Крупным планом
Шрифт:
Когда я вернулся в квартиру перед самым закатом, на автоответчике было четыре послания. Первое и третье были от ушибленной кармой Джуди Уилмерс, которая просила меня изменить свое решение насчет выставки.
— Уверена, мы сможем достичь креативной и коммерческой разрядки,Гари, — сказала она в первом послании. — Не просто разрядки,а настоящего сближения.Подумайте о потенциале, Гари… и перезвоните мне.
В своем втором послании
— Ладно, давайте договоримся следующим образом. Я согласна на дележ в вашу пользу, то есть шестьдесят на сорок, но вы на год даете мне право быть вашим международным агентом и заниматься вспомогательными правами за тридцать пять процентов со всех продаж и десять процентов от ваших доходов от всех выставок в галерее, которые я организую. Говорю вам как другу, вам никогда не предложат таких выгодных условий в Нью-Йорке или Сан-Франциско…
Как другу.Эта женщина сама понимает всю иронию своих слов?
Между двумя завлекалочками Джуди втиснулось послание от Руди Уоррена. Если судить по шумовому фону — плохая музыка и скверное поведение, — он звонил из бара «У Эдди».
— Привет, фотограф. Вижу, ты снюхался с мисс Эймс и скоро будешь работать в нашей газете регулярно. Я также узнал, что ты отказался поднять лапки перед этой барракудой, известной как Бывшая Жена Номер Два. Ты мне все больше и больше нравишься. Но имей в виду, поставив тебя на путь к успеху, я жду безмерной благодарности. Тебе также придется впредь платить по всем моим счетам в барах. Что напоминает мне о цели данного послания: я весь вечер в «своем офисе», если тебе вдруг потребуется недорогая компания.
Последнее послание было от Анны с просьбой позвонить ей на мобильный. Я застал ее в машине.
— Разве местные жители не относятся с подозрением к сотовым телефонам? — спросил я.
— Да, но у всех есть хоть один. Послушайте, я выбрала шесть фотографий. Хотела бы показать вам, что именно я выбрала… и заодно угостить вас ужином за счет газеты.
— Только не уверяйте меня, что у фоторедактора есть представительские деньги.
— Это невероятно большая сумма в двести долларов в год, что означает, что сегодня вечером я половину потрачу. Выходите на улицу через пять минут.
И она отключилась, не дав мне возможности выкрутиться из этой ситуации.
Она повезла меня в «Маленькое местечко». Это был самый хороший ресторан в Маунтин-Фолс Он располагался на бывшем железнодорожном вокзале в конце города, там были стены из красного кирпича и угловатые черные столы — дань постмодернизму, — из динамиков звучал, голос Джорджа Уинстона, а меню называлось «Нью Пасифик», хотя мы находились примерно за пятьсот миль от океана. Обслуживающего нас официанта звали Калвин. Он порекомендовал нам морского окуня с грибами шитаки и овощами в кляре. В тот вечер подавали салат-латук, выращенный гидропонным методом, со свежей сметаной
— Вы мартини умеете делать? — спросил я.
— Конечно, — ответил Калвин, видимо слегка обидевшись на мой покровительственный тон.
— Тогда мартини с Бомбейским джином, очень сухой, четыре оливки, и побыстрее.
— А мадам?
— Мадам желает то же самое, — ответила она.
— Мадам, — рассмеялся я. — Да парень, скорее всего, никогда не был восточнее Бозмана.
— Нет необходимости над ним издеваться.
— Я и не думаю издеваться, я просто поинтересовался, нет ли у него степени в науке о мартини. Знаете, это целая наука.
— А вы изобразили из себя НВЗ.
— Это что такое?
— Напыщенную восточную задницу, — расшифровала она, мило улыбаясь.
Принесли напитки. Мы заказали еду. Она подняла свой бокал.
— За наше сотрудничество, — сказала она.
Мы чокнулись. Я сделал глоток мартини и почувствовал, как от жидкого новокаина немеет стенка моей гортани.
— Приличный мартини, — заметил я.
— Не надо так чертовски сильно удивляться.
— Я никак не ожидал мартини или гидропонный латук в Монтане.
— А… понимаю. Ты один из этих чужаков, которым неприятно думать, что в Маунтин-Фолс может быть интересная еда, иностранные фильмы и приличные книжные магазины. Тебе нужен «настоящий Запад»: жирные гамбургеры, «Дебби покоряет Даллас» в местном паршивеньком кинотеатре и сигарная лавка, где ты сможешь купить «Хастлер» и другие такие же книги. Неудивительно, что ты сошелся с Руди Уорреном.
Я рассмеялся.
— Неужели он в самом деле был женат на этой беженке из района Залива?
— В жизни случаются и более странные вещи. Мне кажется, Джуди увидела в нем настоящего типа из Монтаны и поддалась на его грубоватый шарм.
— Брак ведь длился всего шесть месяцев, верно? — спросил я.
— Скорее, всего два часа. Джуди тогда здесь только что появилась… и еще не была настроена на нужную частоту.
— А сейчас, думаешь, настроена?
— Не давай всему этому глянцу обмануть тебя. Она действительно знает, как продать своих художников.
— И еще знает, как наварить на этом, насколько я могу судить.
— Ну да, я слышала, что у вас возникли некоторые разногласия по контракту.
— Быстро же у вас новости распространяются.
— Это же Маунтин-Фолс, чего ты ждал? Но насколько мне известно, она сделала тебе новое предложение. Ты его примешь?
— Еще не решил. Весь этот бред про Марин-Каунти действует мне на нервы.
— И не говори. Мы вроде как подруги, но после вечера с Джуди мне хочется пойти и кого-нибудь пристрелить. И все же у нее прекрасная галерея, и у нее есть связи на побережье. На твоем месте я бы постаралась как-нибудь с ней договориться.