Кукла
Шрифт:
Этот спектакль продолжался довольно долго, и Максим не обнаружил среди всей этой многоликой череды образов такого, который не был бы прекрасным. А Джон, словно торговец на стамбульском рынке, цокал языком и приговаривал: «Нет, Макс, я гляжу, что вы до сих пор так и не познакомились со всеми удивительными возможностями нашей последней модели. Да, Макс, вы сделали прекрасное вложение своих денег, купив у нас LKW-21/15. Вы счастливчик, Макс! И все у вас будет о'кей!»
Самое же фантастическое, абсолютно запредельное, Джон приберег на финал своей захватывающей постановки, в которой был занят один актер, играющий для одного
Постепенно скорость нарастала, и Максим отчетливо слышал свист рассекаемого руками и ногами воздуха. В конце концов взгляд уже не мог уловить всю последовательность движений, которые превратились в настоящий вихрь: Линда возникала то у дивана, то на столе (ничего, кстати, при этом не ломая и не круша), то на спинке стула, то какие-то доли секунды лежала, распластавшись на полу.
Когда у Максима уже заболела голова и начали слезиться глаза, Линда замерла, тихо подошла к дивану и заняла прежнюю позу покойницы с открытыми глазами и откинутой створкой на затылке.
– Все о'кей, Макс! – воскликнул Джон столь радостно, словно своим последним движением Линда запустила «однорукого бандита», из которого посыпался обильный джек-пот. – Ваша подружка находится в прекрасном состоянии. Все системы работают с наивысшей производительностью, отклонений не обнаружено.
Максим мрачно молчал, наливаясь изнутри раздражением, которое могло в любой момент обернуться вспышкой ярости.
– И это все, что вы можете мне сказать? – спросил он тем не менее тихо, можно сказать, индифферентно, словно в урюпинском эксчендже кассирша не додала ему полтора рубля.
– Разумеется, не все, – просиял белозубой улыбкой Джон. – Хочу успокоить вас по поводу ваших предположений: никакой так называемой души в модели LKW-21/15 с заводским номером RP649 не обнаружено, как не обнаружено и никакого «Я». Ничего, кроме побудительных мотивов, которые и заставляют ее работать. И эти мотивы, заложенные нашими программистами, предполагают не получение ею удовольствия от тех или иных ее действий, а доставление удовольствия своему хозяину при помощи этих действий. Такова ее программа. И, если хотите, таков ее характер, которого, впрочем, нет и быть не может. Вы удовлетворены?
Максим удовлетворен не был. Однако копившееся в нем раздражение разрешилось не вспышкой ярости, а навалившейся на него опустошенностью. Действительно, какими такими приборами можно было зафиксировать то, чему он и названия-то не знал?! Душа машины? Компьютерное эго? Самосознание куклы? Как можно увидеть то, чего в природе нет и быть не может, в чем по-прежнему убеждено все здравомыслящее человечество. Ведь не разговаривать же с этим совершенно деревянным фирмачом, у которого все на свете «о'кей!» и который только и может, что демонстрировать свою ненатуральную бодрость и приклеенную улыбку.
Однако Максим все же продолжил искать истину, хоть был уже убежден, что с этим самодовольным типом найти ее невозможно.
– Да, но как объяснить, что она мне не давала два дня? Это что, тоже «побудительные мотивы», которые направлены
– Я ведь уже говорил про пустые аккумуляторы, – невозмутимо ответил Джон, достав из нагрудного кармана пиджака фляжку и изрядно отхлебнув из нее.
– Это не разговор. Тогда она была прекрасно заряжена, причина не в этом. Линда довольно долго добивалась того, чтобы я рассказал ей о тайне ее происхождения, причем ставила вопрос вполне конкретно: человек ли она или кукла? Я долго отнекивался, рассказывал ей всякие небылицы. И в конце концов она решила меня шантажировать: никакого секса до тех пор, пока не поговорим серьезно. Как я должен это понимать?
– Это абсолютно нормальная реакция на ваше неправильное поведение. Вы можете говорить с ней обо всем на свете, но при этом не нужно лгать. Любую ложь ее мощный процессор распознает мгновенно. И тут дело в том, что кукла стремится ублажить своего хозяина как можно лучше. Но некоторые моменты этому могут препятствовать, и она стремится их устранить. Да, ее заинтересовала проблема взаимодействия человека и робота, то есть куклы. Это для нее не праздный вопрос, а необходимость узнать о себе побольше, что способствовало бы более эмоциональному сексу. И она, как я понял, своего добилась. Секс с ней теперь приятнее, ведь так?
– Может быть… – ответил Максим задумчиво. – И все же, как понимать то, что «ее заинтересовала проблема взаимодействия человека и робота»? Она все-таки думает?
Джон расхохотался. Успокоившись, поднял вверх указательный палец и изрек:
– Она устроена так, чтобы ее хозяин думал, что она думает! Вот и весь фокус, патент на который принадлежит нашей корпорации. Этот фокус называется «квазиэффектом», и он позволяет добиться большего сексуального удовлетворения.
После изречения этой квазифилософской мудрости Джон со словами «а это презент от корпорации» достал из кейса литровую бутыль «Джона Уокера» с черным лейблом и вручил ее Максиму.
Максим понял, что это тот максимум – как философский, так и материальный, – которого можно было добиться от заокеанского прохиндея. И сказал, что претензий к корпорации больше не имеет. Джон расплылся в улыбке.
Но прежде чем навсегда покинуть дом Максима, он дал хозяину несколько полезных советов. Один из них заключался в том, что для получения большего наслаждения от модели LKW-21/15 необходимо чаще менять не только позы, но также и облик и стиль поведения куклы. С согласия хозяина он трансформировал 35-летнюю Линду-созерцательницу с несколько чопорными манерами в 25-летнюю Линду-резвунью, которая за словом в карман не лезет и относится к жизни легко, но страстно.
***
Проводив заокеанского фирмача, Максим включил Линду. Новую Линду, которая была сродни только что принесенной из магазина игрушке. И это было великолепно, поскольку новизна ощущений, как известно, порождает обострение чувственности. Ну, или сексуальности, что хоть и обозначает то же самое, но почему-то отпечатано в словарях совсем на другой странице. Максим, ощутив прилив не только чувственности, но и крови в детородном органе, называющемся в словарях опять же то фаллосом, то пенисом, вспомнил анекдот, который был в ходу в старинные горкомовские времена: «Чтобы получить кайф, достаточно потрахаться хоть и со своей женой, но в чужом сарае».