Крыши

Фаулер Кристофер

Он махнул рукой в сторону Тоттенхэм-Корт-роуд, где крошечные фигурки останавливались у магазинных витрин и переходили из одного бара в другой, из одного кафе в другое, как насекомые в своем вечном движении.

— Важно, чтобы вы поняли. Наш порядок отличается от того, к которому вы привыкли там. Мы живем по правилам, которые сочинили мы сами.

Замерзший и обуреваемый сомнениями Роберт чувствовал себя так, словно настойчивые кришнаиты пытались всучить ему книжку с учением о самосовершенствовании. Он поднял руку, желая задать вопрос.

— Сколько вас здесь?

— У

нас есть выпускники университетов, панки...

— Да-да, но сколько вас?

Джей вздохнул и, вновь откинувшись назад, посмотрел в небо.

— Надо им сказать, Джей, — вмешался Симон.

— Раньше были сотни. В двадцатые годы почти тысяча...

— В двадцатые?

— Многие бедняки бросили то малое, что у них было, и пошли наверх.

— Но такое нельзя долго хранить в тайне, — возразил Роберт. — Неужели никто не задавался никакими вопросами?

— Вы представляете, сколько людей пропадает каждый год в этой стране? — спросил Джей. — Раньше не заводили карточек. Не было компьютеров. Крыши тогда были не только выходом, это было святое место для человека, который хотел исчезнуть.

— Вы так мне и не ответили, сколько вас здесь. Джей медлил. Роберт удивленно посмотрел на Розу, но она сделала вид, что не замечает его взгляда. Джей, по-видимому, не хотел выдавать информацию. Наверное, он уже и так сказал больше, чем надо. Роберт решил, что пока им с Розой неблагоразумно было бы открывать свои карты, не дай Бог, они преступили какой-нибудь тайный закон следом за Сарой Эндсли.

— Думаю, нас осталось около тридцати. Может быть, меньше. А на рассвете в воскресенье уйдут почти все.

— Как? Почему?

— Я сказал достаточно. Может быть, после посвящения вам скажут больше, но это уже зависит от Залиана.

— А как вы здесь живете? — спросила Роза. — Как передвигаетесь?

— Все в свое время. Ли научит вас перебираться с крыши на крышу. Это легко благодаря городской архитектуре, надо только знать как. Надеюсь, вы хорошо переносите высоту?

— О, я как кошка, — неловко улыбнулась Роза. Она посмотрела на Роберта и отчего-то ей стало беспокойно. Он явно чувствовал себя не в своей тарелке, даже лицо у него покрылось потом. Роза нахмурилась. Не может быть, чтобы он боялся. Ребята, конечно, странные, но не страшные же.

— Ладно, сначала разберемся с передвижением. Затем будет посвящение, а потом мы проводим вас на одну из наших станций и там разберемся, чем мы можем помочь друг другу. Ли, давай.

Джей сел рядом с Симоном, а на его место встал Ли и широко белозубо улыбнулся Розе.

— Иногда меня зовут мистер Фикс, потому что я пришел сюда с кучей приспособлений, которые помогают нам передвигаться с места на место. В основном все то же, что было раньше, разве лишь тогда было опаснее. Единственным способом проверить, выдержит ли трос твой вес, было повиснуть на нем. Я кое-что усовершенствовал, используя новые материалы и сделав несколько защитных приспособлений. Одно из них нужно носить всегда и никогда не снимать, если только не ложишься в ванну.

Он поднял свитер и ткнул пальцем в черный кожаный

пояс с металлическими колечками по всей длине. Вверху и внизу в прорези был пропущен великолепный нейлоновый трос.

— Встань на минутку, малышка. — Ли расстегнул пояс и одел его на Розу. — После посвящения ты получишь свой собственный. А теперь пойдем со мной.

Все отправились следом за Ли на другой конец крыши. Напротив стояло грязное здание в викторианском стиле, фасадом обращенное на Юстон-роуд. До него было футов пятнадцать. Роза посмотрела вниз на узкую улочку, разделявшую два дома.

— Не везде можно просто перепрыгнуть. Здесь, например, нельзя. Посмотри на стену напротив, и ты увидишь железный прут. Только хорошо смотри.

Роза подалась вперед и долго вглядывалась во тьму, пока разглядела трехдюймовую палку, выступающую из кирпичной кладки.

— Будешь хорошо смотреть, много чего сможешь увидеть, и не только здесь, — сказал Джей, открывая небольшую нейлоновую сумку, из которой вытащил нечто, напоминающее пистолет с очень широким барабаном, и прицелился в палку.

— Работает на сжатом воздухе, — объяснил он и спустил курок. — Раньше стреляли при помощи взрывоопасной смеси азотной кислоты, угля и серы. Вполне можно было покалечиться.

Раздался щелчок, что-то вылетело из дула и ударилось в стену напротив.

— Хороший выстрел, — сказала Роза.

— Практика, как везде.

Маленькое металлическое кольцо замкнулось на палке, а к нему был привязан тонкий нейлоновый трос. Другой его конец Ли привязал к металлическому кольцу на этой стороне.

— Здесь нет ничего сложного. На той палке есть защелка. Выстреливающее кольцо, попадая на палку, открывает ее, потом она закрывается.

— Надо быть выдающимся стрелком, чтобы попасть в такую крошечную цель.

— Конечно, если бы не магнит, — согласился с ней Ли. — Обычно требуется время, чтобы научиться, но сегодня у нас самый общий урок. — Он перегнулся через край крыши и прикрепил свой конец троса к палке, находившейся футом ниже. Потом он туго натянул трос. — Есть много способов. Один — выстрелить веревкой, а потом прикрепить ее к катушке. — Он показал сверкнувшую в темноте металлическую катушку дюймов пяти в диаметре и одного в ширину. — Катушка, в свою очередь, крепится к поясу. Надо прыгнуть так, чтобы поставить ноги на стену, и катушка сама поднимет наверх. Но это только если расстояние невелико и внизу мало людей, потому что получается немного шумно.

— Это привлекает внимание, — вставил Симон.

— Представляю, — сказала Роза. — Эррол Флинн, да и только.

— Есть множество домов, на которые трудно перебраться другим способом. Если у них лишний этаж или слишком крутая крыша. В некоторых районах почти на всех домах есть такие палки. Но они ржавеют с годами, и защелки перестают работать. Мы стараемся их заменять, но среди нас осталось мало таких, кто в этом разбирается. В других местах есть специальные “дороги” с постоянно натянутыми тросами. Места, где они пересекаются, называются станциями. Во всех районах есть хотя бы по одной станции.