Крысиные гонки
Шрифт:
– Да.
– Вы что-то затихли.
– Я думаю о последних четырех днях.
Четыре отчаянных, ужасных дня. Четыре бесконечные изматывающие ночи. И все зря. Она вообще не видела Чантера. Если она страдала из-за того, что вообразила обо мне, то и я страдал, представляя, что происходит с ней. Так что, по-моему, мы квиты.
– Колин наорал на нее, что лучше бы она сама спросила у вас, чем делать дурацкие выводы, – продолжала Мидж.
– Она не делала выводы, ей их навязали.
– Да, теперь она понимает. Она очень расстроена. Говорит, что не представляет, как посмотрит вам в лицо в Варвике... устроив такое...
– Вообще-то я не собираюсь
– Я буду защищать, – засмеялась Мидж. – Мы с Колином поедем вместе на скачки и там увидимся.
– Замечательно.
– Колин сейчас на тренировке лошадей. Мы поедем сразу, как он вернется и что-нибудь съест.
– Скажите ему, чтобы осторожно вел машину. Пусть помнит об Эмброузе.
– Да... Какой ужасный случай.
– Вы слышали, как это произошло?
– По-видимому, Эмброуз хотел обойти медленный грузовик, а по встречной полосе шел другой... Эмброуз в него врезался. Грузовик перевернулся и придавил машину, в которой ехали три конюха. Об этом очень подробно написано в сегодняшней “Спортинг лайф”.
– Обязательно посмотрю... Мидж, поблагодарите Колина за его звонок вчера вечером.
– Хорошо. Он не хотел, чтобы вы тревожились лишнюю ночь. Колин считает, что вы так же беспокоились о Нэнси, как и мы.
– Почти, – согласился я. – Увидимся в Варвике.
Глава 14
Хони передала мне заказ на полет семьи Уайтнайт. Мистер и миссис Уайтнайт и две их дочери направлялись в Лидд, где девочки должны были встретиться с друзьями и отплыть во Францию, чтобы там провести каникулы. Помахав дочерям платочком, Уайтнайты собирались успеть на первый заезд в Варвик, чтобы посмотреть, как пробежит их лошадь. Поскольку возле ипподрома не было посадочной полосы, мы летели в Ковентри, а оттуда им предстояло добираться на такси.
Как и договаривались, я забрал их в Букингеме и направил нос “Чероки” на Кент. Дочери Уайтнайтов, девочки четырнадцати и шестнадцати лет, почему-то злились на весь мир, ни с чем не соглашались, сидели с мрачным видом и просто источали враждебность. Их мать обращалась со мной со снисходительной вежливостью, а с семьей управлялась по-хозяйски властно. Сам мистер Уайтнайт представлял собой типичного угнетенного кормильца семьи, грубого и невнимательного. Он по привычке сел сзади.
В Лидде я отнес чемоданы дочерей, не услышав ни слова благодарности, и вернулся к самолету ждать, пока они попрощаются. Мистер Уайтнайт любезно оставил на сиденье “Спортинг лайф”. На первой же странице я увидел фотографии дорожной аварии Эмброуза. Обычный искореженный металл, сдвинутый к обочине дороги, плачевное последствие нетерпения.
Я перевернул страницу, чтобы посмотреть, в скольких заездах занят Колин. Он работал с пятью лошадьми, и в большинстве заездов считался фаворитом.
Рядом с программой скачек в Варвике крупными буквами напечатали рекламное объявление.
КОЛИН РОСС ЗАСТРАХОВАЛСЯ У НАС. А ВЫ?
Под ним уже мелкими буквами шло продолжение:
Вы можете не оказаться такими счастливчиками, чтобы дважды избежать верной смерти. Не рискуйте! Вырежьте и заполните напечатанную ниже форму и пошлите ее вместе с пятью фунтами по адресу: Фонд защиты от несчастных случаев на скачках, Эвон-стрит, Варвик. Ваша страховка будет действовать с момента отправки.
Опустив газету,
Майор Тайдермен сказал Энни Вилларс, что он и его партнер начинают такой бизнес, который сделает их богатыми. Она решила, что бизнес заключается в махинациях со ставками на Рудиментса. Но она ошиблась. Просто майор Тайдермен по своей натуре не мог устоять перед побочным мошенничеством, хотя уже участвовал в крупном жульническом предприятии.
Майор Тайдермен упросил Энни Вилларс представить его герцогу для того, чтобы потом самому познакомить герцога с Карти-Тоддом. Голденберг в этом деле случайная фигура, нужная лишь для того, чтобы манипулировать со ставками на лошадей. Мозговой центр и подстрекатель Карти-Тодд. Все остальные – Тайдермен, герцог, Колин, Энни, я – лишь пешки в задуманной им шахматной партии. Он использует нас, словно фигуры, чтобы выиграть ее.
Обчистить всех и смыться – вот как, должно быть, он решил играть. Он не стал дожидаться, пока фонд будет медленно, естественным путем разрастаться. Для рекламы он взорвал самолет и воспользовался известностью Колина Росса. В любом случае, он задержится до того момента, пока выплаты не начнут нарастать. И, если жертвы дорожной катастрофы в Ньюмаркете были застрахованы, Карти-Тодд удерет с деньгами прямо на днях. Он может задержаться только для того, чтобы получить взносы новых вкладчиков, которые после такого ужасного случая надумают срочно застраховаться. Он моментально переведет деньги в швейцарский банк, а сам купит билет в очередное местечко, где легко охотиться на простаков.
Я не знал, как остановить его. У меня не будет доказательств, что он собирается мошенничать, пока он этого не сделает. Я не могу представить никаких улик, кроме убежденности в своей правоте. Никто не станет применять суровые меры, если все основано только на догадках. Вероятно, я мог бы позвонить в следственную комиссию... но со следственной комиссией едва ли удастся найти общий язык. Высокий следователь, наверно, выслушал бы меня. Ведь он все-таки просил меня сообщать ему мои предположения. Может быть, отдел воздушного движения поддерживает тесную связь с отделом страхования. А может быть, и нет.
Я вздохнул, взял газету мистера. Уайтнайта и стал разглядывать фотографии катастрофы на первой странице. Внизу, в левом углу под колонкой, описывающей несчастный случай, мне бросилась в глаза маленькая заметка.
Я читал бесстрастные строки официального сообщения, и сначала смутная, а потом жгучая тревога охватила меня.
Мужчина, как считают, майор Руперт Тайдермен, найден вчера утром на перегоне между Суиндоном и Бристолем, возле путей железной дороги, ведущей из Лондона в Южный Уэллс. Вначале предполагалось, что он умер, упав с поезда, но позднее было установлено, что смерть наступила в результате ножевого ранения. Майора Тайдермена разыскивала полиция, чтобы взять показания. Ведется расследование.
Чета Уайтнайтов вернулась как раз в тот момент, когда я принял решение и сказал им, что должен позвонить. Они недовольно заявили, что нет времени.
– Нужно узнать прогноз погоды, – соврал я. Они посмотрели на покрытое легкой дымкой, бледное от жары небо, а потом, с заслуженной укоризной, на меня. Но я все равно помчался к автомату.
Вежливый камердинер герцога поднял трубку.
– К сожалению, нет, мистер Шор. Его светлость полчаса назад уехал в Варвик. – Юный Мэтью с ним?