Кукловод

Mia_Levis

Ребекка не берет трубку. У меня дрожат руки, когда я набираю заветный номер вновь и вновь. Вскоре меня так колотит, что я слышу стук собственных зубов. Несколько минут вышагиваю по комнате из угла в угол, кусая губы. Как же поступить правильно? Ну, почему я вынуждена сама принимать решение и в очередной раз взваливать ответственность на свои плечи? Я не знаю, как поступить! С одной стороны я обязана сказать тебе и просто смиренно молить небеса, чтобы с тобой ничего не случилось, когда ты поедешь в Мистик Фолс. А ты поедешь, и никакие уговоры и просьбы не удержат тебя здесь, уж я-то знаю… А с другой - мне отчаянно хочется промолчать. Да, я понимаю, что скрыть от тебя смерть брата - величайшая подлость,

и никогда ты мне этого не простишь. Ну и пусть! Я смогу сказать потом, когда свяжусь с Ребеккой и выясню наконец-то, с чем связана ее просьба всеми правдами и неправдами удержать тебя здесь. Впрочем, эти слова твоей сестры ведь развязывают мне руки, правда? Я могу не говорить. Могу… Но имею ли я право? Оправдано ли мое молчание в такой ситуации? Клаус, я просто не знаю, как поступить… Прости меня.

В конце концов, я просто обессиленно сажусь на пол, прижавшись затылком к стене. В соседней комнате ты спишь - умиротворенный и счастливый. Видит Бог, мне жаль, что я своими сомнениями накликала беду, Клаус. Я так хочу тебя уберечь, ведь твоих страданий хватит на тысячи жизней. Я постараюсь сохранить наш крошечный мирок целым, потому что построить его было совсем не просто. Дальнейшие полчаса я периодически звоню то Ребекке, то Элайдже, но первая не берет трубку, второй - и вовсе недоступен. Попытка узнать что-то у Финна тоже не принесла никакого результата: он ответил, но сообщить что-либо полезное не смог. Неудивительно, он слишком долго был заточен в гробу и так и не смог окончательно вернуться в семью. Теперь он живет в Бостоне, вместе с Сейдж и, кажется, абсолютно счастлив. Мне больше не у кого узнать правду. Я ничего не могу поделать. Если только…

Не даю себе времени засомневаться, пальцы быстро порхают над кнопками, удивительно легко вспоминая номер, по которому я так давно не звонила. Мне остается только надеяться, что за столько лет он не изменился…

– Алло, - Деймон отвечает после третьего гудка. Господи, если ты, Клаус, когда-то узнаешь обо всех моих договорах со старшим Сальваторе - просто убьешь, наверное.

– Здравствуй, Деймон. Это…

– Кэролайн?
– он перебивает меня, я же на носочках перебираюсь в ванную, запирая дверь на щеколду. Знаю, что боятся лишь того, чего стоит стыдиться, и мне и правда стыдно, что я звоню Деймону, скрывая этот факт от тебя. Но, в конце концов, в данном случае цель оправдывает средства.
– Хм, не думал, что тебе когда-то позволят прикасаться к телефону. А вдруг мы с тобой начнем строить планы побега и дальнейшей совместной жизни?

– Не смешно, - яростно шиплю в трубку.
– Какого черта происходит в Мистик Фолс?

– Ясно… Ты уже знаешь? Да, одного из братцев твоего рабовладельца… ой, прости, твоего… кхм… Слушай, как мне его вообще называть?

– Мать твою, Деймон, перестань придуриваться!
– мое терпение лопается, словно болезненный нарыв, и я вымещаю в этом восклицании всю адскую смесь боли, отчаянья и едкого страха, которые испытываю.

– Ладно, прости. Да, его убили. Я здесь не причем, если ты об этом хотела спросить.

– А кто причем? Кто?!
– я с трудом подавляю нервный смешок. Только истерики мне сейчас не хватало.
– Ты же обещал, что впредь никто не будет пытаться убить их! Почти четыре года прошло с нашей последней встречи! Неужели вы все не успокоитесь?

– Кэролайн, выслушай меня!
– Деймон перебивает, я же открываю кран и подставляю одну руку под холодную воду. Все тело, кажется, пылает от ужаса и душевной боли, и я прижимаю тыльную сторону ладони ко лбу. Только бы пережить это! Господь, дай мне увидеть выход!
– Мы с Еленой в таком же плачевном положении, как и семья… Клауса. Нам даже пришлось уехать из города, потому что чокнутая Беннет устроила крестовый поход на вампиров.

