Кровник
Шрифт:
— У меня для тебя еще один сюрпризик припасен, так что не думай, что ты по всем параметрам меня переиграл, предвосхитил и так далее…
— Что за сюрприз? — поинтересовался Зелимхан — вроде бы небрежно, с ленцой, однако, насколько я заметил, насторожились глаза у командира полевого, метнулись тревожно туда-сюда.
— Это пока оставим, — я кивнул на кузов. — Вот твоя семья, они живы и здоровы — я обращался с ними очень уважительно… Бойцов привез?
— А как же, — Зелимхан прицыкнул зубом и ухмыльнулся. — Вон, целая рота сидит в «Уралах». Все — бойцы,
— Будешь выкобениваться, я тебя кастрирую, Ахсалтаков, — жестко предупредил я. — Меня мои бойцы интересуют.
Пристально посмотрев мне в глаза, Зелимхан тяжко вздохнул и, явно сдерживаясь, ответил:
— Там они, — он потыкал пальцем в направлении «Уралов». — В кузове сидят. Живы и здоровы… Шустрый ты, парень, — выдержав паузу, заметил Зелимхан. — Прыткий такой, а молод еще… Вот что, — он достал из нагрудного кармана «мотороллу». — Я дам команду, и твоих парней высадят из кузова. Потом ты высаживаешь моих, я даю отмашку, и мы одновременно начинаем движение. Я — туда, они — сюда. Все по справедливости. Идет?
— Не-а, не идет. Ну че ты дуркуешь, командир, а? — Я улыбнулся и сожалеюще покрутил головой, всем своим видом выказывая неодобрение. — Едва вы разминетесь с моими, твои снайперы моментально расстреляют нашу машину. Нет, спасибо… Ты лучше дай команду, пусть мои бойцы идут сюда. Они подходят, садятся в кузов, ты тоже садишься. Мы едем за поворот, я вас выпускаю и уматываю себе. Усек? Только так, иначе ничего у нас не получится.
— Хм… — Зелимхан на секунду задумался и оглянулся на свое войско. — Не нравится мне это. — Он недоверчиво покрутил головой. — Кто даст гарантию, что ты меня вместе с семьей не увезешь прямиком к своим? Ничто не мешает тебе ехать, не останавливаясь.
— Правильно, никто не даст гарантию, — согласился я. — Я даю тебе слово, что отпущу вас сразу же за поворотом. Тебе придется довольствоваться этим.
— Ладно, — недовольно нахмурившись, Зелимхан кивнул и метнулся взглядом по сторонам. — Только пусть сначала мои спустятся сюда, я должен посмотреть на них, поговорить…
— Дать им команду упасть на землю, — прервал я его. — И тогда твои снайперы за пять секунд превратят мой кузов в решето… Я ж тебе говорю — не дур куй! Я все предусмотрел, Зелимхан. И уйду отсюда при любом раскладе, ни хрена у тебя не выйдет. Лучше слушайся меня, и тогда все будет тип-топ. Давай-давай, командуй!
Испепелив меня взглядом, Ахсалтаков катанул желваки и прорычал в «мотороллу»:
— Второй — Первому.
— На приеме Второй, — звонко ответил молодой голос.
— Пусть они идут сюда — с оружием, — приказал Зелимхан. — И побыстрее!
— Понял тебя, понял, — несколько растерянно ответил молодой и переспросил:
— Одни идут?
— Я что, неясно сказал? — раздраженно зарычал Зелимхан. — Конечно, одни!
— Понял, понял, — заверил молодой. — Сейчас… Спустя десять секунд от расположенного по центру «Урала» отделились две фигуры и направились к нам. Когда они подошли поближе, я обнаружил, что мои бойцы шатаются и
— Вы что, уроды, отоварили их? — злобно поинтересовался я, подходя к Зелимхану вплотную и тыкая стволом в его живот. — Я тебя за это, сука, прямо сейчас расстреляю, сын шакала! — И очень натурально изобразил зверский оскал.
— Но, но, не дури, парень, — пробормотал Зелимхан, опасливо отстраняясь подальше. — Это они еще от клофелина не отошли. Мы еле-еле их разбудили.
— Ну-ну, посмотрим, — буркнул я. — Дай Бог, чтобы это было именно так…
Бойцы театральной походкой приблизились к машине. Говорить они практически не могли, только мычали и удивленно качали головами. Ощупав их, я обнаружил, что внешне все в норме — яйца и языки на месте, ребра целы.
— Ну то-то же, — удовлетворенно констатировал я и поднял вверх два пальца — грешен, люблю эффектные жесты.
Из кузова сноровисто выпрыгнули два бойца, забросили в машину возвращенцев и скорой иноходью припустили к вражеским «Уралам».
— Куда это они? — удивился Зелимхан. — Ты чего творишь, парень?
— А ну, дай-ка своим команду, чтобы не дергались, — приказал я, вторично наставив ствол в живот Зелимхана. — А то вдруг кто-нибудь из твоих нервный — стрельнет еще ненароком.
Вновь испепелив меня взглядом, Ахсалтаков запросил по станции:
— Второй, Третий, Четвертый — я Первый. Циркуляр.
— На приеме Второй, Третий, Четвертый, — вразнобой ответили три абонента.
— Что они собираются делать? — настойчиво спросил Зелимхан.
— Ничего особенного, — я беспечно пожал плечами. — Произведут осмотр твоей техники, чтобы не было каких-нибудь непредвиденных пакостей. Ты что, испугался?
— Я испугался?! — Ахсалтаков презрительно дернул щекой и скомандовал в радиостанцию:
— Второй, Третий, Четвертый — не трогайте этих. Пусть делают, что надо.
— Второй понял, Третий понял, Четвертый понял, — по очереди ответили абоненты.
— Ну вот и славненько, — похвалил я Зелимхана. — Сейчас они там соорудят все как надо, и поедем.
— Что соорудят? — переспросил Ахсалтаков и вытер лоб. Ну! Я только сейчас заметил, что на лбу «духовского» командира выступила солидная испарина. Значит, нервничает страшный Зелимхан! Переживает… Вспотел, бедолага. И стало мне от этого как-то спокойнее на душе — вовсе и не монстр этот парень. Обычный человек в возрасте, который печется о своих близких, а паче близких — о своем престиже.
— Да ты не переживай, мужик, — успокоил я Ахсалтакова. — Все будет нормально. Сейчас они погасят твои моторы, и мы спокойненько поедем…
— Погасят? — не понял Зелимхан. — Как погасят?
— Ага, погасят, — ласково подтвердил я. — Зачем нам такой солидный эскорт? Мы уж как-нибудь сами. В одно рыло…
— Ты вообще что-нибудь соображаешь, сопляк? — Ахсалтаков сузил глаза, голос его упал до шепота. — Если хоть одна пуля срикошетит от движка и заденет кого-то из моих бойцов… Перестрелка же начнется! Останови их!