Ксенофоб
Шрифт:
С Янычем Рустам и Лечи практически не общались, он держался как бы немного в стороне, сам по себе – что закономерно объяснялось его «обязанностями» в команде. Вопросов о том, кто он такой и откуда взялся, не возникало: за него поручился Руслан, сообщив, что это его личный биограф. «Биограф» – один из многих тоннелей нездешнего формата, Филин прицепился к этому слову и заставил Рустама вспоминать, типичное для Руслана это выражение или нет. Оказалось, что нетипичное: Руслан, вообще, парень простой, словеса такого рода обычно не употребляет. То есть либо выражение было заимствовано Русланом, либо
Я считаю, что Филин на допросе немного схалтурил. Тогда мне было не до анализа, но сейчас, «просмотрев» все от начала и до конца, я пришел к выводу, что наш «консультант» потратил необоснованно много времени на разработку интересующего его направления, а по нашей теме упустил ряд деталей, на которых стоило бы заострить внимание.
Например, мы так и не узнали, где обитает Руслан. Рустам сказал, что вне «бизнеса» он встречался с ним всего один раз: когда тот приезжал «решать вопросы» в общагу, где Рустам промышлял – это было восьмого марта. Филин уточнил, что это за вопросы. Рустам сказал – была драка, Руслан «разруливал». Филина такой ответ устроил и он перешел к следующему вопросу.
Вот здесь надо было детализировать: что за драка – кто с кем (может, всплыли бы какие-то подробности по нашей линии), какое отношение Руслан имеет к этой общаге, зачем приехал «разруливать» – и как именно он это делал.
Почему у Рустама в телефоне не было номера лидера группы? Почему лидер связывался с Лечи, а тот, в свою очередь – с Рустамом? Это уже похоже на первичные признаки конспирации, так что можно было бы данный вопрос провентилировать поглубже. Глядишь, вышли бы на какой-нибудь номерок или «явку».
Как именно Руслан познакомился с Рустамом и Лечи? Где, при каких обстоятельствах? Почему он выбрал именно их (я так понял, что в среде, где они обитали, было немало спортсменов), а не каких-то других парней?
Вот это вообще никак не прозвучало, а здесь наверняка стоило заострить внимание: может, узнали бы про какое-то местечко, где Руслан регулярно появляется.
Про роковой эпизод в парке я уже говорил: уж на этом-то можно было бы остановиться подробнее. По крайней мере, спросить, что Руслан рассказывал исполнителям о жертвах предстоящего нападения и не обмолвился ли, кто и по какой причине сделал такой странный «заказ».
Из всего вышесказанного можно сделать два равновероятных вывода.
Первый – приятный.
Филин в курсе всех деталей, которые я перечислил, поэтому не стал тратить время на их выяснение. Как такое может быть? Не знаю. Возможно, он получает дополнительную информацию из какого-то другого источника.
Второй – неприятный, но более очевидный.
Филину нужен Яныч. Наши интересы его абсолютно не волнуют. А наши враги его интересуют только в качестве путеводных нитей, которые могут привести к Янычу. Грубо выражаясь, мы с Федей – проходные пешки в этой игре.
Не подумайте плохого: я в курсе, как в неком торговом заведении поступили с любопытной женщиной из племени разрушителей. Я не просто так, от нечего делать, завел эту беседу. Если бы Федя меня поддержал, возможно удалось бы сделать так, чтобы Филин поделился информацией, которая
Без двадцати четыре мы миновали поселок Мосрентгена и остановились у каких-то жиденьких посадок.
Филин быстро сверился с картой (я заметил, что навигатором он не пользуется) и кому-то позвонил:
– Все, вези в пункт сдачи... Угу... Да, я сейчас позвоню. Давай...
После этого Филин достал серый телефон и позвонил Арсену:
– Каширское шоссе, первая АЗС после МКАД. Слева по ходу, если ехать из города. Подъезжай, забирай. Машина ваша стоит на парковке у «Арбат – Конфуза»... Забрал? Ну, молодец. Все, спасибо за сотрудничество. И вот еще что... Не стоит развивать бурную поисковую деятельность. Ты понял, что я имею в виду?... Да нет, я в курсе, что ты умный – просто хочу напомнить: так, на всякий случай. Некоторое время я буду следить за ситуацией. Если замечу какую-то активность, твои соплеменники будут неприятно удивлены. Все, можешь ехать за сыном...
– Они что, забрали машину? – спросил Федя.
– Давным-давно, – подтвердил Филин.
– А как они ее нашли?
– Не знаю. Возможно, там был «родительский контроль».
– Надо же... Хорошо, что мы ее не взяли.
– Это точно. Нехорошо брать чужое. Особенно – с маяками и прочими хитрыми штуковинами...
На территорию совхоза им. Первого Халифата мы въехали как по расписанию: ровно в четыре утра.
Ну и – не было здесь никакого совхоза, осталось лишь одно название. Халифата, впрочем, я тоже не заметил, зато прямо посреди поля торчала огромная стройка, ярко подсвеченная сонмом веселых огоньков и феерическими вспышками сварочных аппаратов.
Несмотря на глубокую ночь, стройка вовсю функционировала и радовалась жизни: визжала циркульными пилами, рычала бульдозерами, гудела-скрипела кранами и наотмашь била по ушам яростным стоном вгоняемых в землю свай.
В общем шум стоял такой, что в радиусе ста метров невозможно было разговаривать нормальным голосом – пришлось срочно задраивать окно.
К стройке примыкали две неширокие улочки, образованные времянками, вагончиками, сторожками и разного рода подсобками.
Тут что, живут строители? Если они трудятся здесь в две смены, я не представляю, как свободные от работы могут спать под такое звуковое сопровождение.
Миновав все это безобразие, мы выехали к юго-западной оконечности стройки и свернули на первую линию нормальных домов. Дома были древние, но добротные – приземистые, бревенчатые, строили их, наверное, задолго до еврейского переворота.
Освещение, опознавательные знаки и собаки в этом поселении отсутствовали, как класс. Проехав вдоль всей первой линии, мы не заметили ни одной горящей лампочки и не обнаружили ни одной таблички. И никто на нас ни разу не гавкнул.
– В Чечне тоже так было, – оживился Федя. – Заезжаешь в село – ни одной таблички. Найти любой адрес – проблема, без проводника даже и пытаться не стоит. Найти проводника – проблема. Короче, кругом – одна сплошная проблема.