–

Почему? Что они ей сделали?
– я недоуменно хмурюсь, пытаясь не запутаться окончательно во всей информации, свалившейся на меня за последний час.

– Несколько месяцев назад убили Джереми. Да, это однозначно работа вампира, причем кого-то наподобие моего кровожадного младшего братца. Ну, то есть, нам пришлось его по частям собирать. Вот с того дня Бонни просто съехала с катушек, начала искать способы, как изжить со света всех вампиров в Мистик Фолс. Я еще, конечно, понимаю ее ярость по отношению к твоим подопечным, потому что они наверняка могли быть замешаны в этом. Но она пошла еще дальше, чуть не убила Елену в ту же ночь, что и Кола. Мы уехали.

– Елену?
– у меня кружится голова. Как же всех нас потрепала судьба: я полюбила тебя - злейшего врага, Елена все-таки выбрала “плохого” брата, а Бонни и вовсе забыла, что когда-то мы были друзьями…

– Да, я обратил ее еще два года назад. Я больше ничего не знаю, Кэролайн. Моя воля - я бы просто оторвал голову этой бешеной суке, но Елена ее оправдывает. Говорит, что после потери ей тяжело. Как будто Елене было легко потерять брата, - я отчетливо слышу горечь в голосе Деймона. Знаю, что ему тоже больно. Он тоже борется за любимых людей. И Бонни тоже… И я… Просто каждый делает это, как умеет. Могу ли я осуждать кого-то? Нет, конечно, но и простить смерть Кола не могу.
– И еще, Кэролайн, ты бы уговорила остальных уехать из Мистик Фолс. Я не знаю, с кем связалась Бонни, где она вообще нашла его, но он, кажется, имеет личные счеты с твоей любимой семейкой. Боюсь, что Кол не последний.

– Они не уедут, - мой голос тихий и обреченный. Сейчас все потихоньку становится на свои места: кто-то, кого ты знаешь и кому, наверняка, успел хорошенько насолить, убил твоего брата с помощью Бонни. И он убьет остальных, зная, что ты приедешь просто в руки. Все опять на круги своя… Я вновь задыхаюсь от ужаса за твою судьбу. Когда же мы искупим свою вину и сможем спокойно жить? Сколько боли еще нужно изведать, чтобы смыть с себя чужую кровь?

– Тогда ты приезжай. В Чикаго. Елена будет рада. Продумаем все и, возможно, совместными усилиями наконец-то установим настоящий мир. Мы поможем тебе, а ты нам. В конце концов, я не планирую прятаться до конца жизни, я хочу вернуться в свой дом.

– Но… - а как же ты? Я не расскажу тебе о смерти Кола. Не расскажу, что, возможно, сейчас уже нет в живых и Элайджи, и Ребекки. В конце концов, иногда вы месяцами не созваниваетесь - когда за плечами столетия, это кажется ничтожно малым сроком. Значит у тебя не вызовет никаких подозрений, если они не будут отвечать на звонки. А за то время я смогу что-нибудь придумать, быть может даже спасу их всех и, вместе с тем, не буду подвергать тебя риску. План кажется таким простым. Если, конечно, забыть о десятках трудностей, которые наверняка возникнут. Впрочем, плевать. Я ставлю на кон все. Пришла пора сыграть по крупному, правда? Дай Бог, чтобы я не просчиталась… - Я приеду. Мы обязательно что-нибудь придумаем. Мы должны.

Я не дожидаюсь ответа, отключаясь. Наверное, я полнейшая дура, если думаю, что смогу все решить сама и уберечь тебя от опасности. Кто я такая? По сравнению с тобой я еще совсем ребенок и, конечно, не в силах справиться с теми угрозами, которые наверняка будут поджидать меня в Мистик Фолс. Но любовь оправдывает любую глупость, даже самый нелепый риск. Если нам суждено погибнуть, я хочу быть первой. Только бы не видеть твою смерть. Я не могу иначе, Клаус. Прости.

***

– Ты давно проснулась?
– легко целуешь меня в висок, заключая в кольцо рук. Ты все еще сонный, теплый и растрепаный, сейчас легко представить, что ты живой человек, и в твоей груди размеренно бьется сердце.