Кукольник
Шрифт:
— В том-то и беда наша, что смерть мы видим впереди, а большая часть ее у нас за плечами, — ведь сколько лет жизни минуло, и все принадлежат смерти.
Джонатан знал это письмо Сенеки Луцилию, как никакое другое, но никогда прежде оно не было наполнено таким глубоким смыслом. Подойдя к Цинтии, он одной рукой взял с подноса булочку, целиком запихал ее в рот, другой рукой схватил фарфоровую чашечку, запил и по-хозяйски мотнул головой в сторону постели.
К утру следующего дня шериф Айкен был уже в Новом Орлеане. Он
Не желая скрывать ни малейшей детали, торговец рассказал, что этого негра он взял у хозяина весьма неохотно; по его сведениям, этот Аристотель всегда был склонен к побегам и непослушанию, отчего ему еще в молодости выжгли на щеке тавро в виде буквы V — по фамилии владельца, и лишь за последние два года негр пускался в бега трижды. Это было уже кое-что, но на вопрос, числятся ли за Аристотелем групповые побеги и может ли у него быть столь же преступный товарищ, торговец ответить не сумел.
— Знаете, шериф, — болезненно скривился он, — от этих черных чего угодно можно ждать; пока ты его лупишь, он терпит, а, не дай бог, поблажку дашь, тут тебе и сюрприз: или свинью украдет, или на Север подастся. Зверь, он и есть зверь… сами понимаете.
Шериф понимал, а потому не стал терять времени, выехал в указанном направлении и к обеду уже разговаривал с предпоследним хозяином черного убийцы — мсье Леонардом де Виллем.
— Что вы хотите знать? — настороженно поинтересовался пожилой, плохо одетый француз.
Шериф Айкен поморщился, но стерпел, хотя акцент у фермера был кошмарный.
— У Аристотеля товарищи были? — прямо спросил он.
— А я почем знаю? — нахмурился француз. — Я над ним в поле не стоял.
— Тогда пригласите надсмотрщика, — предложил Айкен.
— Нет у меня надсмотрщиков, — криво усмехнулся фермер. — Я, знаете ли, господин шериф, не настолько богат.
Айкен на секунду задумался. По множеству мельчайших, но верных признаков, таких, как мгновенный скачок взгляда в сторону, было видно, что фермер чего-то недоговаривает, и теперь шериф прикидывал, как именно он заставит этого французика развязать язык.
— Тогда вам придется выехать со мной, — выбрав самый простой вариант, развел он руками. — Сначала в Новый Орлеан, где вы дадите показания полицейским властям Луизианы, а затем — на паром и в штат Миссисипи, на опознание. Думаю, дня за три управимся. Ну, и на суд, конечно, придется приехать.
Француз побледнел. Небогатый фермер, он уже представил, во что ему обойдется вынужденное отсутствие в самый разгар уборки тростника.
— А зачем? Откуда мне знать, что он там у вас натворил? — мгновенно уперся он. — Я-то тут при чем? У него теперь новый хозяин, вот он пусть и разбирается!
— Убит его новый хозяин, — глядя прямо в глаза фермеру, холодно произнес Айкен. — Сам Аристотель и убил. И не без помощи со стороны… Вы понимаете, о чем я? Их двое было!
Француз мгновенно сник и даже как-то потемнел лицом.
— Был
Сердце шерифа Айкена болезненно кольнуло. Второй раз за два дня.
— Объявление дали?
— Дал, — вздохнул фермер. — Должно сегодня в «Нью-Орлеан таймс» выйти. Только без толку все это.
— Почему? Что значит «без толку»? — не понял шериф.
— Хитрый бестия этот мулат! — стиснул зубы фермер. — Грамотный. Да еще и почти белый. Так сразу и не поймешь, что он ниггер!
Внутри у шерифа все похолодело. Весь его многолетний опыт говорил о том, что, если убивший Аристотеля Дюбуа напарник выглядит как белый, это означает, что неприятности только начались.
Шериф распрощался с мсье де Виллем, лишь когда выяснил о побеге обоих интересующих его рабов практически все. И только после этого он вернулся в город. Но здесь уже он времени не терял: сразу же проехал на центральный бульвар, купил «Нью-Орлеан таймс», развернул страницу объявлений и впился глазами в текст.
«Сбежал мой негр, отзывается на кличку Лу, — шевеля губами, прочитал он. — Награда за поимку, мертвым или живым, 25 долларов, но в случае его смерти требуется доказательство. Имеет с собой жену Мэри…»
— Черт! Не то!
Луи Фернье, которого он искал, сбежал без жены, да и награда была побольше. Шериф как мог быстро пробежал страницу глазами.
«Сбежал раб Ричард, почти белый, с клеймом… сбежала черная… Луиза с двумя детьми-мулатами… сбежала грамотная набожная мулатка…» Все это было не то!
Шериф нервно перелистнул страницу и вдруг мгновенно увидел то, что ему было нужно!
«Сбежал негр по имени Луи двадцати двух лет. Довольно высокий, умеет читать и писать, столь же белый, как наиболее белые мужчины, с прямыми белыми волосами и синими глазами. Может выдавать себя за белого человека…»
— Этого мне еще не хватало, — пробормотал шериф.
Он знал, что в сельском районе, в загородных поместьях такой не затеряется — заметят, но в городе… — шериф полез в карман за платком и вытер обильно стекающий по вискам пот, — в городе отыскать человека со звериной осторожностью негра, изворотливостью мулата и внешностью белого ангелочка будет весьма непросто.
Он снова уткнулся взглядом в газету.
«Я заплачу 200 долларов тому, кто доставит его без серьезных телесных повреждений. 25 долларов за мертвого. Аванс для поисков за пределами штата 5 долларов. Доставить по адресу: ближайшая ферма за часовней Св. Марка. Спросить мсье Леонарда де Вилля».
Шериф покачал головой. Этот французик и впрямь не был богат, если расписывал условия вознаграждения столь тщательно, да и давал он немного.
Айкен свернул газету в трубочку и задумался. На первый взгляд с такой внешностью и знанием грамоты этому беглому рабу прямая дорога на Север, в Бостон. И тем не менее он предпочел следовать за Аристотелем Дюбуа. Почему?