Кровь, огонь, серебро...
Шрифт:
Станислав Петрович услышал удар, потолок лифта с ужасающим скрежетом разошелся, и Старейшина оказался перед Чижинским.
– Что ж ты убегаешь от меня, пан Станислав? Хоть бы выслушал!
– Слушаю тебя, – процедил вампир, понимая, что, скорее всего, обречен.
– Ну, я хотел бы извиниться за действия моих подчиненных и… кое-что тебе рассказать!
– Интересный способ приносить извинения, – проскрипел Чижинский.
– Поверь мне, я здесь совершенно ни при чем! – Старейшина прямо-таки источал дружелюбие. – Дело в том, что твоего коллегу, господина Боброва, не устраивает его положение. И он попытался договориться с некоторыми моими подчиненными, которых тоже не устраивает их положение…
– Интересно, – улыбнулся Чижинский. – Он недавно звонил мне и сказал, что ты хотел перевербовать его.
– И ничего больше не сказал? Впрочем, неважно. Дело в том, что он, со своей стороны, обещал моим подчиненным мою ликвидацию, а они ему – твою. Скажем так, у него не получилось, но живым он выбрался. И, видимо, просчитал мои дальнейшие действия, так что решил
– И у тебя, конечно же, есть доказательства?
– А какие доказательства? Бобров напал на меня, Князь со своими подручными – на тебя, тут, знаешь ли, не до сбора доказательств!
– Мой старый и верный враг Дмитрий… – фыркнул Чижинский. – Он всегда был слишком амбициозен. Впрочем, теперь это стало не только его, но и нашей проблемой, а проблемы следует решать.
– Согласен! – судя по лицу Старейшины, он готов был расцеловать Первого Магистра.
Чижинский рефлекторно отшатнулся.
– Так что же ты предлагаешь мне, Старейшина?
– Что предлагаю? Совместно убрать Дмитрия! И его отродье!
– Его участь меня не волнует – делай с ним, что хочешь. Но прежде я желаю смерти каждого, посмевшего напасть на мой дом. Сделай это в знак доброй воли, Старейшина.
– Хорошо! – кивнул вожак гару. – Но ты же понимаешь, что сам я этого сделать не могу – Стая сожрет. Но вот тебе адрес – они там будут. Все.
Старейшина достал из кармана блокнот и протянул Чижинскому. Вампир не успел взять его – рука дгх’анадара внезапно удлинилась, пробила грудь вампира и вышла у него из спины, сжимая в пальцах кусок дряблого, распадающегося на глазах мяса, только что бывший сердцем Древнего.
– Пока, приятель! – проникновенно сказал Старейшина. – Теперь ты уже никому не расскажешь, кто я такой… и как меня убить!
Это касается событий, которые имели место на кладбище в районе Хайгейта в Лондоне, в годы с 1967-го по 1983-й. Это кладбище официально называется кладбищем Святого Джеймса. В своем всемирно известном романе Брэм Стокер назвал его как место захоронения Люси Вестенры, погибшей от рук графа Дракулы.
Современная история вампиров Хайгейта началась с сообщений о призраке, который видели на кладбище по вечерам. Пока циркулировали слухи о привидении, оккультист-исследователь из «Общества исследования вампиров», Син Манчестер, получил сообщение о школьнице Элизабет Войдила и ее подруге, которые утверждали, что видели, как открывались некоторые могилы и оттуда поднимались мертвые. Войдила также сообщила, что ей снятся сны, в которых что-то злое пытается проникнуть в ее спальню.
Через несколько лет Манчестер собрал целый ряд подобных сообщений о необычных явлениях, связанных с этим кладбищем. В 1969 году ночные кошмары вернулись к Войдиле, только на этот раз злобная сила вошла в ее комнату. У нее развились симптомы анемии, а на шее были обнаружены две ранки, так напоминающие классический укус вампира. Манчестер и друг Элизабет, Джон Хокк, лечили ее как жертву вампиризма – наполняли ее жилище чесноком, крестами и святой водой. Вскоре она поправилась.
Тем временем различные люди продолжали сообщать, что видели привидение на кладбище. Поскольку все сообщения были обычными «кладбищенскими историями», на них бы, возможно, не обратили особого внимания. Но обнаружилось, что кладбище и близлежащий парк одно время использовались для темных ритуалов, которые включали в себя убийство животных. У некоторых трупов животных – в основном свиней, полностью отсутствовала кровь, и местные газеты в своих заголовках задавали вопрос: «Разгyливает ли по Хайгейту вампир?»
