Кукла
Шрифт:
Аня не знала, где будет ночевать, но на дворе было лето, а спать под открытым небом она привыкла. А к осени надеялась найти что-нибудь по зарплате. И тут такая удача.
– Значит, я договариваюсь о месте в вагончике?
– уточнила Тамара.
Аня благодарно закивала головой. Тамара чуть заметно улыбнулась девушке. Еще вчера днем ее соседка поведала о невеселой судьбе Анюты, и женщина очень сочувствовала этой девочке. Потому и согласилась сразу же на просьбу бабы Тани помочь с работой.
– Запомни, - по пути от маршрутки до рынка, продолжала наставления Тамара, - старайся и не отлынивай. Если хозяин заметит - выгонит без вопросов. Он у нас достаточно неприятная личность. А лучше
Глеб Романович, хозяин рынка и большинства павильонов, был человек жестокий, злой и жадный. Платил мало, требовал много, а на недовольство просто закрывал глаза. Тамара работала на рынке много лет лишь благодаря своему терпению. А за девушку очень переживала, хотя и понимала, что Аня сделает все, чтобы задержаться на этой работе подольше. Ей, несовершеннолетней, некуда было идти. А таких мест как этот рынок, где брали всех подряд, в городе было мало. И Ане повезло, что совсем недавно освободилось место.
– Сейчас пойдем к Глебу Романовичу. Стоишь и помалкиваешь, опустив глаза, - напутствовала Аню Тома, - я сама все скажу и расскажу. Беру тебя под свое попечительство, так что уж не подведи. Намудришь ты - спросят с меня. Поэтому не стесняйся и спрашивай все, что надо. Поняла?
Аня кивнула и принялась осматриваться по сторонам, так как они пришли непосредственно на место работы. Рынок был крытым, было душно и многолюдно. Павильоны стояли один к одному, где продавалось все - от овощей и фруктов до молочных продуктов и мяса. Тамара уверенно двигалась сквозь толпу. Ей, с ее ростом и телосложением, это давалось легко. А вот Аню все время толкали и шпыняли, почти не замечали. Девушка с трудом не потерялась, опять-таки благодаря заметной фигуре Томы. По пути к месту обитания хозяина заведения, женщина показала, где находятся туалет и места, где жили работники.
– На ночь рынок прикрывают, есть охрана, так что можешь не бояться по этому поводу. А вот в вагончике присмотрись к соседкам. Есть воровитые, а есть и неплохие. Прячь деньги к себе поближе, чтоб не украли. Продуктов много не покупай - пропадут. Купи, что надо и сразу же съешь - холодильника личного у вас нет.
Аня послушно кивала головой и все запоминала - она очень рассчитывала продержаться здесь подольше.
Кабинет владельца рынка находился у складов. Большое просторное помещение, с большим столом и не менее большим хозяином за ним. Глеб Романович был приблизительно ровесником Тамары. Среднего роста, грузный, можно даже сказать жирный. С плешью на голове. Остатки волос непонятного мышиного цвета, глаза глубоко посажены и блеклы, водянисты. С первого взгляда этот мужчина вызывал брезгливость и отвращение, по крайней мере, у самой Ани. Она по совету Томы опустила глаза и не смотрела на работодателя.
Тамара кратко представила Аню, открыто взяла ее на поруки и заверила Глеба Романовича в ее работоспособности, потому как мужчина, глядя на хрупкую девушку, усомнился в этом.
– Она справиться, - твердо сказала Тома.
– Ладно. Присмотри за ней. Все покажи и объясни, - согласился мужчина, все еще с сомнением глядя на Аню.
Девушка тихонько поблагодарила мужчину и вышла из кабинета вслед за женщиной.
Тамара показала девушке место работы, которое было почти по соседству с ней, что вселяло в несколько опешившую девушку уверенность. Она так же объяснила, как принимать товар, сдавать наличку и все в подобном роде. Аня была не глупой девушкой, с математикой дружила и во все быстро вникла. А потому через пару дней перестала задавать Тамаре вопросы. А та, уверившись, что девушка во всем разобралась, расслабилась и вздохнула свободно.
Поначалу Ане было нелегко привыкнуть к
Через пару недель работы на рынке, поздно вечером к ним в вагончик нагрянул Глеб Романович и увел с собой довольную Марию. Умная Аня сразу поняла, куда и зачем. А товарки Маши только доказали ее предположение, весь вечер обсуждая роман молодой женщины с начальником.
– Повезло бабе, - в один голос утверждали женщины-соседки.
Аня только вздрагивала про себя - такого везения и врагу не пожелаешь. Хотя, судя по всему, Мария была довольна. А вот сама Аня не представляла себя в такой ситуации - спать с таким отвратительным мужчиной было выше ее понимания.
Но во всем девушка старалась находить лучшее, как и прежде. Самым главным и важным было для нее то, что есть крыша над головой и питание. Хоть крыша была худенькой, а пропитание еще худее, все же лучше чем в приюте. Она ела каждый день, спала каждый день и потихоньку умудрялась откладывать деньги, понимая, что через несколько месяцев осень, а значит холода, а у нее кроме пары футболок и стареньких брюк из теплого ничего нет. Она не позволяла себе ничего лишнего, но опять-таки - не страдала от этого по привычке. Никакой зависти не испытывала, когда соседки раз в неделю устраивали себе вечер с пивом и водкой, расслабляясь таким образом после тяжелой трудовой недели. Не смотрела с желанием на всякие вкусности на их совместном столе, за который ее не звали. Она просто старалась выжить. До всего остального ей не было дела.
Через два месяца Аня была почти своей. Она ко всему приспособилась, не обращала внимания на недостойное его, и потихоньку строила планы на будущее. Только одно заставляло ее хмуриться - соседка Мария. Женщина совсем обезумела и даже озверела. Без причины кричала на Аню, поднимала руку и стала жаловаться Владу. Аня совершенно не понимала причин такого поведения. Она же тише воды, ниже травы! Что не дает покоя этой Маше?
Девушка попыталась перевестись в другой вагончик, еще один определенный для женщин. Но никто не захотел с ней поменяться, так что пришлось и дальше терпеть непонятное поведение Заводиной.
Просветление пришло, когда в один из дней к ее палатке подошел Глеб Романович и стал внимательно интересоваться делами Ани, при этом не спуская сального взгляда с ее тела под коротким дряхленьким сарафаном.
Вот тут девушка и поняла причину ненависти Марии - женщина видела в ней конкурентку. А Аня испугалась. Испугалась того, что могло последовать за этим откровенным приглашением со стороны хозяина. Ведь не просто так он у всех на виду уделил ей внимание, как раньше это случалось с ее соседкой.