленности дара.
— Угу, спасибо за пояснение. Буду иметь в виду.
— Так, вот тут у нас обитают юристы. Ну а там, святая святых — планово-аналитический отдел.
— Погоди, аналитики же вроде в следственном сидят. Мне Гранатов рассказывал.
— Сидят, — кивнул Сидоров, — но больше для отвода глаз. Настоящие специалисты работают тут.
— Как у вас всё сложно.
— Ага, — согласился лейтенант, — Наши стараются с ними сводить общение к минимуму, с теми, которые в следственном обосновались. Мы считаем их занудами, а они нас — бесами в человеческом обличье. Побаиваются, может и не зря.
Призрачная княгиня, плывя сбоку, критически осматривала лампы, висящие на потолке.
— Пошлость, — презрительно протянула Голицины, — Как в дешевом трактире или в морге.
— Зато тепло и мухи не кусают, — буркнул себе под нос.
Сидоров косо на меня посмотрел:
— Что?
— Ничего, так, кое о чём подумал.
— Не думай, легче жить станет.
— Стоп, Наталья Петровна, — я чуть не сбился с шага, только сейчас сообразив, что именно сказала Голицина, и сразу перешел на мысленную речь, — Откуда вы знаете, какой свет бывает в моргах?
— Ну-у, — загадочно протянула призрачная старуха, — А что мне было делать ночью? Навьи не спят. Скучно сидеть на одном месте, если можно развеяться. Вот я и решила прогуляться по городу, заодно посетить все мертвецкие.
— Вот эту у вас развлечение, — хмыкнул в ответ.
— Не ёрничай, Кромешник. Сам же говорил, что тебе нужно выяснить, осталось ли хоть что-то от душ убитых девчонок в Филёвском парке и усадьбе моего зятя. Вот я и решила посмотреть. Времени на их поиски потратила уйму и всё зря. Ничего не нашла, даже слепка не осталось.
— Скверно.
— Угу, — согласилась призрачная Наталья Петровна, — Жалко мне их. Канули в небытие, без права на перерождение.
— Спасибо, — поблагодарил Навью, — но осмотреть тела мне всё равно придётся. Вдруг смогу заметить что-то, что не смогли вы.
Договорить не успели, лейтенант распахнул дверь с табличкой «Каб. 314–318», и приглашающе махнул рукой.
В нос с новой силой ударил запах кофе, к которому примешивалась бумажная пыль и лёгкий, но устойчивый аромат мужского парфюма.
Перед моими глазами предстал большой общий кабинет, разделённый перегородками и шкафами. Четыре стола — четыре рабочих места. На первом и втором стояли ровные стопки папок и кружки с недопитым кофе, на третьем громоздилась в беспорядке гора бумаг,
— Можно сказать, наш опорный пункт, — представил Сидоров, — Здесь обитает оперативный состав, правда почти все сейчас на выездах.
Он по очереди ткнул пальцем в направлении столов.
— Там, у окна, сидит аналитик Куницын. Сейчас, правда, в архиве роется. Если увидишь человека в свитере цвета депрессии и с глазами загнанного хорька — это он. Не бойся, Куница не кусается, только зубы иногда скалит.
Княгиня подплыла к ближайшей перегородке, просунув сквозь неё голову, словно любопытная кошка. По ту сторону никого не было, но Навья всё равно фыркнула:
— Бедные рабы канцелярии. И их вы называете офицерами? Где мундиры, где выправка, где, в конце концов, оркестр?
Я кашлянул, надеясь, что это было не слишком заметно.
— Вон там, где бардак на столе и провода валяются, святыня Нестерова, нашего техника. Серый либо чинит аппаратуру, либо её ломает, правда после поломки она начинает выдавать то — на что в принципе была не способна. Формально Серёга инженер по специальным системам наблюдения и контроля, но по факту, вурдалак с дипломом радиофизика и руками, растущими из правильного места.
— Вурдалак? — с интересом протянула княгиня, — Это что, вампир? Здесь и такие водятся? Забавно.
Я сделал вид, что ничего не услышал.
Сидоров продолжил экскурсию, указав на присутствующих работников, и коротко меня им представил. В ответ прозвучало нестройное: — Добрый День.
Сотрудники кивнули, мол поняли, и тут же вернулись к работе.
Мы вышли обратно в коридор.
— Вон там тронный зал начальства, — хмыкнул Сидоров, показав на дверь с матовым стеклом, где красовалась табличка: «Начальник отдела. Подполковник Трофимов И. С.», — Если увидишь Трофимова, не пугайся. Он не злой, просто выглядит так, будто вечность провел в Нави в компании самой Богини Смерти, которая пытала его всеми известными способами, но на самом деле, он нормальный мужик, просто очень уставший и загруженный.
Александр толкнул дверь, которая оказалась незапертой и пропустил меня вперёд. Я очень удивился тому, что простой лейтенант без спроса зашел в кабинет начальства во время отсутствия оного.
Будь я на месте подполковника, вставил бы за такое по первое число. С другой стороны — кабинет закрывать надо. Что за безалаберность? Не на мясокомбинате работает, а в государственном ведомстве.
— Саша, погоди, а почему начальник отдела Трофимов, если должен быть Бертенёв?
— Архип Данилович полковник и руководитель Ильи Сергеевича, но он большую часть времени проводит в самом Следственном Комитете. На нём взаимодействие с другими отделами, но, естественно, и здесь без его ведома ничего не происходит.