Крыло
Шрифт:
Подавляющее присутствие... Нет, не ослабло, не исчезло. Оно всё так же было здесь, но ко мне вернулась способность воспринимать реальный мир. Эфир. Я только что ощущал эфир. Описания были, но описания никак не сравнятся с реальными чувствами.
Мы были в святилище. Алтарь, большой круглый стол... Точнее, очень большая неглубокая чаша из белого камня. Вода дрожала искажениями, будто на неё направили очень сильные басы. Она подпрыгивала местами до метра, и такие всплески собирались в волны, словно улавливали чей-то голос. Я только
— Войди в алтарь, — сказал мне Артур. — Прими силу творения, и пусть она примет тебя.
Я сделал шаг вперёд. Про «Войти в алтарь», здесь не было никакой иносказательности или метафоры. По ритуалу я должен был войти прямо в камень. Потому что камень настолько связан с потусторонним миром, что реальным в полной мере уже не является.
Я сделал ещё шаг, ощущая нечто новое. Звук/мысль. Волну/голос. Вздрагивавшая вода, колеблющаяся под отголосками голоса с той стороны бытия. Я чувствовал эти отголоски сам. Я был медиатором, посредником между эфиром и реальностью.
— Какая интересная картина! — голос разбил мистическую силу, нарушил момент.
Я едва не оглох, едва не потерял голос, доносившейся из-за грани.
— Не нарушайте ритуал! — крикнул Артур.
— Ещё один посвящённый? — новое лицо, кажется, проигнорировало возмущение наставника.
Меня обходят со стороны. Не могу различить деталей, сосредоточенный на том, чтобы не упускать концентрацию. Понимаю только, что это фигура облачена в красное.
— Какой в этом году, Артур? Вы исчерпали свой лимит, — говорит человек в красном.
— Значит, в следующем будет на одного меньше, — ответил наставник. — Или в счёт прошлого года, ведь мы не добрали до лимита троих.
— Это так не работает. Есть закон, и вы обязаны его соблюдать. И к тому же кто этот аколит? Я его не видел раньше. Кто же он такой, что вы рискнули нарушить правила?
— Не вмешивайся в ритуал! — на этот раз голос принадлежал другому наставнику, но я не смог разобрать, кому.
А человек в красном подошёл ко мне, присев и, кажется, заглянув в лицо.
— Бронс! Ты нарушаешь ритуал! — вновь вставил Артур.
Его проигнорировали.
— Сир Орис, посмотри. Это он?
В поле зрения появилась его одна фигура.
— Да, мессир. Тот самый парень.
— Вот именно, — согласился первый. — И ты посмотри. Одарённый. Совсем слабенький, правда.
— Как и ожидалось, — согласился второй.
В поле зрения появился человек в белом.
—
— Он пока не послушник, — возразил тот, что был в красном, Бронс. — Но он не потерял концентрации. Хорошо, давайте посмотрим, сможет ли он пройти до конца. Не мешай им, Орис.
— Слушаюсь, мессир.
Фигуры разошлись. Я всё ещё ощущал какую-то... Помеху, неправильность, искажение, нарушение. Сложно объяснить, но нечто рядом со мной мешало, будто пыталось отвлечь.
— Като. Войди в алтарь.
Я сделал шаг. Мир мигнул. Лишь на долю секунды, я не успел ничего разобрать. Ещё шаг. Снова мерцание. Что-то тёмное. Меня будто переносило в другое место. Слишком краткий момент, чтобы успеть что-то понять, но достаточный, чтобы испугаться.
Ещё шаг.
До алтаря меньше шага, только протянуть руку.
Но я не рядом с алтарём. Не рядом со святилищем. Не в храме. Даже не в городе.
Я в черноте бесконечного космоса. Злой и враждебной. И вокруг меня раскинулось огромная сущность. Не существо, нет. Нечто неизмеримо большее. Бескрайние облака пыли, бушующие штормы энергии. И тянущиеся во все стороны щупальца, пронизывающие пространство и время.
Бог.
Не идол.
Титан.
Не создание.
Создатель.
Не существо.
Сущность.
Не творение.
Творец.
Мёртвый Бог.
Осознание подавляет и ошеломляет.
А затем мёртвый создатель обращает на меня микрон от своего бесконечного внимания.
И на меня обрушивается океан силы, прорва энергии.
Я делаю последний шаг, входя в алтарь. Но вхожу в него не с благоговением от встречи с творцом, а с ужасом от осознания катастрофы.
Агностики были правы.
Концентрация слетает окончательно, но это уже не имеет значения. Искра моего дара уже горит. Мгновения, когда мёртвый, но бесконечный создатель обратил на меня внимание, было достаточно. Всего лишь мгновения.
Последняя вспышка тьмы. Последний взгляд на бескрайний космос эфира и его единственного обитателя.
И я падаю на колени, силясь сделать вдох.
— Като!
Удар по спине заставляет лёгкие сократиться, и я выдыхаю. Вот почему не получалось вдохнуть.