Немного позже Манчестер сообщил, что беседовал с другой женщиной, у которой были те же симптомы, что и у Войдилы. Молодая женщина, погруженная в гипнотический транс, привела Манчестера к кладбищу.
Манчестер рассказал прессе, что верит, что в Хайгейте обитает настоящий вампир, и что с ним надо обойтись соответственно. Газетная история и последующая передача на независимом телевизионном канале «Темза» привели на кладбище множество любопытствующих. Группа кинолюбителей использовала его как съемочную площадку для фильма «Вампиры в ночи». В пятницу 13 марта 1970 года Манчестер и два его помощника вошли в старый склеп, где было обнаружено три пустых гроба, и в каждый положили крест. Кроме того, углы склепа были засыпаны солью, традиционно используемой для изгнания нечистой силы, и окроплены святой водой.
Тем не менее события развивались драматически: в августе на кладбище было найдено сильно разложившееся тело молодой женщины, причем к ней был применен описанный в книгах ритуал расправы над вампиром – кто-то обезглавил ее и попытался сжечь. Возмущенные люди потребовали, чтобы власти защитили их от нападений сумасшедших, возомнивших себя борцами с нечистой силой. Не прошло и месяца, как полиция задержала двух человек, которые подозревались в совершении преступления. В то время, как полиция проверяла оказавшееся неопровержимым алиби арестованных, несколько могил было вскрыто охотниками-любителями, а мертвые тела пробиты кольями. Сам Манчестер проводил на кладбище обряды по изгнанию нечистой силы и опечатывал подозрительные склепы цементом, замешанным с кусочками чеснока.
В 1973 году уфологи начали расследование по поводу одного дома, находящегося неподалеку от Хайгейтского кладбища. В подвале они обнаружили гроб, в котором, по их мнению, кто-то спал совсем недавно.
В 1980 году в Финчли появились сообщения об обескровленных трупах бродяг. Манчестер посчитал, что причиной этого был вампир, появившийся
17. Братья и братство
Багряная нить
– Это твои стихи, батя? – спросил удивленный Борис, выслушав Древнего. – Класс! Аж проняло!
– Ну, почему же мои? – ответил слегка польщенный Дмитрий. – Что, уже и поэтов, кроме меня, нет?
В кабине воздушного такси было неожиданно тихо – куда тише, чем в метро. Лишь настигающая время от времени болтанка говорила, что они в воздухе.
– Написала это поэтесса, с нами не общавшаяся. Так сказать, по наитию… Они же сенсы через одного – поэты, хотя больше все революции предсказывают да прочие катаклизмы… Но вот как она узнала, что нас можно легко убить обсидианом…
– Шеф, мы почти прилетели, – прозвучал из динамика над переборкой голос пилота.
– Ну, так садись, давай – постарайся поближе к домику.
Через несколько минут верткий «алуэтт» уже коснулся колесами травы заброшенного поля, некогда принадлежавшего сгинувшему колхозу-миллионеру.
Пилот остался в кабине вертолета – как было оговорено.
Оба вампира направились к небольшому – в три дома – хутору.
А навстречу им уже шел Северьян Кондратьевич Лютоборов – могучий, высокий, рыжий бородач, меньше всего похожий на вампира.
– О-о, кого я вижу! Вспомнил-таки брата! – заключил он Дмитрия в объятия. – Ну, превед, медвед! Так у вас теперь говорят?
– Превед, красавчег! – невольно ухмыльнулся Дмитрий, проглотив уже готовое сорваться с уст сакраментальное «Аkasai dasu». – Никак, и ты к Интернету подключился? – он кивнул на тарелку спутниковой антенны над шиферной кровлей.
– От времени не отстаю, согласно твоим советам! А «птенец» твой, вижу, подрос, подрос – уже синий сегмент в ауре просвечивает…
– Подкрепиться у тебя есть чего?
– Подкрепиться? А как же – найдется! Тут ко мне намедни туристки забрели – девки-байдарочницы. Парочка еще осталась… Разопьем на троих? Шучу! Вообще-то, прибудь ты пару недель назад… Тут километрах в двадцати колония-поселение, а оттуда иногда самовольно уходят, сам понимаешь. Ну, на меня и натыкаются. А мне ведь много не надо…
Они прошли в дом – старик в старомодном костюме и широкополой шляпе, роскошно «упакованный» юноша и мужик деревенского вида в безрукавке на голое тело. Ибо Лютоборов имел редчайшую способность переносить без вреда прямые лучи солнца.